Снится нам трава у дома - Алексей Викторович Широков

Да и опыта у меня было чуть побольше чем у рядового выживальщика. Поэтому я сначала открыл дверь, заодно пнув вторую, немного подождал и лишь после этого шагнул вперёд. И конечно же на меня тут же бросились, но наткнулись на боёк топора, который я держал перед собой и тут же сполз по стене, лишившись головы. А я хмыкнув, спокойно пошёл наверх. Пока всё проходило без сюрпризов, посмотрим что дома будет. Финку Калёного я уже забрал, специально завернул и был готов к любым неприятностям.

— Сынок это ты? — голос матери из зала звучал как-то слишком взволнованно даже для этой ситуации, а главное, она не вышла меня встречать, что само по себе было плохим симптомом. — Сыночка ты цел?!!

— Цел! — я подал голос, но заходить не спешил, сперва проверив путь топором и лишь после шагнул в комнату. И умилился практически идиллией, творящейся у нас дома. На улице ходячие мертвецы рвали людей почём зря, а тут мама чаёвничала. И не одна, а с Бароном. Его фото я видел в личном деле, так что узнал сразу. — Оба-на! Какие гости!

— Здравствуй, здравствуй Семён, — кивнул тот даже не дёрнувшись. — А я тут к матушке твоей зашёл, весточку передать. Представляешь, Николай умер.

— Такое горе, — вполне натурально всхлипнула маменька. Она у меня всегда была натурой чувствительной. — Молодой ведь совсем был и на тебе. Инфаркт.

— Миокарда? Вот такой рубец? — я не повёлся на мнимое добродушие ублюдка. — Действительно горе. Ведь можно было ему, например, шею сломать, да?

— Сёма, что ты такое говоришь?!! — всполошилась мама. — Вы не слушайте его, просто они с Колей не слишком ладили, но Сёма никому никогда смерти не желал!

— Какая у тебя хорошая мама, — по-доброму улыбнулся Барон. — А готовит как вкусно! Сто лет такого не ел.

— А может двести? — я прошёл вперёд, закинув топор на плечо так, чтобы была возможность им сразу ударить. — Заканчивай балаган, Посланник. Думаешь, я тебя не узнал? Чего хотел?

— Просто поговорить! — рассмеялся тот. — Ничего такого. Просто понял, что мы неправильно начали. Но и ты меня пойми, моя главная задача — привлечь наиболее перспективных наследников, а ты оказался самым перспективным.

— Ну да, сейчас прям розовой лужицей сиропа растекусь по полу, — я ничуть не повёлся на лесть. — Давай ближе к телу. Зомби — это твоя работа?

— Пришлось тебя немного подтолкнуть, — даже не стал отпираться мудак. — Иначе ты бы так и бегал по городу, словно муравей, собирая крошки сахара, на радость Хранителю. Этот старый ублюдок обожает устраивать из испытания цирк для претендентов. Сам-то он давным-давно помер и даже отойти от саркофага не может, вот и создаёт миры, а сам наблюдает.

— Каждый сходит с ума по-своему, — я пожал плечами. — Ты же тоже любишь играть с людьми, не так ли?

— Я по крайней мере играю честно, — оскалился Посланник в образе Барона. — Вот например, ты знаешь, какова цель твоего нынешнего испытания? Думаешь, найти своего врага? Нет, поверь мне, это не так. Это слишком просто для Хранителя, слишком безвкусно! И не даёт ничего для Восхождения, а старый, дохлый маразматик просто повёрнут на Восхождении. Всё что мешает ему и отвлекает он считает лишним, даже вредным. И всячески пытается от этого избавиться. И догадываешься, что именно ты должен был здесь сделать?

— Понятия не имею, — я пожал плечами. — но думаю, какую-то безумную хрень.

— Ты должен убить свою мать! — наставительно поднял палец ублюдок. — Это то, что задумал старый хрен!

— Типа избавиться от алчности и страсти? — я никогда не любил восточные философские притчи, но конкретно эту знал, правда больше из-за одной старой рок-группы, сделавшей её темой своей песни. — Так это я запросто.

— Нет, — покачал головой Барон. — Я имею ввиду натурально убить её. Нож же ты у Калёного забрал? Не отрицай, я даже сейчас его чувствую. Вот именно им и надо это сделать. Один удар и всё, тебя больше ничего не ограничивает на пути Возвышения. Ведь семья — это якорь от которого надо отказаться, если хочешь достигнуть вершин.

— Это какая-то лютая дичь. — я вдруг почувствовал, как во рту пересохло. О таком исходе я даже думать не мог. Да чего там, при любых раскладах мне это и в голову бы никогда не пришло. — Это симуляция, виртуальная реальность, игра, мультик. Здесь всё не по-настоящему! И когда я вернусь домой, мама будет жива и здорова!!!

— Но ты будешь знать, что однажды воткнул ей нож в грудь. — слова Посланника звучали дико, но, как ни странно, логично. Вряд ли я смог бы смотреть в глаза матери, зная, что когда-то где-то убил её двойника. Это оттолкнуло бы меня от неё, из чувства вины или стыда, неважно, но при этом действительно могло подтолкнуть к развитию. Ну или наоборот, заставить уйти в запой, но тут уж не угадаешь. — Видишь, ты уже и сам это понял. Привязанности к смертным держат тебя, не давая взлететь. И согласись, избавиться от них здесь гораздо легче чем там, в реальности. Ты же знаешь, что это кукла, её даже не существует в реальности. Так чего медлишь? Всего один удар и всё закончится. Ты не будешь на потеху старого хрыча бегать туда-сюда, словно таракан под стеклом, а сможешь пройти дальше и забрать то, что твоё по праву. По праву силы, по праву духа!

— Моё говоришь, — я с задумчивой мордой лица вытащил финку, от чего мама дёрнулась и отодвинулась от меня подальше. Правда спинка дивана не пустила её, а ужас в глазах стал абсолютным. Пусть она была не настоящей, но сейчас, глядя на неё я бы никогда этого не сказал, однако, и сомневаться не приходилось. — Возможно ты прав. Только есть один нюанс. Если семья держит меня на земле не давая взлететь, значит мне нечего делать на небе. Дерево стоит только если у него крепкие корни, лишь перекати-поле гоняет ветер. А я, даже если знаю, что всё кругом не настоящее, остаюсь человеком. — И перехватив нож за лезвие, просто сломал его у