Сорвать Джекпот - Арина Кузнецова

28

— Вадим, — сглатываю ком в горле. Отстраняю, осторожно отталкивая ладонью в плечо. — Мне было очень хорошо. Но я не на таблетках. То, что произошло, слишком безрассудно. Давай все-таки предохраняться. Не стоит играть в лотерею.

Месячные должны были начаться через пару дней. Цикл у меня был регулярный. Но безопасный дней у здоровых женщин в фертильном возрасте не бывает, бывают наименее вероятные дни для зачатия. Кому, как не мне об этом знать, сталкиваясь с беременными пациентками, пользующимися календарным методом контрацепции.

— Я успел, — приподнимается, удерживая вес тела на руках. Его глаза кажутся почти черными. Наклонившись он нежно целует в губы, а потом томительно медленно скользит влажной мягкостью рта по подбородку, шее, ключицам. Словно извиняется, за грубость. От которой я кончила два раза подряд.

— Про успел-неуспел, я могу рассказать тебе, массу занимательных историй…это как раз по моей части. Хочешь?

Он выдержал мой пристальный взгляд, едва заметно улыбнулся и покачал головой.

— Я все понял. Прости. Виноват. Крышу снесло капитально.

Его футболка обтерла с меня сперму, на черном отчетливо видны белесые разводы, и запах…ни с чем не спутаешь. Да уж! Ни на пролитый кефир, или кисель не спихнешь. Надо застирывать!

— Подай салфетки из бордачка, — присаживаюсь, — и трусы с джинсами.

Одеваю лифчик с футболкой, пока он, выпрыгнув из машины, зачем-то раздевается. Сложив одежду в Никитино кресло, протягивает мне салфетки.

— Давай, окунемся? Тут отличное место. Вода в речке торфяная, и заход хороший.

— Да ну, потом белье будет мокрым.

Обтираюсь салфетками, надеваю трусы.

— Так давай голыми, кто нас тут кроме белок увидит?

Подхватив меня на руки, забрасывает на плечо. Захлопнув дверь, трусцой, бежит к берегу. Ставит у кромки воды, и одним махом снимает с себя трусы и откинув их назад, с разбегу плюхается в воду.

— Ну давай же… тут никого нет! — выныривает отплевываясь. — Иди на ручки.

Вода манит. И на ручки тоже хочется. Закручиваю волосы гулькой, снимаю футболку. Стою в нерешительности. Пусть он видел меня голой, но раздеваться самой, да еще и при дневном свете, когда возбуждение угасло и все можно рассмотреть в подробностях, как-то неловко.

— Раздевайся. Поверь, меня не смутить ни гладким лобком, ни голой грудью. Я врач. Я все это видел, — поддал ладонью пригоршню воды, долетевшие брызги, обожгли холодком. — Хотя твои соски заслуживают внимания, они как горошенки, твердые, теплые, и очень отзывчивые.

Ну раз так, то, пожалуй, не буду строить из себя скромницу. Тем более, что ничего нового он не увидит. Все точно также, как и пять минут назад.

Расстегиваю лифчик, отправляю его к Вадимовым трусам. Поддев резинку хлопковых шортиков, спускаю их по ногам.

— А где кошка? Почему, я с ней так и не познакомился? — прилетел шутливый упрек.

— Она ждет тебя дома, — прошептала ему на ухо, когда оказалась у него на руках, обвивая ногами.

— Какая хорошая кисонька, — сжимая ягодицы, он впечатал меня в себя. Опасно смещая вниз, к упирающемуся в развилку члену. Наклонившись и, глядя в глаза, медленно обвел кончиком языка по очереди соски, съежившиеся в тугие горошины. — Да… — медленно скользнул мной по себе, замирая горячей головкой у входа.

Ощущения были головокружительными: холодящая вода обволакивала тело, и жалящие прикосновения губ, жестких волосков, и бархатной, обвитой пульсирующими венами твердой плоти к промежности, заставляли плавиться от накаленного возбуждения.

Его ласки, то мягкие, дразнящие, то горячие, едва ли не грубые, заставляли меня извиваться и кусать губы от почти невыносимого наслаждения. Наконец, вжимая в себя, он поцеловал — крепко, властно. Я почувствовала, как по его спине пробежала дрожь, он застонал хрипло, запустив пальцы в волосы на моем затылке Поцелуй заглушил мой гортанный стон…

Третий! Я кончила в третий раз!

— Ты ведьма что ли? — пьяно смотрит на меня. — Он все еще стоит!

Опускает меня в воду, подталкивая к берегу.

— Выходи! Я быстро!

Рассекая воду мощными гребками, поплыл против течения. Высоко выскакивая из воды, он двигался энергичными рывками. Пока я обтералась свой футболкой и одевалась, вспомнила про испачканную Вадима. Забрала ее из машины, вернулась к речке, где Вадим уже в трусах то ли отплясывал, то ли делал спортивные упражнения. Но выглядело это очень комично. Он бегал мелкой трусцой вдоль берега ударяя бедрами по ладоням, при этом еще улыбаясь и раздувая ноздри, как ретивый конь.

— Ты сейчас похож на Юлия!

— Цезаря? — мокрая челка взлетела и встала дыбом. Ну точно, как у Юлия грива.

— Коня. Из мультика про Трех богатырей.

— Типа конь с придурью? — бежит передо мной на месте, нахально подмигивая.

— С уздечкой! — не смогла не спошлить. — Я тоже врач, и много что видела! Я, конечно, досконально не рассмотрела, но у тебя тоже все супер! — И тут же загнулась от смеха, увидев, как он остановился, а игривость на его лице сменилась круглыми глазами.

— Спасибо, что принесла.

— Ее вообще-то нужно застирать, — многозначительно поднимаю брови.

— Да ладно тебе, — отмахивается. Растягиваю ее у него перед глазами. — А …ну я сам. Это мое богатство.

— Богатство? — я снова складываюсь пополам, а он вместе со мной.

— Ну а что же? В каком-то смысле — да, — зачерпывая ладонью воду пытается оттереть подсохшее пятно. Бросив тщетные попытки, приседает на корточки, весьма мастерски застирывает. — Вон Никитос у меня какой получился!

Отжимает встряхивает и сразу надевает.

— Только после Вас миледи, — притворно расшаркался, пропуская меня вперед, согнувшись в шутовском поклоне.

— Как будет угодно милорду, — подыгрываю ему, растянув свою футболку в стороны, делаю книксель.

— У вас очень аппетитная задница, миледи, — накрывает мою пятую точку ладонями.

— У вас тоже ничего так, — повторяю его действия.

Несколько мгновений мы смотрели в глаза друг другу, как при игре «Кто моргнет первым?». А потом я сдалась.

Уже сидя в машине, приведя себя в порядок, мы практически одновременно заглянули в свои телефоны. Вадим скривился. Я озадаченно почесала нос. Мне названивала Тенгизова Лена, значит дома что-то армагеддонит.

— Юлька опять звонила. Я вчера ей сказал, что Никита в деревне, и что сегодня вечером мы вернемся.

— Ты рассказал ей про меня?

— Да. Я сказал, что женюсь.

— И как она отреагировала? — поинтересовалась осторожно.

— Сказала, что я специально усложняю ситуацию, — завел машину, не глядя на меня. На его лице отражалось раздражение. Чуть заметная напряженная складка появилась между бровями

— А мы вчера на Инночку наткнулись в магазине, — решила перевести неприятную тему. Если захочет что-то добавить к сказанному, расскажет. Но нагнетать и без того острую