Свидание в лифте - Тата Кит

— Почему?

— Не удивлюсь, если в сумочке у тебя есть страпон. Ты ж почти трахнула меня в машине!

— Как знать… И в машине ты сам меня до этого довёл, — протянула я загадочно и поставила кружку с чаем на стол. Поправила на груди слегка сползшее полотенце и подняла взгляд на Лёшу, увидев, как он проследил за моим жестом и глаза его словно стали темнее. — Что? — спросила я с некой настороженностью.

— Ты говорила, что Варя у родителей до утра? — произнес он, с трудом оторвав взгляд от моей груди и голых плеч.

— Я смотрю, у тебя хороший слух. И про чулки у расслышал, и про Варю.

Я вышла из-за стола, прихватила кружку и прошла мимо Лёши, чтобы оставить её у раковины. Развернулась на носках и увидела, что Лёша тоже повернулся на стуле следом за мной. Зеленый дракончик в области его паха начал подозрительно растягиваться.

По всему моему телу разлилось горячее желание, вспыхнувшее в пояснице и сосредоточившееся между рефлекторно сведенными ногами.

— Как насчёт того, чтобы переночевать у меня?

— У тебя? — повела я бровью и плавно подошла к Лёше, встав между его расставленных в стороны коленей. — И чем займёмся?

— Ну… — протянул он, подавшись ко мне. Я положила ладони на его плечи, а Лёша бесстыдно развел края моего полотенца в стороны, словно распаковывая новогодний подарочек. — …есть у меня пара идей, — он мягко прильнул губами к обнаженному животу. Оставил многообещающую дорожку из тягучих поцелуев, ведущую вниз.

Я со свистом втянула носом воздух. Лёгким движением руки сорвала с себя полотенце и оседлала парня. Провела ладонями по колючему затылку и, чувствуя тяжесть его возбужденного дыхания, поймала зубами нижнюю губу, провела по ней языком и, оттянув, резко отпустила.

— Готова рассмотреть каждое твоё предложение, — выдохнула ему в губы, дразня, но не целуя, хотя он очень хотел.

Взгляд парня стал темнее, насыщеннее и гуще. Словно я нашла кнопку, запускающую в нём сексуального террориста.

Он с силой сжал мои ягодицы, впиваясь пальцами, и шлёпнул по одной из них. Звон эхом отлетел от пустых стен квартиры.

— Даже не надейся попасть домой раньше рассвета, — выронил он хрипло и сорвал поцелуй, который так жаждал.

Глава 15. Юля

Похоже, я настолько давно в разводе, что совершенно отвыкла от сна с кем-либо.

Единственный человек, которому было дозволено спать иногда рядом со мной, — моя дочь. Даже если она занимала девяносто девять процентов кровати, я умудрялась нормально выспаться на отведенном мне проценте.

Но узкий диван и горячее татуированное тело рядом — это уже перебор для моей спины и конечностей.

Я проснулась в объятиях Лёши, вжатая в спинку слишком мягкого дивана. За окном только-только начался рассвет. Уснули мы относительно недавно. Может, часа два назад. Но даже этих коротких часов оказалось достаточно для того, чтобы моя поясница впала в истерику и разбудила меня ради того, чтобы попросить пощады.

И смех, и грех — переспала с парнем помоложе, делая вид, что мы оба не в курсе разницы в возрасте между нами, но наутро спина напомнила, кто здесь старуха.

Не сразу сообразив, где чьи ноги, я выбралась из плена Лёшиных объятий. Хотя, может, это и не объятия вовсе. Вполне может быть, что он просто сложил на меня руки-ноги, думая, что я подушка или какой-то элемент дивана.

Перебралась через него, стараясь ничем не коснуться и села на край дивана, чтобы отдышаться и осмотреться в полумраке квартиры.

Штор нет, как и постельного. Мы спали просто под каким-то пледом, которым сейчас был укрыт Лёшин зад. Матрац, от кровати, которую, как он сам сказал, что не собрал, стоял у стены, завернутый в целлофан.

Уезжает рано, возвращается поздно. Разумеется, на сборку мебели и на то, чтобы разложить вещи по полочкам, у него нет времени.

Зато обустроил кухню, налепил магнитиков на холодильник. Быт, в общем-то, налажен у парня.

Трусы и чулки я ещё вчера закинула в сумочку. Сейчас я просто тихо влезла в своё платье, молнию которого решила не застёгивать. Для того, чтобы спуститься на один этаж ниже, это необязательно. Под пальто всё равно не будет видно, застёгнуто ли оно у меня или нет. Да и кто из соседей будет бродить по дому в такую рань выходного дня?

Надев платье, я снова присела на край дивана рядом с Лёшей и стала застёгивать высокие сапоги.

Лёша начал шевелиться и причмокивать губами. Пошарил рукой рядом с собой и, ничего не найдя, резко приподнял бритую голову. Сонными глазами нашёл меня, сидящую рядом с ним.

— Ты чё? — спросил он хрипло и перевернулся на спину, пытаясь проморгаться и сфокусировать на мне взгляд.

— Спи-спи, — шепнула я и улыбнулась уголками губ. — Домой собираюсь.

— Домой? — непонимающе переспросил Лёша. Осмотрелся вокруг себя, провел ладонью по лицу, пытаясь окончательно проснуться, а затем глянул на время в своём телефоне. — А чё так рано? Ты ж до вечера Варю родителям сдала. Заваливайся, ещё поспим.

— Привыкла спать дома, — повела я плечами. Застегнула до конца второй сапог и встала на ноги, между которыми теплилось пульсирующее напоминание о том, что четыре раза за ночь я не кончала даже в лучшие свои ночи. — Не провожай.

Я пошла в прихожую и по шагам за спиной поняла, что Лёша не послушал меня и поплёлся за мной.

Подняв с пола пальто и сумочку, я накинула пальто плечо, а ремень сумки, оставила на сгибе локтя. Развернулась к Лёше и слегка вздрогнула, не ожидав увидеть его голым. Почему-то решила, что трусы свои, хотя бы приличия ради, он надел.

Но нет. Стоит сонный и помятый, зевает и нисколько не стесняется своей наготы. Потому что реально красивый. Без пуза, на руках виднеются четко очерченные мышцы, особенно в момент, когда он по привычке пытается прочесать пальцами волосы, которых теперь у него нет.

— Ну… — переступила я неловко с ноги на ногу. — Спасибо за ночь. Это стоило того, чтобы не выспаться, — я шутливо протянула руку для пожатия, Лёша попытался пожать её мне, но я опустила ладонь ниже и мягко пожала его член, который начал мгновенно реагировать на прикосновение. — Я его благодарила, — усмехнулась я, глянув на ошарашенное лицо парня. — Лучшая твоя часть, — подмигнула я Лёше в его манере.

— Кажется, он хочет, чтобы ты осталась ещё на один раунд, — мы оба опустили взгляд на вполне себе бодрый стояк.

К щекам прилил жар, стало душно.

— Будем считать, что я