Последний Паладин. Том 9 - Роман Саваровский

Морщинистый старик с узкими щелочками глаз не испытывал ни страха, ни удивления, ни каких-либо иных видимых эмоций. Он явно знал, что мы идем, и несмотря на то, что всех людей снаружи перебил Макс, взгляд старика был устремлен строго на меня.

— Спасибо, что пришел сам, мальчик, — донесся до меня сухой голос.

— Знаешь, знавал я одного старика в Храме, который говорил так же, — ответил я, — что было с ним дальше, ты, полагаю, знаешь.

— Ты его убил, — безо всяких эмоций ответил старикан, — хорошо, что я подготовился к нашей встрече и пришел не один.

Следом раздался щелчок морщинистых пальцев, а вокруг нас внезапно появились семь источников стихийной энергии, один другого мощнее. Даже наш самоуверенный и вечно расслабленный Князь Молнии ощутимо напрягся.

— Слышал анекдот про то, сколько нужно самураев, чтобы вкрутить лампочку? — скосил я взгляд на Макса.

— Нет, — держа голубой клинок наготове, сглотнул он ком в горле.

— Так сбегай в коридор, проверь, — без улыбки произнес я, и дождавшись от парня понимающего кивка, приказал, — запри.

Макс молниеносным прыжком успел выскочить в коридор и закрыть комнату, ровно за мгновение до того, как черная пелена заволокла собой все стены, пол и потолок, погрузив пространство во Тьму.

Но пелена была черной лишь несколько мгновений, спустя которые пульсирующая на стенах и потолке энергия окрасилась в разнообразные стихийные цвета, в которых преобладал зеленый.

Старик располагался также по центру, правда теперь оба его глаза были широко открыты, а сам он стоял на ногах и озирался. Из семерых Самураев в ловушку попало пятеро и все как один сейчас медленно образовали вокруг старика полукруг и располагались лицом ко мне. Недоумение не мешало им занять боевую стойку и выставить в мою сторону заготовленное оружие.

Двое с катанами, один со стилетами, девица с боевым веером и один лучник. Плюс старик по центру с ядовито-зеленым ветром.

— Ну, кто первый? — улыбнулся я и в этот момент лучник выпустил стрелу.

Сверкнувшая голубой вспышкой, она прорезала пространство, чиркнув мне по отведенному плечу, и впиталась в стену, словно в желе. Для того, чтобы мгновением спустя вынырнуть из стены с другой стороны и пробить плечо самому лучнику.

— Аргх! — взревел он, припав на колено и пытаясь унять дрожь, которой пробило его тело электрическим ударом.

— Осторожно! Стены не трогать! Сконцентрироваться на враге! Нас больше! — тут же взял на себя командование рослый Самурай с эмблемой Дома Мори на груди и двумя стилетами в форме трезубцев.

От него помимо лидерской ауры исходила стойкая стихийная энергия природы. Остальные быстро взяли себя в руки и начали действовать. Первым вперед бросился коротышка в металлической маске. То, что я принял за катану, оказалось лезвием, что выходило у цельнометаллического Самурая прямо из руки и, сделав оборот в воздухе, он ткнул им в мою сторону.

Я отшагнул вправо, пропуская удар шустряка под рукой, но промахнувшись, коротышка не стал отступать, а тут же бросил в меня вторую руку, из которой тоже выстрелило лезвие. Его я поймал голой рукой и рывком дернул на себя.

Лезвие обломилось, а мое колено вонзилось в живот цельнометаллического коротышки, сминая его броню под балахоном, а эффектный удар пяткой с разворота послал его торпедой в полет.

Самурай со стилетами в высоком прыжке поймал бедолагу, и они вместе пробороздили пол, остановившись в сантиметре от стены и оба облегченно выдохнули.

И только после этого они заметили, что все остальные их друзья мертвы. Девица была насажена на десяток пик, выстреливших у нее из-за спины так быстро, что она не успела до меня даже добежать, а второй мастер катаны буквально по уши увяз в зыбучих песках, из которых торчала только его макушка.

Лучник же в итоге не оклемался от электричества, так и сгорел изнутри, не справившись с переизбытком энергии.

— Кто вам сказал, что здесь опасны только стены? — склонив голову набок, спросил я.

— Ах ты… — прорычал лидер Самураев и вскочил на ноги.

— Тихо! — прогрохотал голос Старейшины, который все это время внимательно следил за происходящим и ни на миг не отводил от меня своего цепкого взгляда, — держи свою энергию при себе. Именно ей он вас и убивает.

— Это невозможно! — проскрежетал коротышка, но ничего не ответил, сделал глубокий вдох, выдох и все его повреждения на доспехе разом исцелились.

Настолько быстро, что тот даже удивился и первой мыслью было вновь броситься на меня в атаку, но он ее откинул и взял свои потоки под контроль.

Следом тоже самое сделал владелец стилетов и они встали по обе стороны от Старейшины, зеленый ветер которого постепенно окутывал все больше и больше площади комнаты.

— Разобрался без моей подсказки, молодец, — похвалил я, — но кое-чего ты не учел старик, — взмахнул я правой рукой и крики боли раздались со стороны цельнометаллического коротышки, который мгновенно покраснел и начал плавиться изнутри, словно восковая фигура.

— Вся энергия здесь подчиняется только тому, кого признает хозяином, — продолжил я и вскинул левую руку, — и абсолютно не важно используете вы ее или держите при себе. Достаточно того, что вы принесли ее сюда.

С этими словами тело его верного Самурая со стилетами покрылось льдом и мгновением спустя с треском рассыпалось на мелкие кусочки.

Никакой жалости к тем, кто сотрудничает с сектантами я не испытывал. Одно дело люди, что оступились и заслуживали второй шанс, но эта комната была насквозь пропитана остаточными следами «Видящих», что являлось смертным приговором для всех.

А в особенности старика с широко распахнутыми глазами, от рук которого стихийный смрад сектантов ощущался особенно сильно.

Старейшина Дома Мори первый разобрался с законами созданного мной замкнутого пространства и постепенно преобразовывал в ветер и перетягивал на себя все больше и больше энергии, образовав вокруг себя уже целое торнадо из ветра с вкраплениями частиц смерти.

Эту технику я уже однажды в этом времени использовал. Иронично, что предыдущим моим противником в ней был одаренный той же Стихии.

Князь Природы. У того с контролем было не очень. Интересно, что мне покажет этот природник?

— Добро пожаловать в дуэльный квадрат, — приветливо