Голубая Луна - Возвращение - Саймон Грин

близкими друзьями ещё со школы, и все сходились во мнении, что они плохо влияют на других молодых людей. Он твёрдо решил стать менестрелем, чтобы его песнями восхищались и почитали во всём мире. Он искал героические ситуации, чтобы наблюдать за происходящим с безопасного расстояния, а затем писать о них в аутентичной манере. Кларенс был обеспеченным сыном торговца из среднего класса, с гарантированным безбедным будущим, и ему не терпелось бросить всё это во имя романтики и приключений. Он всегда одевался по самой яркой и радикальной моде, ни одна из которых ему не подходила. У него были длинные рыжие волосы и такая же огненная козлиная бородка. Он был умным, серьёзным и вдумчивым, но не настолько наблюдательным, как ему нравилось думать. Они с Ричардом рано сблизились благодаря общему увлечению старыми песнями и легендами и взаимному недоверию ко всем формам власти. Вскоре они стали неразлучны, и их отцы оставили их вместе в тщетной надежде, что один из них окажет благотворное влияние на другого.

Ричард и Кларенс оба твёрдо верили, что в прошлом, когда молодым людям приходилось сталкиваться с реальными опасностями, и которым нужно было доказать свою состоятельность родителю, могли совершать героические поступки… Кларенс сопровождал Ричарда в пограничных стычках и храбро сражался на стороне Ричарда, когда у него не было другого выбора. Но он был в ужасе от бессмысленной, бесконечной крови, резни и полного отсутствия чести и славы. Только залитые кровью места убийств и печальные, безвестные смерти. Жизнь солдата оказалась совсем не такой, как в песнях. Кларенс покинул границу в тот момент, когда Ричард был готов уйти, и больше никогда не возвращался.

Единственный близкий друг Ричарда был совершенно другого сорта. Питер Фостер был солдатом из длинной череды солдат, с раннего детства обученных носить оружие. Ему было под тридцать, и ему нравилось думать о себе как о зрелом и уравновешенном члене группы.

Его привезли сюда ещё подростком, чтобы он обучал юного Принца Ричарда искусству боя. Они привязались друг к другу, и Питер остался с ним. Крупный и коренастый мужчина, Питер носил прочный кожаный доспех вместо привычной кольчуги, потому что ему нравилось всегда иметь возможность быстро и свободно двигаться. На бедре он носил меч, уродливый и безымянный мясницкий клинок, на спине - щит и всевозможные полезные, порочные и ужасающе мерзкие штучки. Питеру нравилось чувствовать, что он готов ко всему, что может подкинуть ему недружелюбный мир. Он участвовал в пограничных стычках вместе с Ричардом и Кларенсом. Чтобы присматривать за ними и прикрывать их спины.

Многие из его семьи уже были там. Он не ожидал ничего героического, поэтому не был разочарован тем, что нашёл. Он никогда не верил ни в честь, ни в долг, только в солдатское жалованье.

Питер был обворожительно уродлив, - лицо со шрамом и холодные серые глаза, он пользовался большим успехом у женщин, чем Кларенс и Ричард, вместе взятые.(Хотя Ричард лгал о своём опыте. Остальные знали, но молчали. Быть Принцем нелегко.)

*

Они приближались к Темнолесью медленно и очень осторожно. Они уже давно оставили тропу, и теперь пробирались среди редких деревьев в растущем сумраке позднего вечера. Повсюду были предупреждающие знаки - рубленные доски с грубыми и даже резкими надписями. Некоторые из них были настолько старыми, что написанное на них почти стёрлось, другие - настолько новыми, что казалось, будто краска ещё не высохла. В лесу царила полная, неестественная тишина и безмолвие. Не пела ни одна птица; ни одно насекомое не жужжало и не порхало. Нигде не было ни звука, ни признака дикой фауны. Деревья и растительность становились всё более чахлыми и хилыми, даже искривлёнными, по мере того как трое всадников приближались к границе Темнолесья. Плодовые грибы вырывались из треснувших стволов деревьев бледными, болезненными цветами, в то время как скрюченные ветви цеплялись за низкое закатное небо.

Лошадям не нравилось направление, которое выбрали всадники. Они громко фыркали, запрокидывали свои огромные головы и боролись с поводьями, и только крепкие руки заставляли их двигаться в нужном направлении. Лошади чувствовали, что что-то не так. И хотя он не хотел признаваться в этом перед своими спутниками, Принц Ричард тоже чувствовал.

Резкий поворот, и вот он уже перед ними. Едва не сбросив своих наездников, тяжело ступая копытами, лошади остановились. Ночная пелена окутала лес впереди. Казалось, она простирается вверх в бесконечность и уходит в обе стороны - непроницаемая стена теней, обозначавшая внешнюю границу Темнолесья. Единственное место в Лесу, где всегда было темно, где ночь властвовала и всегда будет властвовать. Лошади встали на дыбы и ужасно заржали, их глаза истерически закатились. Ричард быстро выпрыгнул из седла и накрыл глаза коня плотной тканью, удерживая её обеими руками. Лошадь немного успокоилась, когда Ричард заговорил с ней успокаивающе, а затем развернул животное и повёл его обратно по тропе, за поворот.

Он привязал поводья коня к крепкой ветке и закрепил полоску ткани на её голове. К тому времени, как он закончил, Питер и Кларенс привязали своих коней рядом с его. Трое молодых людей посмотрели друг на друга. Они ничего не сказали. Да и что было говорить? Темнолесье оказалось не таким, как они ожидали, но теперь, увидев его своими глазами, все они знали, что никакие слова не могли подготовить их к реальности этой тёмной и безмолвной стены.

Первым двинулся Ричард. Он не стал обсуждать это со своими друзьями. Он просто вернулся за угол по тропинке и встал перед границей Темнолесья, вглядываясь в темноту. Питер и Кларенс посмотрели друг на друга, почти синхронно пожали плечами и вернулись за угол, чтобы присоединиться к нему.

Они стояли вместе, плечом к плечу, так близко, как только могли, бессознательно ища поддержки друг у друга. Все они дрожали почти в унисон, и не от холодного осеннего воздуха, и даже не от ужасного пронизывающего ветра, который порывами налетал из Темнолесья. Здесь было нечто большее, чем просто ночь, и они чувствовали это в своих душах.

- Нас не должно здесь быть, - сказал Питер.

- Тише, - сказал Ричард, не глядя на него.

- Что это за запах, доносящийся из темноты? - сказал Кларенс. - О Боже, как воняет. Как будто всё, что когда-либо умерло здесь, осталось сваленным в кучу… Что это?

- Смерть, - сказал Питер. - Гниение и разложение. Предупреждение.

- Откуда дует этот ветер? - сказал Кларенс. - Почему он не прекращается?

- Давайте уйдём