Грани Света. Падший - Юлия Четвергова

С каждым моим словом лицо Дениса вытягивалось, а в конце он вопреки моим ожиданиям не ужаснулся, не разозлился, нет. Он рассмеялся. Окончательно уверяя меня в том, что у него с головой не в порядке.

Я растерянно замолчала, ожидая, пока у вокалиста закончится приступ смеха. Причем, хочу заметить, смеха, наполненного неприкрытым облегчением.

Что с этим парнем не так?

— Ты слишком хорошо обо мне думаешь, девочка моя. — Отсмеявшись, улыбнулся мне Денис.

— Я не твоя…

— Моя. — Настойчиво. Жарко. У меня внутри все сжалось от его тона. — И сейчас я тебе это докажу.

И, не дав мне опомниться, в два шага сократил расстояние между нами.

В последний момент, когда между нами осталось расстояние в один единственный шаг, он резко остановился. Чем удивил меня, потому что я этого совсем не ожидала. Его действия больше походили на отчаянные. Он будто боролся сам с собой, и эта мука с лихвой отражалась на его лице.

Вот только вопрос о том, что его мучило, все еще оставался открытым…

Глаза мужчины пожирали меня, будто передо мной был не человек, а изголодавшийся зверь. В них было столько всего намешано — адский коктейль, перед которым невозможно устоять. И вопреки благоразумию, моя решимость начала давать брешь.

Было заметно, что Денис хочет приблизиться, но усилием воли заставляет себя стоять на месте. Я решила не провоцировать парня и не двигалась. Помнится, читала нечто такое в книгах о природоведении, что к хищникам нельзя поворачиваться спиной, отводить взгляд и делать резкие движения.

Чудесно, Лекси, теперь ты чувствуешь себя загнанным в угол зверьком. Добычей. Спасибо этому ненормальному чудику!

— Мне нужно одеться, — предприняла попытку отвлечь Дениса и перевести его мысли в иное русло, — и тогда мы с тобой спокойно обо всем поговорим. Обсудим волнующие тебя вещи. — Сама же начала медленно продвигаться по стенке к выходу из комнаты.

То, что произошло в следующие секунды, я едва успела осознать.

Заметив мои манипуляции, Денис дернулся в мою сторону, а я, глупая, инстинктивно тут же рванула к двери, едва сдерживая визг. Но далеко я не убежала. Вокалист нагнал меня в два счета. Впечатал передо мной руку в стену, преграждая путь, отрезая все пути к бегству. И не дав опомниться, поймал мои губы в плен. Поцелуй не был нежным, как предыдущие, этот напоминал бурный поток реки, — столь же неистовый. И подобно этой же реке, он захватил меня и понес куда-то, без шанса на то, что я смогу выбраться. Спастись.

Все мысли о решимости, что зрели в голове, испарились. Остались только его горячие губы и руки, которые вызывали внутреннюю дрожь и толпу мурашек. И я сдалась. Теперь уже мы оба отчаянно целовались, цепляясь друг за друга, как за спасительный круг. Все мои желания в отношении этого парня обнажились, вырвались наружу, и я отдалась им. Растворилась в этих ласках, не отдавая себе отчет в том, что делаю.

Последнее, чего мне сейчас хотелось — думать о последствиях.

Раскрывшись навстречу Денису, я обхватила его мощную шею и провела по ней рукой вверх. Запустила руку в волосы и пропустила пряди сквозь пальцы, услышав, как парень зарычал, а его руки сильнее впились в мою кожу.

Прижав меня к стене, он оторвался от губ и принялся медленно, томно целовать шею, слегка посасывая кожу ртом. А я задохнулась от новых ощущений, цепляясь за мужчину, чтобы не упасть, потому что ноги внезапно перестали держать. Сердце гулко билось о ребра, воздуха не хватало. Тело прострелила сладостная волна, и как патока растекалась вниз, скапливаясь внизу живота и сворачиваясь в тугой узел.

Не выдержав, я закусила губу и простонала. Это словно стало для мужчины сигналом к более решительным действиям.

Денис сжал мои бедра, чувственно провел по ним, а затем обхватил и закинул их себе на талию. Я охнула, ощущая, как туман в голове усиливается с каждой минутой, с каждым его прикосновением, а возбуждение только усугубляет мое и без того шаткое положение.

Полотенце спало, и я предстала перед мужчиной полностью обнаженной. Соски затвердели не то от прохладного воздуха, не то от возбуждения. Теперь и не узнать. Кожа покрылась мурашками.

Я жутко смутилась, захотелось прикрыться. Но Денис не дал мне этого сделать. Окинув мое тело восхищенным взглядом, он посмотрел мне прямо в глаза. Долго. Мучительно сладко. Пронзая меня тяжелым взглядом, от которого по спине пробежал ток.

Ничем не прикрытым лоном ощутила, как его бугор упирается в меня, нас разделяла лишь тонкая ткань черных джинс. Все тело тут же охватила истома, требующая все больше и больше ласки. Хотелось потушить пожар, мучавший меня изнутри, и казалось, что только этот мужчина может его потушить. Облизнув пересохшие губы, я уже сама потянулась к нему за поцелуем, чем вызвала одобрительный рык.

— Моя сладкая девочка, — проурчал Денис, обхватывая налившуюся грудь руками. Вопреки здравому смыслу, мне нравилось каждое его прикосновение. Все, что он со мной делал. Более того, я захотела большего, но при этом сама не понимала, чего точно.

— Денис, — прошептала не удержавшись. И ощутила, как его рука шлепнула меня по бедру. Я вскрикнула, но не от боли, а скорее от неожиданности.

— Никогда меня так не называй, слышишь. — Он заставил меня сосредоточиться на нем и посмотреть ему в глаза, обхватив ладонями лицо. Я кивнула, утонув в радужке цвета горького шоколада. Что угодно, лишь бы только он не останавливался. — Меня зовут Габриэль и никак иначе! — И, склонившись, хрипло приказал на ушко. — Произнеси мое имя. Настоящее.

Одновременно со словами он вдруг поставил меня на ноги и развернул лицом к стене. Стянув с себя футболку, он прижал меня к себе, заставив упереться руками в стену. Жар его торса опалил кожу спины, от чего я непроизвольно выгнулась, откинув голову ему на плечо. Ладони мужчины заскользили вверх, приласкали грудь, сжали призывно стоящие соски, и скользнули вниз по животу. Туда, где было средоточие всех ощущений.

Огладив живот, он стал кружить рядом с лоном, дразняще медленно, едва касаясь.

— Скажи.

— Что? — Я не сразу поняла, о чем он просит. Выныривать из неги не хотелось.

— Мое имя. Произнеси его. — Любезно напомнил вокалист и облизнул ушко, заставив вздрогнуть.

— Габриэль…

— Умница. — Хрипло пророкотал мужчина.

И будто в награду за послушание, его рука скользнула к лону. Огладила влажные складочки, слегка раздвинув их. Пальцы ловко нашли и надавили на чувствительную точку,