Осколки измены. Матвей - Дия Семина

— Так, стоп! Не продолжай.

Вот сейчас мне становится жарко.

Наклоняюсь к ней и получаю страстный поцелуй настолько откровенный и жаркий, что голова закружилась. Долгое воздержание дало о себе знать.

— Поднимешься?

— Спрашиваешь? Ты мне тоже нравишься, но не хочу даже спрашивать тебя и просить, типа «поклянись, что не будешь ревновать!» Сдаюсь!

— И правильно. Был бы ты страшный урод, то я бы и не ревновала. Но то, как эта красотка пожирала тебя глазами, я поняла, что они постоянно будут около тебя. Смогу ли я выдержать конкуренцию, вот вопрос.

— А ты не задавайся глупыми вопросами, просто живи и люби. И чтобы тебя успокоить, скажу, что мне гулять вообще некогда. Работа, учёба, сестра, дед, Даша скоро родит. А я у них всех извозчик.

Смеюсь и снова целую нежную Луизу.

— Пойдём скорее, мечтаю увидеть тебя без одежды. Правда, у меня два огромных синяка на попе и ноге и рука болит после аварии. Так что любовь у нас сейчас будет скромная и осторожная.

Она рассмеялась и вышла из машины. А я поспешил за ней. С трудом осознаю, что сейчас между нами происходит. Это вроде начало отношений и сразу такие страсти.

Не успеваю подумать, мы поднялись на третий этаж. Вошли в её квартиру, и Луиза тут же начала меня раздевать. Помню о её ушибах, помогаю и ей снять одежду. И когда осталось только нежное кружевное бельё, она прижалась ко мне всем телом.

— Мечтала об этом. Ты невероятный. Очень красивый. Не бросай меня, ладно!

— Глупышка, зачем мне бросать девушку, о которой я так давно мечтал.

Обнимаю её и целую нежно в губы. Осторожно расстёгиваю лифчик и спускаю трусики, она идеальная. Нежная, хрупкая и очень красивая.

— Ты идеальная для меня, Луиза. Мне в тебе нравится всё. И грудь той самой формы, от которой у меня мурашки по спине. И попка твоя, жаль синяк, а то пожмякал бы, не сдержался.

Она рассмеялась.

— Пожмякал, это как?

— Вот так.

Рукой слегка сжимаю несколько раз, ту округлость попки, на которой нет синяка, Луиза снова смеётся.

— Ты и мою грудь так пожмякать можешь.

— Я сейчас всё могу, но хочу настоящей близости с тобой. Очень хочу. Позволишь?

— Не выпущу, пока не исполнишь своё желание. Тут тебе без вариантов, помнишь же, что мы сейчас спор должны выиграть.

— Да, точно. Это только поэтому ты меня терпишь?

Наша любовь вдруг обрела какой-то иной, весёлый характер. И от этого стало легче.

Луиза перестала смеяться, и мы теперь нежно целуемся, а потом страсть накрыла, и я уже не мог остановиться. Кажется, хватило осознанности в моменте, и резинку я всё же надеть успел.

— Это было фантастически приятно.

— Это ты фантастический. Ты же меня не бросишь?

— Брошу!

Она вздрогнула, приподнялась на локте и шлёпнула меня по плечу ладошкой.

— Если будешь продолжать арию из оперы «Отверженные и оскорблённые», то это и произойдёт. Наслаждайся. Я в твоей постели, ты сводишь меня с ума. И скоро я начну умолять тебя выйти за меня замуж, не сегодня, это точно. Но скоро, да, наверное.

Луиза снова рассмеялась.

А потом замки в квартиру клацнули.

— Есть, кто дома? — мужской голос.

— Ой-йёй! Папа явился. Блин! Одевайся быстрее.

Она бегом захлопнула дверь в нашу спальню, а я вспомнил навыки армейских сборов. И через минуту уже вполне прилично выглядел. Правда носки оказались на левую сторону. Но это пустяки…

Глава 35

Мы собрались, оделись, но я замечаю, что настроение у Лизы (она всё же настояла, чтобы я её называл именно так) испортилось.

— Надеюсь, что моё присутствие не создаст тебе проблемы? — обнимаю её и целую в висок.

— Мне его присутствие всегда создаёт проблемы! Он всегда вмешивается в мою жизнь, как ревнует. У него датчики дома что ли стоят? Стоит в моей жизни появиться парню, и отец начинает меня пасти, как козу единственную! Надоело, хочу свободу.

— Но он же ушёл из семьи? — я не совсем понял, что происходит.

— Он ушёл от мамы, а я типа его собственность.

— Не понял! — меня передёрнуло от таких слов.

— Потом расскажу, но нет, он меня не насиловал.

Она подытожила мои страхи, но даже то, как она это сказала, звучит как-то неприятно. Если она задумалась над этим, значит, такие мысли были или разговоры. Чёрт возьми, я юрист. И мне такие намёки говорят гораздо больше, чем прямой текст по фактам.

Отец Лизы постучал в дверь.

— Да! Я не одна!

— Я заметил. Может, познакомишь меня со своим очередным парнем? — на слове «очередной» он сделал акцент, Лиза вздрогнула, а я сжал зубы, чтобы не ответить грубо.

— Он не хочет! — наш диалог так и продолжается через дверь.

— Отчего же. Можно и познакомиться! — резко встаю, открываю дверь и протягиваю руку. Смотрю в глаза, этот взгляд у меня от отца, взгляд следователя.

— Добрый вечер! Матвей Глебович Чернов, и у нас с Луизой всё серьёзно, она моя очередная девушка, надеюсь, что на этом наши списки закроются!

— Добрый! Очередной, значит! Ну-ну! Меня зовут Олег Васильевич, и за мою девочку я голову тебе сверну.

— Да, понимаю, также за своих девочек бы сражался. Но не переживайте, со мной она под защитой.

— Матвей, тот самый юрист, кто помог мне. И отец этого придурка, что наехал на меня, сегодня угрожал. А Матвей меня снова спас. Так что мы теперь сами как-то справимся. Спасибо. Надеюсь, что ночевать ты уедешь к своей Наташе!

— За дочь спасибо! — он, наконец, пожал мою руку. И тут же ответил Лизе. — Это моя квартира, так что ночую там, где хочу.

Наш разговор зашёл в тупик, мы пару секунд сверлили друг друга взглядом. Точнее, Лиза и Олег Васильевич смотрели друг на друга, ожидая, что кто-то из них сдаст позиции. А я пытался понять, как прервать эту ситуацию и желательно без кровопролития.

Нас спас звонок отца:

— Матвей! Пулей за Алиной, и я стал отцом! Бог мой! Андрюшка родился!

На мои глаза навернулись слёзы. Я сам не ожидал. Просто протянул руку, подгрёб к себе Лизу,