Чувак и мастер дзен - Джефф Бриджес

Камень находится на своей стадии просветления, таракан — на своей, и Гитлер находился на своей стадии просветления. Каждый из нас находится на своей стадии, и практика дзен помогает работать над тем, чтобы отпускать заблуждения и пребывать в состоянии не-знания. Вот почему мы говорим о том, что практика бесконечна.

Как только вы отделяете себя от всего остального, вы — в заблуждении. Я уже говорил, что никогда не встречал человека, полностью расставшегося со своим фрагментарным «я»-сознанием. Даже если оно очень мало, оно все равно присутствует. Действительность состоит в том, что ты являешься всем на свете, ты и есть Вселенная. Так что заблуждение — это тоже просветление.

Но это просто слова. Это всего лишь теория, и она останется теорией до тех пор, пока я на своем опыте не испытаю то, о чем говорю. Я могу сказать: «Люди убивают друг друга, заблуждение — повсюду, оно тоже — просветление, подобно тому, как клетки в моем теле уничтожают другие клетки, этот хаос все равно является одним организмом, это по-прежнему Берни». Но все это будет абстракцией, я не буду чувствовать, что это реально, пока не испытаю на себе.

Джефф: Заблуждение и просветление происходят одновременно.

Берни: Это две стороны одной монеты. Что бы ты ни делал, это отражает твою степень просветления. Ты поможешь человеку, который упал на улице, потому что ты осознаешь: этот человек — ты. Ты не скажешь: «Ой, я упал, как жаль», и затем пройдешь мимо. Так что степень твоего просветления будет определять то, что ты делаешь.

И по мере того, как ты будешь делать те или иные вещи, будет всплывать очередное «дерьмо» и ты будешь выходить на новые уровни просветления и открывать для себя новые, соответствующие этим уровням, практики. Сейчас, возможно, ты помогаешь подняться только тому, кто упал на твоей собственной улице, потому что этот человек — твой сосед. Проходит время, новое дерьмо всплывает на свет, и теперь ты видишь, что в тебе нуждается не только твой сосед, но и любой человек, падающий на любой улице. Ты выходишь на новый уровень просветления, так что твои практики и действия станут другими. Вот почему мы говорим о том, что, переплыв реку, следует избавиться от лодки. Не пытайся унести ее с собой, потому что теперь ты на новом берегу, спроси себя: «Какие практики будут уместны здесь?»

Это все непросто увидеть, поэтому лучше найти проводника или учителя, чтобы было от чего отталкиваться. Трудно делать это в одиночку. Хорошо иметь рядом того, кто будет честен с тобой и укажет тебе на твои привязанности.

Далай-лама в целом повторяет слова Будды. Он снова и снова указывает нам на то, что все хотят уменьшить страдания, все хотят любви и счастья. Можем ли мы объединиться вокруг этих целей вместо того, чтобы убивать друг друга и смотреть, как дети умирают от голода?

Можно представить бодхисаттву как Дон Кихота Ламанчского, который одновременно пребывал в заблуждении и был просветленным. Его песнь — «Несбыточная мечта»[53]. «Существ бесконечное множество, и я клянусь освободить их».

Джефф: Не является ли клятва, что ты должен всех освободить, несколько самонадеянной?

Берни: В каком-то роде да. Я пытался играть с формулировкой этой клятвы: «Существ бесконечное множество, и я клянусь служить им всем». Это звучит менее самонадеянно и более выполнимо. Но не важно, служишь ли ты им или пытаешься освободить, ты помогаешь людям увидеть, что не существует одной-единственной правды. Все, во что они верят или во что верят другие люди, — это всего лишь мнение. Если люди смогут это грокнуть, они станут свободны.

Джефф: Что, если кто-то болен раком и страдает от боли, это тоже просто мнение? Как им стать свободными?

Берни: Освобождать людей — вовсе не значит что-либо менять. Освобождать — значит помочь увидеть:

«У меня рак. Что мне теперь делать?»

«Пройти курс химиотерапии».

«Это всего лишь мнение. Есть ли другие?»

«Отправиться к целителю из коренных американцев и принять лечение от него».

«Это еще одно мнение. Есть ли какое-то еще?»

«Я не хочу делать ничего из этого. Я готов умереть».

Или:

«Я хочу жить и готов испробовать всё».

У меня было два друга, которые заболели раком желудка примерно в одно время. Один решил обратиться к восточной медицине, а если она не поможет, то он смирится и уйдет. Другой был готов попробовать все виды лечения: лучевую терапию, сильнодействующие медикаменты, холистическую медицину, пейот в Южной Америке, все, о чем когда-либо слышал.

Нельзя отменить болезнь или смерть, но можно значительно снизить степень ментальных страданий, если ты поймешь, что не существует одной правды, что все ее варианты — это всего лишь мнения, с ними нужно играть, а не ворчать задним числом на себя, семью и врачей. Поэтому, если ты думаешь пройти курс химиотерапии, потому что это единственный эффективный вариант лечения, у тебя могут возникнуть проблемы. Но, если ты смотришь на это как на мнение, которое ты можешь выбрать, такая жизнь дает куда большую степень свободы.

В любом случае я не исхожу из какой-то установленной истины или лжи. Это все — мнения, и я прислушиваюсь к тем, которые кажутся верными. Я поступаю так же, если это не мой рак, а чей-то еще. Если у меня возникла какая-то навязчивая идея — «Вот что тебе нужно!» — она никому не поможет. Вместо этого я могу сказать: «По моему мнению, тебе следует сделать так», это делает мир немного более расслабленным. Это не избавляет от проблем: люди по-прежнему будут заболевать раком, будут случаться войны, да что угодно. Но когда проблема приходит, как мне правильно отнестись к ней? Ожидать, что этого не случится, — значит только усилить ментальную боль.

Джефф: Но страдание также порождает сострадание. «Я прохожу через это, и он тоже через это проходит». Признать, что мы все проходим через боль и страдания, — это значит найти ключ от дверей своей тюрьмы. Если быть свидетелем ужасных вещей, это может указать путь к освобождению. На ум приходит песня Джона Гудвина и Бобби Терри «Чего я не хотел» («What I Didn’t Want»). Ну, ты знаешь: «Я благодарен Богу за то, что он дал мне чего я не хотел». Очередной узел.

Я читал «Миф о