Пресс-тур - Андрей Поляков

– Я хочу идти, пока на улице светло. Стемнеет через час-полтора. Кто-то со мной пойдет, или вы тут так и будете сидеть? – прикрикнул Илья.

– Я тебя прекрасно понимаю, но решение пока не принято, подожди еще немного, – сказал Павел.

Илья посмотрел на него с ненавистью.

– А ты вообще, альтовский жополиз, не лезь.

– Я у них не работаю, они просто клиенты, впрочем, деревенщине вроде тебя не понять таких сложных материй.

Илья бросился на него с кулаками, но их быстро растащили.

Потом он отдышался и сказал, что уходит один.

– Пусть тебя Семеныч хотя бы отвезет на своей машине. Не глупи, пожалуйста, – попросила Кира.

– Он спит, – сказал Алексей. – Дайте ему отдохнуть.

– А ты обещал мне помочь еще в больнице. Твоя-то мамочка в Москве, наверное, в порядке? – с укоризной в голосе проговорил Илья.

– Парень, я с удовольствием, но вдвоем туда идти – это самоубийство. Надо все обсудить и решить, как мы действуем.

– Да и хер с вами, – отозвался Илья. – Я ухожу, не могу больше ждать, пока моя мать в опасности.

Все стали его уговаривать, но он был непреклонен, быстро собрался и потребовал выпустить его на улицу. Перед тем как шагнуть за порог, он обернулся к Герман:

– Приятно было познакомиться, жаль, что в таких обстоятельствах. Надеюсь, еще увидимся.

Кира с повлажневшими глазами внезапно подбежала к нему и чмокнула в щеку.

– Постарайся быть осторожным.

Парень расплылся в улыбке и вышел из здания. Пока позволял обзор, она с волнением наблюдала, как Илья бредет через сугробы в сторону площади.

* * *

– Он прав, в общем-то, – сказал Паша через некоторое время после ухода Ильи. Он старался не смотреть на Герман, испытывая странное чувство ревности. – Если я хорошо понимаю вашу погоду, тут через час-полтора-два стемнеет. И нам надо будет ждать утра, чтобы что-то делать дальше. К этому времени у нас будет еще меньше продуктов. Да и твари, которых мы уже давно не видели, ночью могут вернуться. Я бы попробовал снова сходить в новый район, тут же недалеко. Вдруг уже пускают людей? В общем, я опять против того, чтобы отсиживаться.

– Мое мнение вы знаете, – отозвался Алексей. – Надо просто пару дней тут перекантоваться, и за нами приедут. Не бросят же они весь город? Будем экономно расходовать еду.

– Она уже почти кончилась.

– Ну есть же где-то магазин в городе, не в новом районе?

Артем кивнул, и Алексей продолжил:

– Ну вот и пойдем туда большой группой при свете дня, наберем продуктов и будем дальше сидеть, если никто не приедет. Мы же в практически идеальной крепости. Куча отдельных номеров. Вода и свет есть. Два легко баррикадируемых входа. Знай себе пополняй запасы и жди, когда нас спасать прибудут.

– И еще убирательная комната с массой труп, – сказал со смешным акцентом норвежец.

– И еще панорамные окна в ресторане, – добавил Леха. – Они слабо укреплены, ты забыл?

– Мне вообще не нравится идея сидеть на одном месте, – возразил Владимир. – А если связь так и не восстановится? Если за нами никто никогда не приедет? Сколько мы тут будем сидеть?

– И что ты предлагаешь? – уточнил Павел.

– Я бы попытался доехать до завода, – предложил проснувшийся недавно Семеныч. – Вдруг хоть там знают, что происходит? У себя дома я был восемь часов назад, и по мне стреляли из автомата – я туда пока не хочу.

– А еще надо проверить полицейский участок – мало ли что, вдруг кто есть? – сказал Леха.

– Мы, кстати, видели сгоревшую полицейскую машину и заправку на въезде в город, – вспомнил Паша.

– А людей не видели? – встрепенулся Леха.

– Людей не видели. Там все сгорело.

Леха помрачнел.

– Участок на выезде из города, на улице Победы, – продолжил Семеныч. – Можем заскочить по дороге на завод. Я поеду на своей машине, но нужен еще хоть кто-то, умеющий водить, для подстраховки, мало ли что по дороге произойти может.

– А сколько ехать? – поинтересовался Владимир.

– Да за час-полтора как раз туда-обратно и съездим. Летом быстрее, но сейчас вся дорога занесена, и ее, я почему-то уверен, сегодня не чистили. Отсидеться тоже не такая плохая идея. Но на заводе нам могут помочь – там же управление, все офисы. Они могут знать, что происходит, если там хоть кто-то остался, а не разъехался по домам и дачам. Кстати! Есть же дачи топ-менеджмента где-то. Правда, я ни разу там не был. И еще – кто-то же дал приказ охране заблокировать жилой район? Я считаю, завод надо проверить. На полицейский участок посмотрим из окна машины – если живые там есть, сами покажутся.

– Ну, давай я поеду, – неожиданно согласился Алексей. – Если на машине туда-обратно, то поехали. Водить я умею. Наберусь впечатлений для репортажа, хе-хе, хоть так на завод посмотрю. Но потом сразу в отель.

Собравшиеся еще несколько минут обсуждали план действий. В результате было решено разделиться на три неравные группы. Алексей с Семенычем отправятся на завод с заездом в полицейский участок и проверят, что там творится. Леха с Артемом и Амур быстро сходят в новый район и разведают обстановку, по возможности – договорятся, чтобы впустили людей, или хотя бы попросят продуктов; с участием стража порядка шансы на успешные переговоры повышались. Павел и медленно передвигающийся Владимир останутся охранять отель и женщин.

– А что я? – спросил Олав.

– Ну, тут сиди, естественно. – Леха заржал. – Ты ж по-русски не говоришь ни хрена. Херовый из тебя переговорщик будет.

Павел подумал, что во всех дурацких хоррор-фильмах разделяться было самой идиотской идеей, которую могли придумать персонажи, но вслух этого говорить не стал.

* * *

– Солидный аппарат, – сказал Алексей, залезая в джип и слегка наморщившись – вправленное Лехой плечо все равно сильно болело при любом движении. – У нас по Москве все больше малолитражки на альтернативных источниках ездят, такие машины уже нечасто увидишь.

– У нас тут зимой нужна солидная рабочая лошадка, а не ваше столичное пидорство, – ответил Семеныч без тени иронии на лице. – Да и вообще, дорог особо нет, а эта, – он похлопал по рулю, – хорошо по бездорожью проходит, когда тепло. На рыбалку можно ездить на озера, на охоту. И кстати, она тоже на росении, не думал же ты, что «Росальтэн» своему сотруднику даст какой-то другой автомобиль?

– Сколько ехать-то?

– Да километров десять от двери до двери.

За ночь на дорогу намело огромные сугробы, и Иван вел неторопливо и аккуратно