Смертник из рода Валевских. Книга 4 - Василий Михайлович Маханенко

выше, чем предыдущие случаи, когда мне пришлось встречаться с порождениями Фарафо. Складывалось ощущение, что в Ческонку заявилось нечто большее, чем солдат и это настораживало. Ладно бы твари были тупыми безмозглыми созданиями — тогда их уничтожать было просто. Но то, что после уничтожения двух солдат сюда явилось что-то более мощное, говорило о каком-то сознании. Кто бы не управлял туманными созданиями, ему явно не понравилось уменьшения поголовья своих творений. Поэтому я решил действовать осторожно, отъедая туман кусок за кусочком. Вначале один солдат, затем другой и только после того, как я обойду Ческонку по периметру и удостоверюсь, что яйцеобразных монстров больше нет, двинусь в центр.

План выглядел идеально, вот только реальность в очередной раз посмеялась над моей способностью планировать. Я перебрался через пару заборов и, выбравшись на широкую улицу, приготовился встречать очередное порождение Фарафо, но целью туманные монстры выбрали не меня. Один из бойцов Горбунова подъехал к туману слишком близко, выцеливая из арбалета шустрых «рыб» и в этот момент монстры нанесли свой удар. Всё произошло настолько быстро, что никто даже среагировать не успел. Казавшийся стабильным туман внезапно дёрнулся, за долю мгновения увеличивая свою площадь на пять-шесть метров. Лошадь, попавшая в ловушку, дико заржала и принялась неистово прыгать вперёд назад, пытаясь стряхнусь с лап противных «рыб». Боец не сумел удержаться и рухнул в туман и тут прямо перед ним воплотился солдат Фарафо. Прежде чем я успел вскинуть руку с арбалетом, зубастая пасть опустилась на воина и клацнула, откусывая дружинника по грудь. Конь захрипел и тоже рухнул в туман, начав растворяться в нём, словно в кислоте. Мелкие зубастые шарики сжирали дармовую плоть с чудовищной скоростью. Мне всё же удалось выстрелить и даже попасть, но дружинника было уже не спасти. От него остались лишь ноги да торс. Всё остальное сожрало порождение Фарафо. Теперь уже мёртвое.

Тело туманной твари исчезло до того, как я подбежал ближе. Как и верхняя часть тела бедолаги. Алекс хотел было броситься в туман, чтобы покарать всех тварей этого мира, но мой вопль остановил барона.

— Не вздумай!

Нащупав в тумане болт, я ещё какое-то время шарил рукой по земле, пытаясь найти кристалл развития, но ничего похожего здесь не было. Порождение Фарафо на этот рад добычи не оставило. Подхватив останки бойца, я вытащил его из тумана и отнёс барону. Что-либо говорить было лишнее. Алекс был взрослым «мальчиком», прекрасно увидевшим, что близко подъезжать к туману опасно. Правила выживания, как бы это жестоко не звучало, написаны кровью погибших. И тот, кто эти правила игнорирует, лишь становится источником новых правил.

— Они разумны, — произнёс барон Горбунов, с ненавистью глядя на туман. Дымка вернулась к изначальным размерам, словно приглашая всех подойти поближе. На том месте, где погиб человек и лошадь, не осталось ни капли крови. Туманные чудовища вычистили всё до последней крупицы. — Монстр прокусил кирасу из добротной стали, как бумагу!

— Про это я и говорил, — кивнул я. — Эти твари опасны. Чудовищно опасны.

— Откуда они здесь? Где-то разлом?

— Нет, не разлом. Где-то здесь находятся древние развалины. Твари ползут оттуда.

— Древние развалины? — нахмурился Алехандро. — Имеешь в виду Мервал?

— Что за Мервал? — услышал я незнакомое название.

— Руины неподалёку от гор. Даже не руины — просто кучи поросшего травой камня. Когда мы были детьми, отец часто нас туда возил, чтобы показать, как жесток бывает мир к своим обитателям. У этих руин нет названия, Мервал — это название речки, что течёт рядом. С чего вдруг из руин, которым тысячу лет в обед, поползли такие страшные твари? Они всегда были безопасны.

— Очень хороший вопрос, на который у меня нет ответа. Но я сделаю всё, чтобы этот ответ получить. Карта есть?

— Нет, но она и не нужна — видишь горы? — Алехандро показал рукой на несколько пиков, возвышающихся над местностью. — Километров десять до них, не больше. У подножья руины и находятся. Сейчас… Вот, видишь два дуба? Если проложить прямую от нас до гор через эти дубки, то как раз выйдешь к цели.

Перед моими глазами появилась карта, на которой появилась новая точка, рядом с которой действительно протекала речка. Что же, источник найден, осталось разобраться с текущим туманом. Оставлять Ческонку на милость туманных тварей мне не хотелось.

— Ладно, Алекс, схожу-ка я посмотрю, что за тварь решила захватить твоё село. Жди здесь.

Возражений не было и, активировав катары, я двинулся к дому старосты. Монстры вновь проявили разум — пока я шёл, на меня никто не нападал. Даже рыбы. Спустя несколько поворотов стало понятно, почему — меня просто не хотели спугнуть. Хотели, чтобы я своими глазами увидел источник плотного тумана Ческонки:

Сержант. Порождение Фарафо.

Больше всего сержант походил на вставшую на задние лапки двухметровую черепаху, которой в живот врезался осьминог. Мощный костяной нарост, закрывающий голову, спину и бока туманного монстра, выглядел непробиваемым. Длинные щупальца в районе груди жили своей жизнью, изучая воздух наподобие языка змей. Две мощные лапы, заканчивающиеся клешнями, утопали в тумане, а тёмная ребристая кожа покрывала те участки, что не закрывала броня. На голове имелись два глаза и огромная пасть. Сержант не был улучшенной версией солдата. Это было совершенно иное существо. И оно совершенно не было приспособлено к тому, чтобы прожить долгую и счастливую жизнь какого-нибудь землепашца. Такими клешнями можно только уничтожать противников, перекусывая их пополам.

Удостоверившись, что я вдоволь насмотрелся на красоту его тела, сержант поднял лапу. Словно по волшебству рядом с ним появились пятеро солдат. В тумане вновь проснулись «рыбы». Клешня порождения Фарафо направилась в мою сторону и дважды клацнула.

Началась битва за Ческонку.

Глава 9

Пять тёмных шаров устремились в мою сторону с чудовищной скоростью. Мне прекрасно было известно, сколько маны отнимает одно такое грязное «солнце», так что я не стал героически ловить снаряд грудью, а отпрыгнул в сторону. Из тумана поднялась целая волна «рыб» и набросилась на мою защиту. Засверкали искры и, махнув катарами, разом уничтожив нескольких приспешников, я активировал «Лечебную ауру». Тварям из разлома она не нравилась, может, порождения Фарафо тоже окажутся к ней неравнодушны?

Равнодушными