Сводный Братец Лис - Вера Ривер

Адреналин огненной волной прокатился по венам, пробуждая что-то древнее, дикое - наследие метки, частичка лисьей сущности Рейнара, живущая теперь во мне.

Листья под ногами зашуршали, когда я приняла инстинктивную оборонительную стойку - низкую, пружинистую, готовую к прыжку в любую сторону.

Золотые искры в его глазах разгорались все ярче, заполняя радужку хищным светом. Он смотрел на меня как на добычу - с той особой смесью голода и азарта, от которой холодеет в груди. Его ноздри хищно раздувались, втягивая воздух - он чувствовал мой страх, мое возбуждение, метку Рейнара на моей коже.

- Маленькая человечка решила поиграть? - его голос стал ниже, рычащие нотки прорывались сквозь человеческую речь. - Думаешь, сможешь убежать?

Он двинулся вперед - текуче, по-звериному грациозно. Кожаная куртка натянулась на широких плечах, и я увидела, как проступают черные вены на его шее - признак начинающейся трансформации.

"О боги, ему все равно - человеком или зверем", - пронеслось в голове, когда я заметила голодный блеск в его глазах.

- Давай, беги, - протянул он, облизывая губы. - Люблю, когда добыча сопротивляется.

Ужас затопил сознание, когда я поняла - он не остановится. Метка на шее горела, словно предупреждая об опасности. Он был вдвое больше меня, сильнее, быстрее - настоящий хищник, готовый разорвать свою жертву.

- Я дам тебе шанс - беги, - его усмешка обнажила удлинившиеся клыки.

В его глазах читалось предвкушение - погоня лишь часть ритуала, древнего как сам лес. Он хотел догнать, подчинить, взять силой, чтобы метка признала его хозяином. Моё сопротивление только раззадорит зверя внутри него, превратит в неконтролируемого хищника, но выбора не было.

"Только не оборачивайся", - пульсировало в висках, когда я рванула вперед, позволяя инстинктам вести меня.

Листва хрустела под ногами, ветки хлестали по лицу, но я бежала, зная, что за спиной разворачивается настоящая охота. Его тяжелое дыхание эхом отражалось от деревьев, и каждый звук заставлял метку пульсировать сильнее, словно она предчувствовала неизбежное - если он догонит меня, то возьмет прямо здесь, в лесу, не заботясь о том, в какой форме это произойдет.

Адреналин придавал сил, но я понимала - долго так не продержусь. Его шаги за спиной становились все ближе, все увереннее - он играл со мной, наслаждался погоней.

Лес словно сгущался вокруг, ветви деревьев тянулись ко мне, замедляя бег. Его рычание стало громче, и я почувствовала, как по спине пробежал холодок - он больше не сдерживал своего зверя. Треск ткани за спиной подсказал - трансформация началась.

- Давай, детка, покажи на что способна, - его голос звучал уже совсем нечеловечески, превращаясь в утробный рык.

"Рейнар, где же ты?" . Я знала - волк догонит меня, это лишь вопрос времени. И когда это случится. От одной мысли о его прикосновениях к телу подступала тошнота, но какая-то темная, глубинная часть меня отзывалась на зов хищника.

Я споткнулась о корень, и этой заминки хватило - горячее дыхание обожгло шею. Его рука, уже наполовину превратившаяся в волчью лапу, схватила меня за плечо, разворачивая к себе. Когти впились в кожу через тонкую ткань блузки.

- Поймал, - выдохнул он мне в лицо, и от его дыхания закружилась голова - пряный, дикий запах волка окутал меня плотным коконом.

Я забилась в его хватке, но он только рассмеялся - хриплым, рычащим смехом. Его тело прижималось все теснее, жар его кожи просачивался сквозь одежду, а метка на шее пульсировала все сильнее, словно пыталась вырваться навстречу чужому зверю.

- Такая сладкая добыча, - прорычал он, наклоняясь к моей шее. - Скоро ты забудешь своего лиса.

- О, Алехандро, тебя прямо не узнать, - протянул Рейнар с той особой ленивой насмешкой, от которой у меня всегда мурашки по коже. - Мама не учила тебя раздеваться перед трансформацией? Куртка почти новая, жалко будет.

Рейнар появился неожиданно. Хватка волка на мгновение ослабла - Рейнар знал, куда бить.

Северные волки славились своим высокомерием и манерами, а намек на мамочкино воспитание был как пощечина.

- А я думал, ты как обычно будешь показательно складывать одежду, прежде чем погоняться за девушками, - Рейнар картинно осмотрел порванную куртку. - Видимо, совсем одичал на севере. Что дальше - начнешь есть сырое мясо прямо на улице?

Я почувствовала, как Алехандро напрягся - насмешка попала в цель. Его звериная натура отступала, уступая место уязвленной гордости аристократа.

- Или может решим все здесь и сейчас? – Алехандро опустил меня и встал в боевую стойку, его глаза снова полыхнули золотом. - За девчонку. По древним законам.

Рейнар картинно закатил глаза:

- Серьезно? Древние законы? А может сразу устроим ритуальный танец с бубнами? Знаешь, есть отличный бар в паре километров отсюда. Давай как цивилизованные люди - сядем, выпьем, обсудим твои проблемы с контролем. Я даже угощаю.

Я почувствовала, как напряжение начинает спадать - Рейнар умел превращать самую драматичную ситуацию в фарс.

- Ты издеваешься? - прорычал Алехандро, но в его голосе уже слышалась неуверенность.

- Боже упаси, - Рейнар поднял руки в примирительном жесте. - Просто предлагаю не позориться перед дамой. К тому же, - он хитро прищурился, - говорят, у них сегодня двойные порции начос. А ты же любишь начос, я помню по академии.

Алехандро замер, явно сбитый с толку. Его звериная ярость столкнулась с воспоминаниями о студенческих временах и любимой закуске.

- К черту тебя, лис, - наконец выдохнул он, опуская плечи. - И твои начос тоже.

- Приходи в пятницу в Светлый оплот - поиграем в баскетбол! - крикнул Рейнар вслед удаляющейся фигуре. - Только форму не порви!

Он подошел ко мне, и я невольно прильнула к нему, все еще дрожа от пережитого страха и адреналина. Его знакомый запах - смесь леса, мускуса и чего-то неуловимо лисьего - действовал успокаивающе.

- Почему он так легко отступил? - спросила я, вцепившись в его рубашку.

Рейнар усмехнулся, обнимая меня за плечи:

- Алехандро из древнего рода, они помешаны на контроле и самообладании. А сегодня он едва не потерял человеческий облик на глазах у "низшей расы", - он фыркнул. - Да еще и куртку испортил. Поверь, сейчас он где-нибудь медитирует, пытаясь восстановить душевное равновесие.

Его пальцы нежно