Прибалтийский фашизм: трагедия народов Прибалтики - Михаил Юрьевич Крысин

В националистическую «оппозицию» к осени 1943 года входили члены довоенных партий и организаций — таутининков («Литовский союз националистов»), ляудининков («Литовский народно-крестьянский союз»), Христианско-демократической партии, Социал-демократической партии, атейнинков (молодёжной католической организации), полувоенной организации «Союз стрелков», а также «Фронта литовских активистов» (ФЛА). Но ФЛА был распущен в сентябре 1941 года за то, что попытался в 1941 году создать «временное правительство Литвы». Из его сторонников образовалась полуподпольная организация «Литовский фронт» (Lietuvių Frontas, LF), выпускавшая газету и бюллетень.

В оккупированной Литве деятели националистической оппозиции еще летом 1942 года создали так называемый «Верховный литовский комитет», в который вошли представители различных политических организаций — от социал-демократов, ляудининков и таутининков до бывших членов «Фронта литовских активистов» (воссозданного как «Литовский фронт»). Во главе комитета стал социал-демократ, профессор Стяпонас Кайрис. Целью комитета провозглашалась независимость Литвы, а главной тактической задачей — создание подпольной прессы для воздействия на общественное мнение Литвы и передача последних известий о положении в Литве за рубеж. Примерно тогда же представители католических кругов, бывшей Христианско-демократической партии и атейнинков образовали «Совет нации»[392].

25 ноября 1944 года обе эти организации при участии других политических группировок объединились и образовали так называемый «Верховный комитет освобождения Литвы» (ВЛИК, от лит.: Vyriausiasis Lietuvos Islaisvinimo Komitetas, VLIK). Его председателем стал опять же профессор С. Кайрис[393]. Целью комитета провозглашалась независимость Литвы, главной тактической задачей — создание подпольной прессы для воздействия на общественное мнение Литвы и передача последних известий о положении в ней за рубеж, чтобы в нужный момент взять на себя функции временного правительства Литвы[394]. Показательно, что ВЛИК появился в то время, когда оккупационные власти демонстрировали готовность к переговорам о предоставлении Литве «независимости» и создании «литовской армии», которая, как показали последующие события, была обманом с целью привлечения литовской общественности на сторону оккупантов.

Под патронажем ВЛИК была создана молодежная организация «Атжалинас», издававшая подпольную газету под тем же названием. Своим девизом организация «Атжалинас» провозгласила лозунг «Свобода, честь и существование нации». Ее программа предполагала восстановление суверенитета Литвы, «развитие и создание национального единства литовского народа и осуществление этого единства, развитие культуры и ее распространение»[395]. В руководстве ВЛИК и «Атжалинас» преобладали бывшие политики из партии таутининков, которая уже скомпрометировала себя сотрудничеством с немецкими оккупационными властями.

Большинство членов ВЛИК полагало, что «непобеждённая Германия не готова восстановить независимость Литвы», но поражение Германии на Востоке считало ещё более нежелательным. Это наводило их на мысль о необходимости сотрудничества с оккупантами. Литовские националисты считали наиболее благоприятным для себя вариантом разгром Германии на Западе и сдерживание немецко-фашистскими войсками наступления Красной армии до тех пор, пока войска Англии и США, открыв второй фронт, дойдут до Прибалтики, и Литва сможет получить независимость от западных держав[396].

