Сумеречный Стрелок 4 - Сергей Харченко

Как только я зашел внутрь центрального здания, в нос тут же ударил знакомый аромат благовоний. У алтаря меня ждал тот самый Хранитель — остроносый, с лицом, спрятанным под капюшоном.

— Подойдите, граф. Закатайте рукав на левой руке, — громко и буднично обратился он ко мне.

Когда я оказался возле алтаря, он протянул небольшой камень.

— Сожмите его левой рукой и держите некоторое время.

Я так и сделал. На этот раз сияние над осколком было значительно ярче.

— Вы достигли третьего ранга. Поздравляю, — вновь буднично и монотонно выдавил Хранитель, и, как и в прошлый раз, положил правую руку на алтарь, а левую — на мое запястье с двумя черными полосами.

Легкое жжение. И вновь рука до локтя онемела буквально на пару секунд, а затем постепенно начала возвращаться чувствительность.

Я снова подписал необходимые бумаги. Все по-прежнему — неразглашение ритуала и о том, что обязуюсь использовать магию лишь во благо Империи или в качестве самозащиты. Исключения составляли дуэли и войны кланов, где разрешалось использовать магическую энергию для нападения.

Я не стал спрашивать у Хранителя о нападении на каменных идолов во дворе. Он бы ответил так же, как и Прислужник. Поэтому задал другой вопрос.

— Подскажите, что мне делать, если я потратил всю ману? Как ее восполнить?

Хранитель тут же ответил:

— Покупать доступ в Обители.

— Можете описать процесс? — задал я дополнительный вопрос.

— Оплачиваете сумму в зависимости от ранга. В вашем случае — пятьдесят рублей. И пользуетесь до конца текущей недели. Если дополнительная мана заканчивается раньше — до конца недели вы остаетесь без магии, повторный доступ к ней запрещен.

— Спасибо, — поблагодарил я. — И ещё вопрос… Можете ли вы повлиять на Министерство образования, чтобы ускорить получение лицензии для моего учителя? Я собираюсь учиться заочно.

— Мы закрываемся, уже обеденное время, — вдруг засуетился остроносый и, закрыв талмуд на алтаре, исчез в своих покоях.

Ну что ж, раз не хочешь отвечать, дружок, и так суетишься, значит, ты в курсе моих неприятностей. Что же там за монстр, которого даже Хранители побаиваются?

Я кивнул и попрощался, выходя из помещения. По пути заметил большой стенд и надпись «РАЗЫСКИВАЕТСЯ». На доске лицо парня с короткой светлой стрижкой, глаза карие, в плаще с открытым капюшоном. Его имя было достаточно странным и напомнило мне дни на руднике: «Хранитель-323». Подпись «Особо опасен. При обнаружении сообщать в ближайшую Обитель. Вознаграждение — 100 000 рублей».

Ого, что же ты сделал, парень, если против тебя ополчились твои же собратья? Явно что-то не укладывающееся в их свод законов. И размер награды говорит о том, что Орден Хранителей его по какой-то причине опасается. Я бы хотел пообщаться с ним. Много интересного можно было бы узнать о тех, кто по сути контролирует магию этого мира.

Выходя с этими мыслями из Обители, я услышал, как за мной гулко захлопнулись ворота, взметнув облако пыли. Ко мне подошли Жорик с магами.

— Во, теперь третий, — закатал я рукав, довольно улыбаясь.

— А вот это надо бы отметить. Поздравляем вас, Иван Сергеич! — я думал, что лицо Жорика треснет от улыбки.

— Да, поздравляем!

— С новым рангом! — закивали маги.

— Спасибо, друзья! — поблагодарил я всех и обратился к Жорику. — А вот «отметить» пока откладывается, Жора. Дела надо делать и врагов побеждать. Успеется.

Спускаться вниз по ступеням было веселей, чем ползти наверх. И у подножия мы были уже через десять минут.

Не успели мы дойти до автомобиля, как я услышал сбоку покашливание.

— Граф Астафьев! Приветствую вас! — прокаркал худощавый старик. Слегка сгорбленный, в клетчатом дорогом костюме и с зонтиком в руках. Возле него стояли пятеро мордоворотов, явно пытаясь напугать меня своими взглядами.

Забавно. Такие не боятся нападать толпой. А вылови поодиночке — тут же начинают блеять, словно барашки перед закланием.

Я подошёл к старичку.

— Добрый день. Чем могу быть полезен?

— Меня зовут Иннокентий Вяземский, если это вам о чем-то говорит, — в голосе князя явно чувствовалась гордость и самодовольство. Он ждал хоть какой-то реакции, но я даже бровью не повел.

— Вообще ни о чем говорит, — я недоуменно пожал плечами и заметил, как князь покраснел от раздражения. Да, понимаю, неприятно, когда тебя культурно посылают нах*р. Но он сдержался, надо отдать ему должное.

— Я отец того, кто был опозорен вами при всём светском бомонде, — продолжил старик.

— Дайте угадаю, — хмыкнул я в ответ. — Вы предлагаете войну.

— Вы слишком высокого о себе мнения, граф, — Вяземский-старший вытянул тонкие губы в подобие улыбки. — Во-первых,мне не получить одобрения у Хранителей, учитывая весьма неоднозначные мотивы. А во-вторых, нет у меня желания воевать с вами. С какой стати мне это делать?

— Это всего лишь предположение, — пояснил я. — Так о чем вы хотите побеседовать?

— Здесь, на холме, есть неплохое уединенное место, — пояснил Вяземский. — Предлагаю пройти туда. Нам с вами предстоит серьезный разговор.

Глава 11

Князь не обманул. Мы устроились в одной из заброшенных беседок. Почти — потому что за ней все-таки ухаживали, хотя с первого взгляда это не было понятно. На дереве блестела свежая краска, а густая трава была скошена вокруг строения и в том месте, где проходила широкая тропа.

Я вдохнул запах свежескошенной травы и улыбнулся. Это напомнило мне детство, когда я беззаботным мальчишкой бегал по лугам со своими дворовыми друзьями. Уже тогда мы сгибали палки и привязывали к ним верёвки, стреляя по «жирным врагам», сделанным из мешков, плотно набитых соломой. Уже тогда мы мечтали стать лучниками Лисса. Бесстрашными и беспощадными, которых опасались даже самые влиятельные кланы.

Вяземский, кряхтя, устроился на скрипучей скамье и махнул рукой через стол:

— Садись, Иван, начнем, пожалуй.

— Так, и что мы с вами будем обсуждать? — я присел напротив князя. — Хочу заранее понять, есть ли в этом смысл.

Я внимательно всмотрелся в морщинистое лицо аристократа. Он не нервничал, вел себя спокойно, даже позволил себе вальяжно откинуться на спинку скамьи, в свою очередь изучающе разглядывая меня прищуренным взглядом.

Мне не очень понравилось начало беседы. Князь пытался показать свое превосходство. Ну что же, подыграю. А если начнет зарываться —