Донбасс – сердце России - Олег Витальевич Измайлов

Ну что, Перри, ты и после этого будешь недоволен, старый техасский жеребец? Готовь монету!

Джереми Т. Кеттеринг

Маршрут: Волноваха. На праздничек!

Что можно сказать об этом городе, лежащем на пути из варяг в греки, то есть я хотел сказать, из Донецка в Мариуполь. Только то, что здесь достаточно большая станция (1 класса), есть даже свое локомотивное депо. Здесь в далеком 1986 году мне, тогда помощнику машиниста электровоза из депо Красный Лиман, присвоили звание «Лучший по профессии на Донецкой ж.-д.». Естественно, я с теплотой вспоминаю Волноваху, товарищи. А еще именно на станции Волноваха погрузился однажды всей своей конницей Нестор Иванович Михновский (псевдоним — Махно), да отправился скорым ходом прямо под Синельниково, откуда нанес поразительно сильное поражение белым войскам Антона Ивановича Деникина. Вот, пожалуй, и все…

А, нет — есть еще одна презабавнейшая история, которую я слышал от местных старожилов. Вот она.

В середине шестидесятых годов в Волновахе начальником ГАИ был здоровенный полнокровный мужчина. Величия необыкновенного. Росту в нем, говорят, было больше, чем у Ленина, но несколько меньше, чем у Александра Македонского. И фамилия у товарища подходящая — не то Богатырев, не то Могутний, это я уже запамятовал. В целом, положительный мужик такой. И то сказать, взяток в те баснословные времена гаишники еще не брали и занимались преимущественно тем, чем им и положено было по уставу — обеспечением безопасности автомобильного движения. Не верите? — можно и не верить, это ж байка все-таки…

По правде сказать, работенки у Богатырева/Могутнего и его немногочисленных подчиненных было немного: ну какие там, в райцентре, машины в то время? — черная «Волга» у первого секретаря, такая же у второго. Пара зажиточных председателей колхозов гоняла на ГАЗ-21 белого колеру, остальные на «козлах» да стареньких «Победах». Встречались трофейные «немцы», свидетельствующие, что в войне мы победили и репатриации с побежденного взяли исправно. Остальное — мелочь пузатая — «москвичата-401» и шик нового времени — «запорожец» с «ушами». Пасти это скромное стадо районному автопастырю было не хлопотно.

Но и не сказать, что вовсе синекура была. В государстве рабочих и крестьян не было такого заводу, чтобы начальник, пускай и невеликий, без дела шлялся и шалаберничал попусту. Областное руководство нет-нет, да и нагрянет с проверкой, а то и вовсе учения интересные какие-нибудь изобретет. Особенно, если повод подходящий найдется. А учения вещь занятная. Заранее собирались багатыревцы-могутинцы на хате у начальника и обсуждали вопросы стратегические (кому возить начальство и договариваться о «поляне») и тактические — сколько чего брать и шобы закусь без переводу, да кулеш, да шашлык, рыба, арбузы по сезону, грибочки, опять же…

И вот одно такое учение сочинилось в Донецке накануне 50летия Великого Октября. Кто из молодых не помнит — 7 ноября отмечалась годовщина штурма Зимнего дворца. Нет, сначала праздновалась, конечно, а потом, естественно, и отмечалась. Ну дело государственной важности, понятно же. Об идеологической начинке мероприятия и говорить нечего: хоть и надоела до чертиков, как холодный пирожок с ливером, но спрос за порядок в этом деле до самого до Горбача был неусыпно-бдительный. Короче говоря, надо было расставить посты, регулировщиков и прочих нужных людей по городу. А чтоб не напортачили чего в святой день, все ответственные загодя проходили по маршруту. Это, собственно, и именовалось учениями. После которых, само собой, принималось на грудь — «от нервов».

Ну так вот. 6 ноября. «Обход» совершен, разбор тоже. Наш герой с ребятами приземлился в вокзальном буфете (в Волновахе, городе железнодорожном, — лучшее место) обсудить завтрашний день, непростой день. В предвкушении его заказана водка и горячее. Как вдруг в табачно-кухонный туман ресторанного зала вплывает черная хустовская шляпа, под ней очки, за ними глазки-буравчики. Батюшки-светы! — один из областных проверяющих, нагрянувших с утра. Да проверяющий-то так, дрянь — мелкая сошка из облисполкома. Но ему не досталось места в машине, возвращается он, значит, поездом — злой, как черт! А тут вся бригада гаишная за столом с явным намерением вступить в жестокий бой с «зеленым змием». Морды у всех красные, как на подбор, а с ними дядька Черномор, сиречь товарищ Богатырев/Могутний, собственной персоной. Освящает своим авторитетом явное расшатывание служебно-партийной дисциплины и подрыв моральных устоев советского человека, позорящих, без обиняков, честь мундира офицера милиции.

Но хороший начальник никогда не теряется. Наш батыр тут же вскакивает со стула, физиономия лучится добром: какой приятный сюрприз, Иван Иваныч Как-Там-Вас! Не желаете ли пообедать? И тут, прежде чем шляпа успевает надменно отказаться, сильнейшая боль в паху справа сгибает богатыря пополам. А он с утра жаловался заму с замполитом — дескать, что-то ноет в боку со вчерашнего дня — не иначе ливер протестует против той третьей поллитры, помнишь, Петро, я говорил, не надо бы — ну вот… А на самом деле — аппендицит. И боль усиливается. Пока до больнички довезли — он уже совсем с лица сошел. Хирург посмотрел — срочно на стол, перитонит во всей красе. И три часа эскулапы копаются в его внутренностях: режут-вырезают-промывают-зашивают. Спасли, короче, не впервой, слава те господи.

А назавтра по всей Волновахе бравурные марши из громкоговорителей, ветер треплет кумачовые стяги и транспаранты, колонны трудящихся, поддав по очереди за спиной парторга с комсоргом и профоргом, горланят пламенный привет родной партии и лично товарищу Брежневу. Партийно-хозяйственный актив умильно взирает с деревянного помоста у горрайкома на энтузиазм масс и по-сталински привычно помахивает ласковой ладошкой рабочему классу и примкнувшей к ней творческой интеллигенции. А товарищ Богатырев/Могутний отдыхает в палате, тоскуя по праздничному столу и компании верных товарищей. Однако же, для чего нужны друзья? — Они тут как тут. Тяжелые синие шинели, галифе-сапоги-портупеи, свежий перегар, но в меру.

— Товарищ майор, ну как же так угораздило?! В такой день! А мы тут зашли с праздничком, как положено, ну того, проведать. — И достают из шинелей… нет, не водку презренную, а самый что ни на есть благородный коньяк — КВВК элитный (где-то, черти, достали, не иначе в ОРСе на базе).

— Да вы чего, хлопцы! — у меня же швы еще свежие, рубец сочится!

А хлопцы (вот ведь не было тогда санитарного образования для широких масс!) отвечают:

— Так правильно — надо же изнутри продезинфицировать.

Незатейливый народ такой! Шутка понравилась.

— Ну разве что для дезинфекции. — Пошли в ход стаканчики, специально принесенные, нехитрая снедь — бочковые помидоры, огурцы, болгарский перец в банках. Вздрогнули за 50летие ВОСР, за партию, за службу,