Иномирянка (не) хочет домой - Лариса Петровичева

- Не шевелитесь. Сгорим. Турген, замри.

Кира застыла, словно маленькая статуя, испуганно глядя, как вокруг ее головы начинают плыть уже даже не искры – крупные ошметки пламени. Тишина стояла такая, что я слышал, как колотится сердце Полины. Она окаменела в моих руках, не сводя взгляда с дочери, и я чувствовал, что она беззвучно плачет.

- Мамочка… - прошептала Кира. Подняла руку – вокруг пальцев поднялись рыжие струйки пламени. – Мамочка, что со мной?

- Всем замереть! Не шевелитесь! – Азаэль подбежал, встал перед Кирой так, чтобы закрыть ее от всех нас, и медленно проговорил: - Дыши носом. Втягивай огонь в себя. Это твой огонь, больно не будет. Не бойся, просто дыши.

Киру затрясло от страха. Она попятилась, зажмурилась и послушно принялась дышать, как было велено. Полина сдавленно ахнула – лепесток пламени втянулся в ноздри Киры, но ей не было больно. Она закрыла глаза, сжала кулачки, вдохнула еще один лепесток и прошептала:

- Мамочка, не больно. Ни капельки! Оно щекочется.

Полина всхлипнула. Если бы я не держал, она упала бы на траву – такая ее била дрожь. Азаэль понимающе кивнул.

- Все правильно. Вдыхай пламя. Сейчас будет легче.

- Что с ней? – прошептала Полина с искренним ужасом, не зная, к кому обращаться и кого просить о помощи. – Кира…

- Все хорошо, - улыбнулся дракон. Кира вдохнула последний огненный лепесток, и я выпустил Полину. Она бросилась к дочери, подхватила ее на руки – теперь никакая сила не заставила бы ее выпустить девочку. Азаэль выглядел так, словно увидел что-то невероятно важное, и это обрадовало его до глубины души.

- Что случилось? – спросила Полина, и было ясно: если дракон причинил вред ее дочери, она собственноручно распустит его на кровавые лоскуты. Я смотрел на нее и не мог не любоваться удивительным сочетанием растерянности, любви и ярости.

- Я лечил ее своей магией, - объяснил Азаэль. – Она отпечаталась в душе девочки… и теперь она немного дракон.

***

Полина

- Мамочка, значит, я теперь смогу летать! Ничего себе! Я дракон! – Кира вскочила с дивана и пробежала по гостиной, раскинув руки, словно крылья. Я улыбалась дочери, но меня била внутренняя дрожь. Желудок сжался в ледяной ком – страх, который охватил меня, когда я увидела огонь над моей девочкой, так и не уходил.

Даже гнев не помогал. Ничего не помогало. Чувства выкручивали меня, словно сильные руки прачки – белье.

- Сможешь, если будешь правильно учиться, - с улыбкой ответил Азаэль и вытянул правую руку вперед. Мы увидели, как по коже пробежали огоньки, и рука стала покрываться сверкающей золотой чешуей. Безымянный и средний палец слились, завершаясь острым раздвоенным когтем – вскоре вместо руки была драконья лапа: изящная, смертоносная, удивительно прекрасная. Я представила, как она одним движением вспарывает рыцаря от горла до паха, и невольно поежилась. Турген смотрел, разинув рот – кажется, мальчик лишился дара речи от восторге. Кира взглянула и поморщилась:

- Извините, дядя Азаэль, но что-то фу, - призналась она. Азаэль рассмеялся, махнул рукой, приводя ее в привычный вид, и ответил:

- Не захочешь – не превращайся. Тебя никто не заставляет. Можно прожить всю жизнь и ни разу не измениться, если тебе не нравится.

Джейми сидел рядом со мной с весьма выразительным видом, и я прекрасно понимала, о чем он сейчас думает. Несколько часов назад мы с ним пошли на романтическую прогулку, выкопали из земли древнее чудовище, оно исцелило мою дочь от немоты, но теперь Кира сама превратилась в дракона. Да, она говорит, да, она здорова, но мы совершенно точно никогда не вернемся домой.

Юная драконица в центре современного города? Летит над тротуарами, кофейнями и банкоматами, выплевывая струи огня по внедорожникам…

- С ней точно все в порядке? – спросила я и сама удивилась тому, как это сказала. Если бы я таким тоном говорила с бывшим мужем и свекровью, то мой брак наверняка был бы долгим и счастливым – те, кто хотел загнать меня за плинтус, сами залезли бы туда и сидели, не высовываясь.

- Я клянусь вам Столпами мира, железными и золотыми, что девочка полностью здорова, - твердо сказал Азаэль и, покосившись на Джейми, я поняла, что дракон не врет. – С ней не случится ничего ужасного, она будет вести обычную человеческую жизнь и никогда не превратится в монстра…

- Мама! – возмущенно воскликнула Кира. – Я не хочу человеческую жизнь! Я хочу быть драконом!

- Нет! – Турген от восторга даже с дивана вскочил. – Ты не будешь дракон, ты будешь драконья королева Харвантана! А я буду орочий принц Жуурден! И я на тебе женюсь! И мы династию драконьих принцев оснуем…

Джейми рассмеялся, и от его смеха мне сделалось как-то легче.

- Ну вот, Полина, вы волнуетесь, а люди времени даром не теряют, уже думают про свадьбу и основание династий, - сказал он, и я тоже расхохоталась. Моя девочка жива и здорова, она снова говорит, и мы можем жить дальше, а впереди целое лето. Я уткнулась лицом в ладони, и Джейми тотчас же снова обнял меня, словно хотел закрыть собой от всего мира.

Когда он прикасался ко мне, то все страхи, сомнения и горечь отступали. Кажется, я впервые в жизни поняла, что значит «быть, как за каменной стеной».

- Это все по правде было, я читал, - Турген решил, что все смеются над ним, и надулся, и правда став похожим на сердитого сыча. – Драконьи принцы правили всей Южной степью!

- Как интересно, - Азаэль смотрел на мальчика с искренним любопытством, и я был уверена, что сейчас он вспоминает прежнюю профессию и детей в своем классе. – А у тебя есть книги по истории Мира?

- Есть, дядя Азаэль, - ответил Турген. – Дядя Джейми мне все книги покупает, какие я только захочу! Все-все! И про орков, и про королей-волков, и про рыцарей, у меня их знаете, сколько? Сто тысяч миллионов штук! Хотите, покажу, за то, что вы Киру вылечили?

- Хочу, если господин маг не против, - ответил дракон. Джейми кивнул, Азаэль взял за руки Тургена и Киру и отправился с