Путешествие в Россию - Якоб Ульфельдт

52. Dinothi Loci Communes historici[278].

53. Herodotus.

54. Paradoxa Francki[279].

55.Justinus.

56. Polidorus Virg. de rerum Inventione.

57. Peucerus de Divinatione — Jovius, Tomis Tribus[280].

58. De Statu Relig. et Reipub. in Regno Gallic, tomis 2[281].

59. Le Perfait Courtisan etc[282] — Dictionarius Latinogall.

60. Delia Origine de Cauallieri[283].

61. Libro della Repub. de Venetiani[284].

62. Il Secretario di Sansovino[285].

63. Nueva Philosophia Compuesto por Donna Oliua etc.

64. Menosprecio de Corte[286].

65. Cauallero auisado[287].

66.Vocabulario en Espannol.

67. Gueuara[288].

68. Historia Belgica[289].

69. Dittionario Vulgare.

70. La Diana[290].

71. El Cortesano[291].

72. Formulario de Escreuir.

73. Les vies de Plutarque deux tomes.

74. Methodus Historica Bodini.

75. Ciceronis opera Tom. 8.

76. Platonis opera Tom. 3[292].

77. Dionysius Halicarnass.

78. Curtius.

79. Elegantiae Vallae.

80. Salustius.

81. Plautus[293].

82. Palingenius[294].

83. Cominius cum Frossardo[295].

84. Virgilius.

85. Caesaris Commentarii.

86. Aphorismi Hyppocratis.

87. Aristotelis opera Tom. 7 cum Indice.

88. Discours Politiques et militaires etc.[296].

89. Monsieur de la Noue.

90. Theatrum Mundi et Temporis.

91. Compendium Theologiae[297].

92. Psalterium Corneri[298].

93. Precationes Avenarii[299].

94. En Dansk Low Bog.

95. Valturius de re militari[300].

96. Hippiatria[301].

97. Kongs Christians den III Historie[302].

98. Kongs Christierns den 2. Historie[303].

99. Tratado de la Orden del Toison de Oro[304].

100. Ipponomikon Grisonis[305].

Якоб Ульфельдт

Путешествие в Россию

В жизни человека нет ничего приятнее и полезнее, чем чтение книг, излагающих священную и светскую историю, так как из первых он может почерпнуть истинное познание Бога (ибо чем иным является Священное Писание, как не истинным историческим повествованием о Боге Отце, Сыне и Святом Духе?)[306], а из вторых понять, как ему жить и строить свое будущее. Необходимо, чтобы образованные люди с усердием обращали [свой ум] на познание этих книг, ведь в исторических сочинениях есть огромное множество наставлений о том, как избегать пороков и приобретать добродетели. Есть и бесчисленные примеры, показывающие, что нечестивые люди и тираны были наказаны и по большей части погибли насильственной смертью, а хорошие и благочестивые люди всегда спасались и умирали естественной смертью. [Это делается для того], чтобы тот, кто читает исторические сочинения[307], всегда имел перед глазами образец, в соответствии с которым он направлял бы все свои поступки, и на примере других смог узнать, каким образом ему вести себя в жизни, чтобы снискать милость Господню и чтобы дурной жизнью не навлечь на себя его гнева и справедливой кары; чтобы на примере других он научился сам заботиться о себе и избегать того, что навлекало гнев и кару на других, ведь Господь наказывает ужасными карами за ужасные преступления, о чем свидетельствует как священная, так и светская история.

Поскольку есть весьма много историков, которые в печатной форме достаточно пространно говорят о пользе исторических сочинений, я полагаю, что бессмысленно много писать о ней, и намереваюсь возможно более кратко, в немногих словах и в виде исторического повествования рассказать о путешествии в Россию[308], [предпринятом] мною и другими дворянами, меня сопровождавшими. Но поскольку я не считаю себя способным описать его изящным слогом (ведь, признаюсь, я [лишь] поверхностно знаком с латинским языком и мой способ выражения далек от совершенства, и это неудивительно, прежде всего потому, что я в течение шести пятилетий[309] был оторван от ученых занятий и, будучи постоянно занят придворными и домашними делами, не мог ни подучиться, ни повторить что-либо из того, чему когда-то выучился[310]; а также потому, что все записывалось в дороге — быстро и в спешке), я прошу любезного читателя благосклонно отнестись [к написанному], исправлять [неудачные места] и не судить строго. Впрочем, чтобы [читатель] знал, чего он может ожидать от меня в повествовании подобного рода, я изложу [это] в кратких словах. Сначала я хочу объяснить причину нашего путешествия, затем — кто был отправлен, кем, к кому, когда, каким путем; какие опасности ждали [в пути], как [посланцы] были приняты, [как с ними] обращались, каким образом они были отпущены и отправлены назад. И [все] это [изложу] не пространно, чтобы не утомлять уши читателя пустяками и длиннотами. Итак, я хотел бы, чтобы благосклонный читатель получил все [эти сведения] в самом кратком виде.

Я полагаю, ни у кого не вызывает сомнения, что в давние времена, в особенности при благочестивом блаженной памяти короле Кристиане[311], возлюбленном отце нынешнего короля, между Данией и Россией были дружба и союз[312] и два эти государства были так связаны между собой мирным договором, что жители каждой из стран могли беспрепятственно торговать и заключать сделки в областях другой [из них] и у них были назначенные им собственные дома, у русских в Копенгагене[313], у датчан — в Нарве[314]; и они даже [могли] безо всякой опасности ездить куда хотят. Зная об этом союзе, король Фредерик II[315] почел разумным последовать примеру своих предшественников, прежде всего дражайшего своего отца, и сразу же после коронации через посредство своих послов — гофмейстера Эйлера Харденберга[316], маршала Йенса Ульстанда[317] и Якоба Брокенхуса[318] — решил не только подтвердить прежний союз, но с помощью новых договоров возобновить дружбу и взаимную переписку[319], однако не с той целью, чтобы нанести вред какому-нибудь иному христианскому государю, и не с той [целью], чтобы объединиться с русским [государем] для получения от него помощи против врагов, но более для того, чтобы государства обоих правителей в результате заключения подобного союза процветали в мире[320].

Этот договор сохранялся вплоть до 1575 г., когда из-за разногласий между королем и ливонскими наместниками московского великого князя случилось нечто не соответствующее договору, а именно: три ливонские крепости — Гапсель[321], Леаль[322] и Лоден[323] — были отобраны великим князем [московским][324] у короля[325]. [При этом великий князь] раньше раз или два в письмах убеждал короля передать их ему, так как