Мимикрики. Камни основы - Лес Ситдик

Прокл замер. Как будто тоже превратился в статую, а потом, решительно выдохнув, сказал:

— У меня к тебе большая просьба, Феюс. Мог бы ты не упоминать каждый раз Пропыпута?

— Это чувства. Они не контролируются.

— Я тот, кто лучше всех знает, что такое чувства, Феюс. И я прекрасно вижу, что контролировать чувства ты научился, — на этих словах Прокл кивнул на статую Дракона в красном камне.

— Слушай, я такой, какой есть. У меня, между прочим, проблем выше крыши, — парировал Феюс.

— Я тоже такой, какой есть. И мне не нравится, что у тебя чуть что Пропыпут виноват.

— Я имею право выражать свои эмоции! Тем более их у меня больше, чем я могу вынести. Ты что, не видишь, у меня родные каменеют. Вот что теперь делать?

— То же, что и до этого делал! — крикнул Пропыпут и опять тыкнул своим длинным зеленым пальцем в статую красного Дракона. — Создавай что-нибудь.

— Что создавать?

— …Э-э-э… кружева? — сложив просительно ручки, предположил Прокл.

— Не, ну ты опять за свое? Ты что, не понимаешь, что сейчас это даже обсуждать неуместно? У меня тут…

— Они все живы, — перебил Феюса Прокл, — с ними все хорошо, ты сам сказал. Почему ты истеришь, я не понимаю?

— Не понимает он. Конечно, не понимаешь, когда единственной твоей заботой является то, что ты на себя нацепишь. Так я тебе объясню!

— Объясни.

— Объясню.

— Ну, объясни.

— Объясню!

— Давай, лучше я тебе объясню, — неожиданно предложил Прокл и, не дождавшись ответа Феюса, продолжил:

— Ты просто боишься.

— Ничего я не боюсь, — возмутился Управитель Потоков.

— Боишься. Тебе придется одному искать четвертый Камень и самому выстраивать ваш Мир заново. Тебе больше не на кого рассчитывать. Только на самого себя, — а это страшно. Выходит, что все зависят только от тебя. От того, получится у тебя или нет. И ты очень сомневаешься, что у тебя получится. Ты ведь до сих пор Мох разговорить не смог.

— Ерунда. У меня отец — Шаман. Он найдет нас и вытащит отсюда.

— А зачем? Нам ведь и тут хорошо? Смотри, как уютно. Столики, салфеточки, полочки, книжечки. Все родные при тебе. В Пещеру никто не войдет. Как ты мне говорил — она священная. Местные к ней подходить боятся. У них там своя цивилизация, у тебя своя. Так ведь и всю жизнь прожить можно? Не выходя из Пещеры. По-моему, все как нельзя лучше складывается.

— Ты… ты… Зачем ты мне все это говоришь? При чем тут это?

— А при том, что ты об этом думал. А так как намерения у тебя нечеткие, неясные, не определившиеся, то и Мох на тебя не реагирует. Ты ведь не хочешь, чтобы тебя нашли? Вернее, так: хочешь, но боишься. Ведь тогда тебе точно не отвертеться. Придется искать четвертый Камень. Где ты говорил? Амазонка, кажется?.. Розовые дельфины?..

— Ты не понимаешь. Я устал! — взвился Феюс. Зеленый друг точно определил, куда нужно жать, чтобы было больно. — Я пережил там такое! И да! Я никогда не хотел бы возвращаться туда, даже если Новый Мир ждет меня там на блюдечке с голубой каемочкой.

— Ах, вот оно что? Ну, теперь я хотя бы понимаю, почему в глубине души ты чувствуешь вину.

— А ну-ка, прекрати! Слышь ты, чувствительный. Кто позволил тебе копаться в моих чувствах? Кто ты вообще такой, чтобы рассуждать о таких личных Потоках?

— Кто я такой? Да ты же меня знаешь. Я Прокл Пылающий, Путираспутывающий, Тарарамский. Пропыпут Болотный!

— Не ругайся.

— А я и не ругаюсь. Это чувства.

— Неконтролируемые?

— Врожденные, естественные.

— Не понял.

— Имя это мое, болван!

Глава 18. Шкатулка с секретом

Ви- Тот не находил себе места. Что-то внутри раскачивало его структуру. В надтелесных слоях закручивались завихрения, которые невозможно было успокоить. Складывалось впечатление, что кто-то невидимый стучится в запертую дверь.

— У нас что сегодня полнолуние? — обратился Ви- Тот к Дарвину. Кот с разбегу затормозил. Из его шерсти с визгом и смехом вылетели ручные Феи.

— Все, чаровницы-затейницы, пора спать, — сказал Ви- Тот строго.

— У-у-у-у-у-у… — разочарованно протянули Феи хором.

— Нет, нет, вы меня неправильно поняли. Вы нужны мне во сне для помощи, — сказал Ви- Тот заговорщически им подмигивая.

Феи переглянулись, — наконец-то, им хотят доверить важное дело. На личиках отразился интерес. Ви- Тот, уцепившись за это секундное внимание, нанизал на него дополнительные плюшки:

— Без вас я не справлюсь. Но мне нужно, чтобы вы заснули. Дэйна рассказывала, что вы умеете входить в обитель сна и что там ваши возможности раскрываются ярче. Феи с готовностью закивали.

— Вот, — удовлетворенно сказал Ви- Тот, завязывая в уме узелок убеждения. — Поэтому, дорогие дамы, разрешите вас проводить к вашему стогу сена. Дарвин, пожелай нашим Феям приятного путешествия.

Дарвин посмотрел на Ви- Тота долгим, прощупывающим поле взглядом и благородной поступью, полной величественного достоинства, сопроводил притихших Фей к стогу.

В один миг в студии Дэйны поменялся свет с дневного на вечерний, сами собой распаковались невидимые капсулы с запахами подсушенной травы и хвои, заурчал кот. Крылышки ручных Фей замерцали, будто снег под лунным сиянием. Лениво, медово, киселем растеклась дрема. Ви- Тот не выдержал, зевнул. «Дэйна все-таки очень даровита. Так пропитывать атмосферой дом могла только Лали. Лали и вот теперь Дэйна. Сердце защемило. Где они? Где моя жена, дети, Дом?» — мысли двигались последовательно. Как будто подталкивали Ви- Тота к какому-то решению. Только Дарвин рядом и…

— Дарвин, ну как там? Спят?

В полутьме мелькнуло темное пятно. Ви- Тот опустил глаза, почувствовав, как к ноге прижалось что-то мягкое.

— С-с-спят, — ответил кот на внетелесном уровне. Ви- Тот даже вздрогнул от неожиданности:

— Ты и так умеешь?

— Не то чтобы умею. Учус-с-сь. Я же говорил, мы, коты, можем многое перенимать от людей. Уровень ваших возможностей опр-р-р-ределяет уровень наших возможностей. Как-то так. Позволь