Дом поющих стен - Кристиан Роберт Винд

Убедившись в том, что внутри нет совершенно ничего примечательного, Энни с разочарованным вздохом захлопнула скрипучие дверцы гардероба. Затем схватила с комода осколок орешка, очевидно, выпавший из беличьего чучела, и, не задумываясь, сунула его себе в рот. Мечтательно пожевала, после чего вдруг поморщилась и недовольно заметила:

– Прогорклый!

Подсунув смятую подушку под спину, Джек устало откинулся назад и с самым угрюмым видом уставился на погасшую луну, замершую под потолком спальни.

– Если мы останемся здесь навсегда, я должен разгадать все загадки этого дома, – твердо произнес он. – Иначе Пыльный Ворон погиб напрасно.

«Мне нужно собраться с мыслями… Если я хочу понять, откуда все началось, необходимо действовать. Прямо сейчас… Но с чего начать?», – рассеянно рассуждал Джек.

Мысли в его голове упорно расползались во все стороны словно большие черные жуки, и мальчик никак не мог сосредоточиться. Казалось, будто в его черепной коробке плескался густой вязкий кисель. Поэтому несчастный Джек едва ли мог связать воедино и пару фраз – даже самые банальные умозаключения давались ему с невероятным трудом. А размеренное постукивание дождевых капель за окнами старинного дома, как назло, настойчиво убаюкивало своим заунывным осенним ноктюрном.

Что ж, в этом не было совершенно ничего удивительного – после столь утомительной ночи без сна, ко всему прочему завершившейся истинным кошмаром, изношенное сознание мальчика жаждало лишь одного: долгожданного забвения.

– Мне правда жаль твоего друга, – прощебетала Энни, которую на этот раз привлекли полупустые ящики комода Джека. – Но все же подумай над тем, чтобы приютить у себя Питти. Он будет рад твоей компании! К тому же, он совсем не шумный – ну, разве что кричит пару раз на рассвете.

– Я подумаю над этим, – уклончиво ответил мальчик, которому совсем не хотелось водить дружбу с безголовым петухом. – Когда-нибудь позже.

– Ладно, – согласилась Энни, с грохотом задвинув ящик комода. – Знаешь, я сейчас вот о чем подумала: я ведь ни разу не бывала в лабораториях мистера О и даже не имею ни малейшего понятия о том, чем он там занимается. Может быть, нам стоит начать оттуда?

– Звучит разумно, – заметно приободрился Джек. – Но как нам пробраться внутрь?

Сонное оцепенение, сковавшее его тело тугими кольцами, внезапно рассеялось. Отбросив скомканную подушку прочь, он вскочил с постели и в нетерпении уставился на свою беспечную спутницу.

– Ну, – девочка озадаченно почесала короткий нос. – Мы можем попытаться проскользнуть туда, пока мистер О будет завтракать. Он всегда отправляется в столовую в одно и то же время и торчит там по часу, уплетая оладьи с черничным джемом. Есть только одна проблема…

– Какая же?

– Если мы пропустим завтрак, то останемся голодными!

– А ты не сможешь потерпеть до обеда? – уточнил Джек.

– Ни за что, – категорично буркнула Энни. – Я слышала, что Матильда собиралась испечь к завтраку пирог с луковым мармеладом. Я никак не могу это пропустить!

– Хорошо, – обреченно вздохнул мальчик. – Тогда ты отправляйся в столовую, а я тем временем исследую лаборатории дедушки Оливера. Когда я закончу, я вернусь в спальню и буду ждать тебя здесь.

Задорно тряхнув кудрявой головкой, прожорливая девчонка принялась радостно потирать ладошки в предвкушении предстоящего завтрака.

– Если вдруг мистер О решит вернуться к себе пораньше, я его задержу, – заговорщицки понизив тон, прошептала она. – И непременно прихвачу для тебя самый большой и вкусный кусочек пирога!

– Спасибо, – без особого восторга протянул Джек.

Есть ему совсем не хотелось. Он бы предпочел, чтобы в этом весьма рискованном деле Энни Стоун составила ему компанию, однако в глубине души прекрасно осознавал, что ей будет лучше оставаться в столовой.

Во-первых, в лабораториях дедушки Оливера может быть опасно – от этого кошмарного дома можно было ожидать всего, чего угодно. Во-вторых, если бы Джека поймали с поличным, он бы не хотел, чтобы по его вине у Энни возникли неприятности. И, наконец, в-третьих, вечно голодная зеленоглазая девочка была абсолютно права: куда разумнее, чтобы рядом с мистером О в это время находился кто-нибудь, кто сумеет его задержать в случае необходимости.

Поэтому мальчик молча провел Энни до двери, затем переоделся в свежую клетчатую рубашку и натянул на ноги свои единственные носки – все еще немного влажные после ночной вылазки наружу. Наскоро причесал гребнем густые светлые волосы, заправил края рубашки за пояс школьных брюк и, наконец, осторожно выскользнул в коридор.

В холле второго этажа было сыро, холодно и тихо, если не брать во внимание периодический стук серебряных вилок о фарфоровые блюдца, доносившийся из распахнутой настежь столовой.

Желтые свечные огарки, замершие в обугленных старинных канделябрах, устало склонили к свежевымытому полу свои погасшие головы. Во влажном воздухе плесневелого особняка пахло дешевой мебельной полиролью и разогретым воском – должно быть, Матильда совсем недавно наводила здесь порядки.

В угрюмых ладонях осеннего утра мшистые коридоры Дома поющих стен навевали какую-то особенную, удушающую печаль. Даже по ночам здесь было не настолько тоскливо – бегающий свет желтых свечей придавал этому месту какой-никакой уют, окутывая запустелые коридоры ложным очарованием. С наступлением рассвета же кособокий дом представал в своем истинном обличии: полумертвый, опустошенный, никчемный и неухоженный, он отчетливо напоминал мальчику брошенных стариков, которые нередко отирались на станциях лондонской подземки, стыдливо выпрашивая милостыню морщинистыми руками.

– Матильда! – прогудел откуда-то сбоку приглушенный голос дедушки Оливера, явно чем-то недовольного. – У нас снова закончился черничный джем!

– Подождите немного, мистер О, – миролюбиво проскрипела из недр столовой одноглазая старуха. – Сейчас я принесу вам новую банку из кладовой.

– А я хочу персики в сахаре! – зазвенел настойчивый голосок Энни Стоун. – И сушеную клюкву! И ягодный морс, и тыквенные ломтики в сиропе! И немного взбитых сливок!

– Хорошо-хорошо, – со вздохом ответила Матильда.

Джек рысью юркнул за ближайший поворот, чтобы ненароком не столкнуться с помощницей дедушки Оливера. И как раз вовремя – уже в следующее мгновение в холодном коридоре промелькнула сгорбленная фигура, поспешно семенившая в сторону мальчика.

Матильда деловито переваливалась с ноги на ногу, громко топая сношенными квадратными каблуками, и в этот момент Джек впервые подумал о том, как нелегко ей, должно быть, приходится в этом мрачном доме.

– Подклеить обои в кабинете мистера О… Отскрести плесень под раковиной на кухне… – бормотала себе под крючковатый нос тощая старуха, очевидно, вспоминая на ходу длинный перечень предстоящих дел. – Вытереть кровь на лестнице… Дать мистеру О настойку от насморка…

Она пробежала мимо Джека, прятавшегося в тени резной арки, шаркая ветхими старомодными туфлями. И быстро скрылась в уродливом чреве дома, продолжая то и дело монотонно бубнить.

Облегченно вздохнув, мальчик выбрался