Молодой бог - Henry Stewart

осознать и переварить всё, что произошло, всё что я сделал, так что моё состояние в данную минуты — это лишь побочный эффект от встречи с Мориарти. Тот что-то хотел сказать, но тут в коридоре послышались быстрые шаги и хлопки дверей. Вскоре в зал вошел высокий светловолосый мужчина со спортивной фигурой. Одежда его была неприметна, обычные джинсы и кожанка. Бывший военный, скорее всего. Резкие, просчитанные жесты, четкий, уверенный шаг.

— Эдвард, познакомься, это Себастьян Моран. Мой ближайший помощник и правая рука, но я левша, так что моя левая рука.

— представил Мориарти мужчину.

— Привет! Рад познакомиться. — улыбнулся Моран, и мы пожали руки. Это он тогда сидел со мной в вертолёте. Я узнал голос.

— Так что насчёт, ну… — он неуверенно покосился на меня, а затем на Джима. Тот лишь брови поднял, приказывая закончить вопрос. — нафтиламина?

Это новый наркотик или что? Звучит как какое-то токсичное вещество.

— Потом обсудим, Себ. — Джим махнул рукой. — У меня появились более важные дела.

Ого. То есть… Я? Моран кивнул и вышел.

— Следит, чтобы в мои дела не пролезала всякая шваль. Не слишком дальновиден, но умен и жесток. Человек, чьими руками проворачивались грязные дела. Человек, который убивал за и вместо меня. — говорил Мориарти. — Полковник в отставке.

— А он показался мне не таким уж и жестоким. — сказал вдруг я. Я говорю с ним. Господи.

— Значит он не хотел пугать тебя с самого начала. — улыбнулся Мориарти. Я улыбнулся в ответ, хоть и как-то неестественно. — Ну, вот, — ухмыльнулся Джим. — уже улыбаешься. Это хорошо. — Итак, обсудим некоторые детали. — резко начал новую тему Мориарти.

Я напрягся. Это всё реально, запомни. Мне предстоит узнать, что за фрукт этот Мориарти. Мне известно лишь, что он действительно опасен, со слов других, и что он отлично трахается, по моему опыту.

— А можно поинтересоваться, что я вообще буду здесь делать? — спросил осторожно я.

— То есть я… — мне хотелось сказать «пошёл на это, поддавшись эмоциям».

Глаза Мориарти блеснули недобрым огоньком.

— Ну, посмотрим. — сказал он неопределённо. — У Ми-6 были грандиозные планы на тебя. Но увы.

Я снова почувствовал приступ тошноты.

— Тебе здесь будет лучше. Вот увидишь. Эти твари посмели держать тебя в клетке. — голос Джима изменился, в нём появилась ярость, то же произошло с глазами. — И они об этом пожалеют. — спустя странные пять секунд тишины сказал Мориарти и встал из-за стола. — Пошли, кое-что покажу.

Мы пришли в помещение, которое напомнило мне тренировочный центр на базе. Только немного меньше. Я увидел Морана, который отвешивал удары груше.

— Здесь тренируется Себастьян. — развёл руки Мориарти. — Может ты тоже захочешь. Уверен, режим безостановочных тренировок впечатался тебе в подкорку.

Я пока не мог определить, чего хочу. Мне нужно больше времени, чтобы перестроиться.

— Может ты хочешь принять ванну? — спросил Мориарти, когда мы шли по коридору.

Да, это было мне необходимо. Я очень редко принимал ванну, просто потому что её не было на базе, но всё равно я помнил какого это. Поэтому я кивнул, смотря куда-то на шею Джима. В глаза пока не мог.

— Тогда я покажу тебе другую часть дома. — сказал Мориарти, немного пританцовывая.

Видимо, эта ситуация его развлекала.

Мы поднялись на второй этаж по светлой лестнице, и мой взгляд пал на разношёрстные вещицы, типа статуэток и ваз, стоящих у стен. К моему удивлению дверей тут было не много.

— Твоя комната будет последняя справа. — сказал Мориарти, указав в сказанном направлении.

Тут я заметил гитару на кушетке. Я уставился на неё как на самый необычный объект в этом доме.

— Вы играете? — выпалил я. Мне вдруг подумалось, от кого мне досталась эта способность к музыке?

— Ой, хватит уже этих «Вы», «Вам». Говори «Ты» или «Джим». Играю? Разве что на нервах людишек. — он усмехнулся, в его глазах заблестели чертики. Мориарти выглядел очень довольным. — Спустись на первый этаж, вторая дверь налево — и там тебя ждет прекрасный сад! — наигранно радушный тон Мориарти внезапно сменился на серьезный.

Я с удивлением наблюдал за Джимом, тот словно замер, глядя куда-то в сторону невидящими глазами, его лицо было нечитаемо, и да… немного пугающе: круглые глаза с проблесками безумия.

Мне вдруг стало очень некомфортно, и я спросил:

— Это всё достоверные картины?

Лицо Мориарти снова наполнилось красками.

— А ты мне скажи: тебя интересует искусство или возможность меня привлечь за кражу исторической ценности? — спросил Мориарти, моргнув несколько раз подряд.

— Кража исторических ценностей — это довольно эстетично. — ответил я, залипнув на один шедевр.

— Эстетично, говоришь? — Джим захохотал.

— Вот как… А ты об этом думал.

Я смутился. То, что я жил в МИ6 наверное заставляет задуматься о моих приоритетах и мировоззрении. Мне кажется, Джим очень хочет выяснить каков я на самом деле.

Мы снова спустились на первый этаж и стали двигаться по просторному коридору к выходу, ведущему в сад. Мы вышли из дома в море запахов и тепла, исходящего от каждого растения. Сад по ночам освещался фонарями, по небу плыли рваные облака, но солнце, проглядывая сквозь них, расплескивало по саду тёплый свет. Я остановился, разглядывая открывшуюся взору картину. Я будто перешёл границу миров. Что ж это за дом такой? Здесь будто живут несколько совершенно разных людей, и каждый вносит в квадратный метр что-то своё.

— Мне нравится здесь. Хорошо думается. — Джим обернулся ко мне. Он сел на скамейку под фонарем и откинулся на спинку. — Хочешь что-нибудь обсудить?

Я неуверенно присел рядом, осторожно, словно кошка. Я бы хотел решить всё здесь и сейчас. Знаю, так не получится, но можно попытаться.

— Почему ты не помог моему отцу, когда его убивали? — я обалдел, потому что изначально хотел спросить, что полегче типа «Какой твой любимый цвет?».

Морщинки между бровями дяди стали увеличиваться, а сами брови ползти друг к другу.

— Вот так сразу, значит. — я, признаться, испугался. Я не знал на что способен Мориарти на самом деле, но всем телом ощущал искры опасности. К тому же я сразу разглядел в этом красивом мужчине сумасшедшего. Кто ещё возьмёт на себя главную роль в криминальном театре?

— Утолю твою любопытство. — он медленно закивал, перевёл взгляд на ноги, а затем резко ухватился за мой. — Я не знал, что его убили.

Я широко распахнул глаза, смотря в карий пигмент преступника напротив. Он не знал? Или он шутит?

— Майкрофт сказал, что его убили люди из какой-то твоей ячейки.

Мориарти вдруг засмеялся. Не страшным злодейским смехом, а простым человеческим. Но без капли счастья.

— У меня тогда