Народ о религии - Фольклор

А бернардинец на это отвечает:

— Не верю, коли бы то правда была, я уже сквозь стену видел бы.

Пародии на молитвы и богослужение

Русские

1. СОЛДАТСКОЕ «ОТЧЕ НАШ»

В одно прекрасное время солдат находился у генерала на вестях в передней комнате. Закурил трубку и говорит:

— Эхма, плохая моя доля! Разуму хотя и много, да денег нет ни гроша.

А в это время генерал находился в кабинете, занимался письменными делами и услыхал, как солдат обижается на свою долю. Любопытство подстрекнуло его спросить, и он вскричал:

— Вестовой, поди сюда!

Вестовой подходит и говорит:

— Что изволите, ваше превосходительство?

— Что ты за умница такая, что у тебя разуму много?

— Конечно, много, ваше превосходительство! Я на каждый вопрос могу отвечать и ни в чем не запнусь.

— Хорошо, посмотрим, как отвечать-то будешь.

Генерал начал спрашивать вестового:

— Послушай, вестовой, почему это так: бог сотворил небо и землю и всем управляет, ему должны вес повиноваться и исполнять его заповеди, а мы говорим ему «ты», а не «вы», а начальнику — «вы»?

Вестовой отвечал:

— Вас, чертей, много, а бог один, поэтому и говорим ему «ты», а не «вы», ваше превосходительство.

Генерал отвечал:

— Хоть ты и правду говоришь, но лично оскорбил меня, за это тебе грех будет.

— Эх, ваше превосходительство, горе теперь грехи искать: грех скончался, правда сгорела, правосудие убежало, добродетель ходит по миру, свобода под арестом, закон на пуговицах, верность на аптекарских весах, надежда с якорем на дне моря да и терпение скоро лопнет.

Генерал подумал да и говорит:

— Вижу, на словах-то ты ловкий, как на деле-то будешь…

Вестовой отвечал:

— Я и на деле такой же, ваше превосходительство. Извольте спрашивать о полковнике или генерале, я на все буду отвечать словесно; молитвы, заповеди в особенности, как дважды два, много лучше соборного пономаря отвечу, без запинки.

— Хорошо, посмотрим, как-то отвечать ты будешь Читай-ка мне хоть… «Отче наш».

— Извольте слушать, ваше превосходительство.

Вестовой начал читать:

— Когда солдат в строй вступает,

Тяжко вздыхает и говорит:

«Отче наш».

Румяная заря играет,

Рота командира ожидает, —

Иже еси.

Шумит, гремит,

Рвется, как

На небеси.

Подайте палок и плетей

Для солдатских плечей

От солнечных лучей.

Да святится.

Тогда солдат солдата,

По приказанью начальства,

Бьет и в уме своем клянет

Имя твое.

Потом входит к ним фельдфебель,

Кричит: «Стройся, равняйся,

Смотри на начальника бравей!»

Да приидет.

Теперь вся рота наша в отряде,

Командир наш помрет,

Будет во аде,

Тамо же будет

Царствие твое.

Вот здесь командуешь нами,

А там будешь командовать чертями, —

Над ними

Да будет воля твоя.

Там будешь более в почете,

Нежели у нас в батальоне или роте,

Яко на небесах.

Хоть ты не более червя,

Который пресмыкается

И на земли.

Провиант наш ты на что меняешь?

У нас последнее отнимаешь.

Ведь это —

Хлеб наш насущный

Царь нам от казны отпускает, —

Даждь нам днесь.

А если мы перед тобой в чем провинились

Или на службу не явились,

В кабаке просидели, —

Остави нам.

А что вы муку нашу продаете,

А денежку в карман кладете,

Это за вами —

Долги наши.

Хотя вы мукой не торгуете,

Ничем не барышуете,

Яко же и мы оставляем,

Если с нами честно разочтетесь

И во всем нас удовлетворите.

А если по-прежнему, то будете

Должниками нашими.

А командир наш до самой смерти

Смотрел на нас сурово, —

Не дай нам бог другого

И не введи нас во искушение

Но избави нас,

А ровно и мы от тебя избавиться

Очень рады, как

От лукавого.

Генерал его за это поблагодарил и три рубля на водку подарил.

2. ПРИШЕЛ Я В ВЕЛИКИЙ ПОСТ…

Пришел я в великий пост к маме

молока хлебать.

Мама меня гнать,

Я бежать.

Бежал два дня,

Нашел на дороге игольные уши,

Положил на плечо,

Стало горячо.

Пошел в кузницу ковать топор.

— Скуй мне, кузнец, топор.

Ни мал, ни велик — в мой рост. —

— Что ты будешь делать? —

— Буду дерево рубить. —

Сковал мне кузнец топор,

Ни мал, ни велик — в мой рост.

Зашел я на овин рубить дерево-крапиву.

Дерево пало, меня задавило.

Прилетели два ангела —

Крыса боровая и мышь летучая.

Посадили меня на колеса

И подняли на небеса.

Там все не по-нашему,

Там все не по-здешнему:

Церковь из пирогов сделана,

Калачом заперта,

Блином прикрыта.

Калач я перегрыз да в церковь походил.

Сидит Тимошка на окошке,

Я его пристрастил.

Идет поп Ермошка,

В липовых лапоточках,

В синем зипунишке,

Одна рука к уху,

Другая — к брюху.

Запевает свой любимый стих:

«Постой-ка, великомученица,

Пронеси еси.

Прошла сквозь шубные рукава,

Прошли все кресты и пророки

По большой дороге…»

А сзади и нам можно идти.

3. ЦЕРКОВНАЯ СЛУЖБА

Выходит дьякон, становится на амвон, а поп и поет:

— Дьякон, дьякон, посмотри-ка в окошко, нейдет ли кто, не несет ли чего?

Дьякон отвечает:

— Старуха идет, пехтус масла несет!

А дьячок поет:

— Подай, господи!

Поп опять:

— Дьякон, дьякон, посмотри-ка в окошко, нейдет ли кто, не несет ли чего?

Дьякон отвечает:

— Старуха идет, четверть ржи несет!

Дьячок опять поет:

— Подай, господи!

Поп опять говорит:

— Дьякон, дьякон, посмотри в окошко, нейдет ли кто, не несет ли чего?

Дьякон отвечает:

— Идет мужик, несет дубину на поповскую спину! Поп и дьячок поют:

— Тебе, господи!

Украинские

1. КАК ЗА РЕЧКОЮ ЗА БЫСТРОЮ