Ни одна из этих организаций не была ни «антинацистской», ни даже «подпольной» в прямом смысле этого слова. Например, конкурирующий с ВЛИК «Союз борцов за свободу Латвии» (ЛЛКС, от лит.: Lietuvos Laisves Kovotoju Sajiunga, LLKS) еще летом 1942 года открыто обращался с призывами к Литовскому самоуправлению и к немецким оккупационным властям, в котором предлагал воссоздатьлитовскую армию: «… Гитлер заявил, что Германии на Востоке помогают почти все народы Европы. Среди них он упомянул литовцев, эстонцев, украинцев и татар. Мы думаем, что у наших добровольцев на Востоке[397] имеется около 8.000—10.000 штыков… Литовский народ в соотношении к численности своего населения дал значительно больше солдат, чем все перечисленные народы…»[398] ВЛИК тоже не особенно скрывал свою «подпольную» деятельность, так как руководствовался принципом «литовская армия для Рейха в обмен на независимость Литвы». К тому же настоящих антифашистов не просто арестовывали, как президиум ВЛИК весной и летом 1944 года, их просто расстреливали по законам военного времени. Однако избежавшие ареста члены ВЛИК с приближением линии фронта благополучно эвакуировались в Германию и основали там новую штаб-квартиру в Берлине, а затем в Вюрцбурге[399].

В феврале — марте 1944 года ВЛИК и соперничавший с ним ЛЛКС оказали существенную пропагандистскую поддержку организованной оккупантами мобилизации в «Литовский территориальный корпус» П. Плехавичюса[400].

В «пассивном сопротивлении» участвовали многие руководители литовской полиции и органов самоуправления. В 1942–1943 гг. распространением нелегальной литературы литовской националистической организации ЛЛКС занимались начальники — литовской полиции Шакяйского уезда А. Эрштикайтис, отдела литовской уголовной полиции в Мариамполе Б. Пупалайгис, 5-го полицейского участка г. Вильнюса П. Фатарас и др. 23 апреля 1943 года после провала мобилизации в «Литовский легион СС» были арестованы за распространение нелегальной литературы ЛЛКС заведующий хозяйственным отделом штаба литовских полицейских батальонов В. Чекаускас, интендант И. Балчайтис и старший инспектор уголовной полиции П. Янелюнас[401].

Националисты, рассчитывая на восстановление независимой буржуазной Литвы силами США и Великобритании, опасались, что те не поддержат их, если литовская националистическая «оппозиция» будет помогать немецким властям. Когда стало очевидно, что Красная армия освободит Литву раньше, чем американцы и англичане смогут «дойти до Прибалтики», литовские националисты, особенно скомпрометировавшие себя сотрудничеством с оккупантами, считали, что им следовало поддержать немцев и не допустить советские войска на территорию Литвы до прихода войск западных стран[402].

Руководство литовской партии ляудининков даже предприняло попытку повлиять на позицию Германии. В конце ноября 1943 года подпольная пресса ляудининков распространяла среди литовцев и немецких войск обращение, в котором говорилось, что Германия не может воевать на два фронта, поэтому следует «свергнуть Гитлера и его партию, руководство армией передать генералу Герингу», после чего Германия должна «бросить все свои силы против Советского Союза, договорившись с Англией и США». Литовский ШПД предполагал, что подобный призыв мог быть составлен с ведома или по инициативе гестапо[403].

У литовских националистов были свои вооружённые отряды. Наиболее крупной и боеспособной из них был «Кестутис». Организация была глубоко законспирирована, построена по образцу старых военных округов Литвы. У организации был верховный штаб, которому подчинялись уездные и городские штабы, а им, соответственно, — районные штабы и боевые единицы. Руководство «Кестутиса» признавало себя частью «Литовского фронта» (правопреемника ФЛА), входившего в состав ВЛИК, и выполняло распоряжения президиума ВЛИК[404].

Другой вооружённой группировкой литовских националистов была «Литовская освободительная армия» (ЛЛА — от литовской аббревиатуры LLA). Она была создана осенью 1941 года, а фактически — только к 1943 году. Она не была связана ни с ВЛИК[405], ни с другими националистическими организациями, но с лета 1944 года активно сотрудничала с абвером. Многие члены ЛЛА служили в литовской полиции[406], хотя чаще выполняли приказы местного националистического руководства, чем немецкого командования. В 1944 году ЛЛА направила в немецкие разведшколы несколько сотен человек. В начале 1945 года они были заброшены в