Без обмана 6 - Seva Soth

— Чего-чего? Мааам? Ты что, шутишь? Какая-такая реинкарнация? Мам? Это что, слезинка? — более молодая лисичка оторопело уставилась в нашу сторону, переводя взгляд с матери на меня и обратно.

Для меня прозвучавший вердикт расставил всё по местам. Перерождение, прошлая жизнь, которую я по каким-то причинам вспомнил, получив навыки и знания старого проходимца. Почему так вышло? Как я предполагал ранее, скорее всего не обошлось без вмешательства многорукой Каннон. Это логично. А может быть, все кицунэ так могут? По всей видимости, информация пришла из надежного источника — от наставницы.

— Мой… отец… Ниида-сан мой отец? Это же бред! Он в три раза младше меня!

— Дурочка ты моя молоденькая, — сейчас я увидел новую для себя сторону Акиры. То, с какой нежностью она обращается с дочерью, как притянула ее голову к своей груди и погладила по волосам. — Конечно же, Макото не твой отец. Реинкарнация, перерождение. Другой человек, но с тем же «сердцем» и, похоже, что еще и частью памяти.

— Но это же означает… — скупая слезинка скатилась по бархатной щеке Ёрико. Они и плачут очень похоже.

— Да, ты верно угадала. Мой Макото, твой отец, погиб в конце второй мировой, о чем я узнала только сегодня, — ну вот, сейчас у меня на руках две плачущих лисички. Обнял обеих сразу. А у самого сердце разрывается, настолько жалко их. Одна лишилась мужа, вторая отца. Хотя, конечно, сомневаюсь, что тот, кого я назвал Хидео-саном, стал бы хорошим родителем. Многочисленные брошенные им дети по всей стране тому доказательство. Хотя Акира особенная. Для нее он мог бы сделать исключение и остепениться. Хотя бы на время. Авантюрист был плохим человеком, но абсолютным негодяем я его не назову.

Слова утешения не смогли преодолеть барьер сорванного голоса.

— И что, вы теперь поженитесь? — прозвучал дурацкий вопрос от Ёрико.

— Я только что узнала, что мой мужчина погиб и ты тут же предлагаешь мне выйти за другого? Серьезно, дочка, когда ты успела стать настолько бестактной? — Ёрико покраснела. — Объясняю еще раз. Ниида-сан не твой отец, он совершенно другой человек, совсем не похожий на того Макото, которого я любила.

«Но у тебя есть шанс, в будущем», — говорил мне взгляд Акиры, что я пока предпочел проигнорировать. Траур, я так понимаю, неподдельный, вот и нечего его нарушать. Все, что я могу для нее сейчас сделать — стать по-настоящему хорошим другом.

— А теперь тебе пора, Ёрико-тян. Бабушка написала мне, что они уже уезжают из магазина.

— Быстро она со смартфоном освоилась, — заметила Акирахиме-тян. — Так и не скажешь, что ей тысяча с лишним лет.

— Мир менялся при ее жизни не один раз. Ничего удивительного в том, что бабушка умеет приспосабливаться. Мы с тобой слишком молоды, чтобы понять. Всё, тебе пора, иначе придется тебе изображать Акеми, а ты плоха в этой роли.

— И ничего не плоха! — надула губки Ёрико. — Но ладно, так и быть. Пока, мам, пока… папина реинкарнация. Хуже прозвучало, чем у меня в голове.

И мы снова остались вдвоем, в совершенно пустой комнате.

— Друзья? — протянула мне руку женщина на западный манер. Я с внутренним облегчением ответил ей рукопожатием и кивнул.

Любовный треугольник отменяется и это лучшая новость за… три дня? В общем, с того момента, как треснул камень на севере префектуры Киото и одна древняя лисица решила, что современный мир ей небезынтересен.

— Теперь о делах, — казалось, что стать еще серьезнее невозможно, но Акира справилась. — Я узнала у знакомых в национальном парке. Полиция сегодня ночью задержала трех американских туристов за незаконное хранение пневматического оружия. Они утверждают, что ружья им были необходимы для самозащиты от минамигона.

Не стал сдерживать улыбку. Все-таки иногда органы правопорядка работают как надо. Если им помочь и предварительно напугать преступников до дрожи в коленях.

— Ты молодец, Макото. Пожалуй, справился не хуже, чем сделал бы ОН…

Мысленно поморщился, но все же показал большой палец, дескать, одобряю. Похоже, я обречен на вечное сравнение с Хидео-саном. Но кто сказал, что я уступлю бабнику, мошеннику и авантюристу хоть в чем-то? У нас, скромных бухгалтеров, тоже есть чувство гордости.

— Гайдзины, когда приехал переводчик, начали рассказывать, что на них напал минамигон. У них уже взяли тесты на наркотики, — продолжала Акира. — И если те окажутся положительными, смягчающим обстоятельством наркотическое опьянение не станет. Следы больших обезьяньих лап на снегу, правда, подозрительные.

Любопытно. Хуэянь не просто так пахнет опиатами. Наверняка в составе маковое молоко или что-то родственное. Оставляет ли Лисья Луна следы в крови?

— Дурацкий у тебя все же юмор, прямо как… — она не удержалась от того, чтобы шмыгнуть носом. — Сумка с твоими трофеями у меня в машине, — продолжила Акира. — Передам ее тебе через Ёрико. Там любопытные вещи есть. И компас, и детектор, и та гадость, которая заставляет перекинуться. И в компьютере может что-то важное найтись. Было бы забавно взять эти кристаллы и в какой-нибудь храм с ними заявиться… поэтому забирай себе. Ты глупостей не наделаешь.

Снизу послышалось знакомое урчание двигателя, которое я узнаю из тысяч моторов. Его величество Марк Второй, король автострады и принц дрифта, при минимальной помощи «госпожи Кагуи» довез женщин и их покупки. Много покупок.

Я немедленно спустился вниз и начал помогать. Лестницы. Если есть у меня враги — то это не храмы Инари, не гайдзинские охотники за криптидами и не инвестиционная фирма из Осаки. Ступеньки — вот наказание, посланное мне небесами за все преступления в прошлой жизни, совершенные Хидео-саном.

Уместно ли его так вообще теперь называть, когда я знаю правду? Почему нет? Так проще проводить между нами границу. Посоветуюсь еще с наставницей Амацу, но думаю, что тот прежний Макото — это не я. Акира права. Человека делает социальная среда. Мальчишка, которого травили собаками — продукт своей эпохи. Я же воспитан иначе, получил достойное образование и могу себе позволить оставаться хорошим человеком.

— … ты прости, что мы тебя так загрузили, — Амацу-но-Маэ гладила капот моей Тойоты, словно котенка, и будто бы даже слышала какие-то ответы. — Да-да, ты не купеческая телега, твой дух просит скорости, эта Амацу всё