Only you - Иоланта Палла

Получалось, что все разбились по парам, и я уже хотела выдохнуть спокойно, но Никита приземлился на свое место — рядом со мной и подмигнул, вводя этим в смущение. Щеки начало припекать, но я списывала это на тепло, исходящее от костра. Так проще. Смотрела на Иришку, которую Денис придерживал за талию, и не могла поверить в происходящее. Ирония судьбы? Парни, которые нас ни в грош не ставили, увидев впервые, сидели рядом и смеялись, изображая бурное веселье и общение. Я некоторое время выскользнула из беседы, рассматривая присутствующих, поэтому не сразу сообразила, что ко мне обращаются.

— Будешь что-нибудь?

Глаза Никиты изучали мое лицо. Цепко. Жарко. Без намека на то, что он мне всего лишь напиток предлагает. Отрицательно мотнула головой и сцепила руки в замок, поместив их на колени. Вероника вроде и смущалась, но на пошлые анекдоты Дениса выдавала смешки. Вовчик вообще вел себя так, будто каждый день находится в компании мажоров. Расслаблено. Пил что-то из бутылки, а Вероника несколько раз его одергивала. Видимо, она не ровно к нему дышит, и, судя по реакции парня, чувства у них односторонние.

— Не доверяешь?

Баринов подсаживается к мне ближе и впихивает стаканчик с оранжевой жидкостью в руки.

— А должна? — Верчу поданный стакан и не спешу смотреть в глаза наглецу, потому что реакция на него слишком бурная, и мне это не нравится. — Ты меня чуть бутылкой в клубе не прибил, Баринов, назвал девочкой с распродажи, нагло лапал, и сейчас думаешь, что я все забуду за стаканчик с…

— С апельсиновым соком.

Заканчивает за меня с улыбкой, но я лишь фыркаю. Для него все просто. Сделал и забыл.

— Это ничего не меняет.

Никита тяжело дышит, пока я изучаю содержимое стакана. Даже подношу его и нюхаю. Вроде просто сок. Только пить все равно не буду, мало ли, что у них на уме.

— По факту, Васян, платье куплено на распродаже. Пусть и бренд, но дешевый.

Его фраза вызывает во мне бурю ощущений. Хочется плеснуть соком в лицо или взять полено и пригреть по голове, но я проглатываю горькую слюну

— А ты только по одежке людей принимаешь? — Поворачиваюсь к нему, чтобы видеть наглые глаза, в которых плещется интерес. — Тогда не уместно сидеть среди среднестатистических людишек, тебе не кажется? Или это у вас развлечение такое?

— Я не это имел в виду, — хмурится Никита, когда я впихиваю чертов стаканчик ему обратно в руки, — просто объяснил, почему так назвал.

— Очень по-джентльменски, Баринов. Я оценила.

— Вась…

Я быстро поднимаюсь и под непонимающие взгляды ребят хочу уйти обратно в лагерь, но Никита увязывается следом. Не дает и пары шагов сделать. Хватает за локоть и к себе притягивает.

— Пусти.

— Звучит грозно, — снова пытается подкупить меня своей улыбкой, но я не ведусь, — Васян, прекращай.

— Есть одно емкое слово, Никита, — смотрю ему в глаза, еле справляясь с бурной работой своего сердца, — извини. Неужели так сложно его произнести?

Баринов крепко сжимает мою руку и скрипит зубами. Вспомнил же. Куда очевиднее, но не сказал и слова, будто так и нужно. Разочарование ядом замедленного действия проникало в клетки. Не знаю, почему, но его неспособность попросить прощения меня жутко расстроила.

— А может, — раздался громкий голосок Вики, — в бутылочку поиграем?

— Класс, — прогромыхал Витя, пока мы с Никитой рассматривали друг друга, не моргая, — оставь детский сад на потом, когда с подружкой останешься. У меня есть другое предложение.

— Ви-и-ит, — протягивает Никита, не отрывая от меня взгляда, — мы не в клубе.

— Вот именно, тут и свидетелей позора не будет, — смеется его друг, а я дышу все чаще, — вы первые. — Он внезапно оказывается около нас и помещает одну руку на плечо Баринова, а вторую на мое. — Отличная парочка. Мне нравится.

Глава 36

— Ребята осматривают каждый метр, Назар Александрович, — мужчина средних лет с характерной для его лет лысиной почесал затылок и резко выпрямился, попав под сосредоточенный и пылающий злостью взгляд чиновника, — пока безрезультатно.

— Значит, плохо работают, Алексеевич, — получил он тут же грубый ответ, — ты же понимаешь, что в таких случаях первые часы самые важные.

— Да… Но…

Замялся местный участковый, которому так и не удалось внести свою лепту в разговор с Бариновым Назаром Александровичем.

— Если моего сына не найдут, то ответите вы все. — Мужчина процедил каждое слово сквозь зубы и подарил не менее грозный взгляд всем, кто находился рядом, в том числе и хрупкой девчушке, обнявшей себя руками. — В первую очередь ты. — Он указал на нее, привлекая всеобщее внимание. — За то, что подтолкнула его на такую откровенную глупость.

Бедняжка поежилась, но не отвела глаза в сторону, как делали взрослые. Обстановка в летнем лагере в этот день была максимально напряженной. Сама природа бунтовала. Ветер гнул деревья рядом с берегом. Бурные потоки воды в реке навевали отнюдь не веселые мысли. Небо налилось свинцом, предвещая о приближении грозы. Только доблестные работники полиции и береговой охраны осуществляли свою деятельность.

Назар Александрович держал спину ровно и наблюдал за людьми, как орел, свысока. Он совсем не вписывался в окружающую обстановку. Одетый с иголочки в серый классический костюм, мужчина выделялся на фоне прочих. Высокий, статный, с легкой сединой на темных волосах он походил на идеально слепленую скульптуру. Колючие голубые глаза впивались в каждого и тут же мотивировали на более активные действия. Его боялись и уважали. Гремучая смесь эмоций вибрировала в воздухе, только Баринов не обращал на это внимания. За годы работы в мэрии мужчина уже привык к разному отношению народа и сейчас был сосредоточен на поисках сына, не показывая истинных чувств.

— Я не думала, что так получится.

Вполне уверенно дала ответ девушка, к которой Назар Александрович тут же приблизился, пытаясь подчинить одним лишь взглядом.

— Думать, милочка, недоступная для тебя функция, судя по тому, что я здесь вижу. — Мужчина гневно стрельнул глазами и немного наклонился, чтобы шепнуть слов, от которых девчушка перестала дышать. — Молись, чтобы его нашли живым, иначе по миру пойдут все родственники. Про тебя и говорить не стану.

Баринов выпрямился, поправил края пиджака и с видом всемогущего направился к спуску, оставляя после себя удушающий запах парфюма и ощущение жуткой