Крылатые волки на льняном поле - Кирш Ли

- Бездельничаешь?

Вопрос, разумеется, риторический. Но задан ещё и с расчётом подразнить меня. Поддаться или нет?

- Наслаждаюсь.

- Чем же? - Даже спиной ощущаю его наглую улыбку.

- Вечностью, чем же ещё.

Он садится рядом и косится на меня.

- Что-то следы наслаждения никак не проявляются у тебя на лице.

В ответ кошусь на него, удивлённо приподнимаю бровь и выдаю:

- Я настолько счастлив, что нет сил отражать свои эмоции.

Чайка визгливым криком отзывается на мои слова, а демон одобрительно хохочет.

Некоторое время сидим молча и болтаем ногами.

Бездумная тишина рушится, когда я с болезненной хрипотцой изрекаю вопрос:

- Почему у нас всё, не как у людей?

- Потому что мы не люди.

Это правда. Мы не люди. Но отчего тогда зависть - чисто человеческая эмоция, - настолько завладела моим сердцем, что без неё я не могу смотреть миру в лицо?

Изо дня в день, круглосуточно меня пожирает эта бессловесная тварь - зависть. К простым человеческим отношениям. Зависть не чёрная и не белая, а некая вязкая субстанция свинцового оттенка, которая обволакивает изнутри и мешает дышать.

Зависть к доверию, к ревности, к беспокойству друг за друга, к сожалению о несбыточном и к удовольствию от свершившегося.

Мерзкое чувство зависть. Я не знаю, что с ней делать.

Всё. Достали. Задаю вопрос.

- Можно мне влюбиться?

Мой личный демон негромко и не слишком мелодично рассмеялся. С достоинством откашлялся и вопросительно глянул на меня.

Терпеливо жду, хотя взгляд его прожигает мою щёку до кости. Кожа уже покраснела и пузырится.

- В кого?

Его уточнение застаёт меня врасплох. Действительно, в кого? А не всё ли равно…

- Да в кого угодно. В любого, кто позволит себя любить. Кому это надо. Так же, как мне.

- Любовь - это унизительно. Неадекватная реакция организма на неконтролируемые эмоции.

Сплёвываю от злости прямо в воду, соскакиваю с парапета, руки в карманы брюк, и стремительно удаляюсь.

Да.

Я хочу этого.

Унижения.

Неадекватности.

Поглощения.

Безоговорочности.

Избыточности.

Перерождения.

Но всё это мне нельзя. Мой личный демон не говорит об этом, но я и сам знаю.

Вот только…

Я по уши сыт своей самодостаточностью. Меня тошнит от моей универсальности. Я устал контролировать ситуацию и просчитывать на множество ходов вперёд и назад.

Резко останавливаюсь, и на мою спину налетает мой личный демон. Догнал, таки…

- Ты у меня совета спрашиваешь или разрешения?

Я теряю слова, стремящиеся вырваться изо рта. Действительно, чего я от него хочу? Он мне не отец и не начальник. Сослуживец. Чего я к нему пристал? Из вредности.

- Может, я как друга спросил. - А вот это уже провокация. Чувство дружбы нам также чуждо, как и любовь.

Он не ведётся, а сосредоточенно пересчитывает в уме все песчинки на побережье Атлантического океана. Через минуту, когда подсчёт по памяти окончен, он сминает улыбку с невзрачного лица и глухо отвечает:

- Можно. На твой страх и риск.

Молчу, но внутри у меня всё ликует.

- Ты же знаешь… Потеряешь больше, чем обретёшь.

Знаю. Но хочу этого. Количественный обмен на равен качественному.

Гашу свою радость, чтобы внеочередной смерч не снёс пару лишних городов. А скоро я уже и вовсе потеряю эту способность, да и остальные тоже.

Что я получу взамен?.. Пусть это будет неожиданностью. Пусть. Я никогда ни о чём не жалею. Лишь о не сделанном.

- Спасибо!..

- За что? - Похоже, он искренне изумлён.

- За то, что не станешь меня прикрывать.

Он неуклюже пожимает плечами.

- Конечно, не стану. Я обязан донести.

- Знаю. И всё равно спасибо.

Он хохочет, запрокинув голову, грозит мне пальцем и удаляется. Он даёт мне фору.

И я должен успеть.

2. Влюбляться не желательно

Мысли сминаются, как грязная салфетка, и летят в урну.

Сжимаю голову руками и старательно пытаюсь не завыть. И почему я не лохматая зверюга с запахом псины, которой можно безнаказанно поднять морду кверху и тоскливо прокричать о своей неудовлетворённости… Выразить себя воем.

Хотелось побыть человеком, чтобы ощутить влюблённость, а теперь тянет стать волком, чтобы забыть о запутанных человеческих эмоциях.

Чёрт.

Ч-чччччччёрт.

Да черт же… Дочертыхался. Лёгок на помине.

Мой личный демон сочувственно ухмыляется мне прямо в лицо. А вот это уже никуда не годится…

Никто не имеет права мне сочувствовать. Насмехаться, издеваться, подначивать, оскорблять, доставать… но не сочувствовать!

Его улыбка медленно сползает со среднестатистического лица и прячется где-то за ушной раковиной. Ухо беспокойно подёргивается, но смиряется с подобным произволом, и лишь слегка краснеет. Я злюсь, глядя ему прямо в глаза, и он убирает сочувствие с лица. И всё же я его ощущаю. Плохо.

- Я тебя предупреждал.

- Да. Но не о том.

- Но предупреждал.

- Предупреждал…

Всё по-честному. Я знал, на что иду, и всё же… Не знал. Не понимал до конца. Да я и сейчас ни черта не понимаю!

Почему у людей всё так сложно? Почему любовь не может быть рациональна? Логична, объяснима, предсказуема… Доказуема, наконец! Ну по-че-му?

- Потому что они всего лишь люди.

Отвечать на не заданные вслух вопросы - конёк моего личного демона. Но ему стоит напомнить, что не озвученное не стоит трогать… грязными демоническими пальцами.

- Ты… лезешь… не в своё… дело. Шагай… мимо.

Похоже, он обиделся. Странно, однако. Не ожидал от него подобной чувствительности. С лёгким оттенком брезгливости касаюсь его щеки и размышляю вслух:

- А если тебя ударить по правой щеке, что будет твориться с левой?..

- Она тоже покраснеет.

Вот как. Однако же.

- А если я и по левой вмажу?

- Получишь сдачи.

Спросил лишь из спортивного интереса, а надо же… Узнал кое-что новое для себя.

- Так