Уральские петы - Иван Ермаков

Поэтому я отверг вчера предложение Хаси отдохнуть в Ницце и принял то, что дала Алёна, посоветовав сельскую глубинку. Праздновать День Рождения дамагерши я начал ещё с утра, заранее расширив в Опочивальне все дырочки на её штанах и не только.

Переместившись с удовлетворённой женой сюда, я устроил наш походный лагерь на окраине челябинского села, установив тут палатку, мангал, стол, пару диванов и небольшую песочницу для пожарной безопасности. Пока жена развлекалась, я начал готовить основное блюдо.

Мы здесь уже бывали в 2013-м, так что на повторную экскурсии на местную Эйфелеву башню мы не пошли. Нас вполне устраивал мягкий матрац в палатке, который мы уже проверили на прочность, деревянный стол на две персоны полный разносолов и советские песни из починённой Людой радиолы.

Душевно сидим! Кашерно, как сказала бы Хася. Незначительной помехой могли бы выступить лишь бредящие неподалёку по травке коровы и козы. Но с этим прекрасно справлялся Катин пет - тигр Мефодий, который убежал пару часов назад охранять наш покой, так что отвлекаться на местных обитателей не приходилось.

- Фодя! Выплюнь каку, - услышал я голос, лежащей на шезлонге возле палатки, дамагерши.

У её ног стоял питомец, держа в пасти индюка. Со стороны села в нашу сторону двигалась процессия. Вид у людей в ней был грозным. Некоторые, отчего-то были с вилами. Один дед держал в руках двустволку. Посмотрев на шашлык, я увидел, что до встречи с деревенскими приготовить его не успею.

Сказав Кате, чтобы она покулинарила за меня, я вытер руки полотенцем и направился к делегации. В кармане было портмоне, так что договориться, думаю, удастся. Парижане - челябинцы не менее гостеприимны, чем их "односельчане" во Франции. Надо только успеть показать им мою платёжеспособность, пока они не начали применять свои аргументы.

------------------------------------

Пятница (15.07)

Потеря денег, которыми я компенсировал челябинцам их потери от охоты Мифодия на сельских животных, меня нисколько не печалила. Наоборот, я радовался тому, что сделал тогда правильный выбор, отправившись в тот день в сельскую глушь.

Вчера, пока мы штурмовали засевших в средневековой крепости Деравар в Пакистане заражённых, в Ницце, в которой мы едва не оказались для празднования того Дня Рождения, грузовик врезался в толпу людей. Как знать, может быть и нас бы намотало на оси девятнадцатитонной машины. Террористы вполне могли устроить этот теракт и во вторник.

Перестав гадать о судьбе, я сосредоточился на насущном. В Пакистане танитов почти не было, так что я принимал участие в Фарме лишь минимальное. Основное время я тратил на то, чтобы подготовиться к завтрашнему мероприятию.

Вроде бы ничего не забыл. Использовал все навеянные шёпотом Аравии стереотипы. Смог даже приплести мусульманский север Африки, который называли когда-то Магрибом. Если всё пройдёт так, как я запланировал, то крафтерша останется довольной.

------------------------------------

Суббота (16.07)

Развивая Интеллект у себя в Кабинете, я был прерван звуком открывания двери. В комнату ворвалась взбудораженная Хася. Весь её вид демонстрировал крайнюю степень взволнованности. Растрёпанная причёска, заголившаяся на бёдрах юбка, встопорщенные соски, проступающие сквозь обтягивающую футболку. Крафтерша держала в руке свой сотовый телефон, которым махала из стороны в сторону.

Дорогой аппарат чудом избегал участи быть шмякнутым об стену или пол. Показывая на него пальцем свободной руки, Хася таращила свои красивые глаза, зрачки в которых расширились, почти скрыв радужку. Сказать что-то она не могла, так как не могла отдышаться. Бежала походу ко мне со скоростью спринтера.

- Вань, представляешь... Мои уши сами не верят, но… Мне позвонил мой дядя… Ой-вей, это как будто…, - начала она говорить с паузами, стремясь излить на меня ошарашившую её новость.

- Отдышись, - сказал я и показал на стоявший возле меня графин с холодной водой. - Ничего не понял.

- Мне позвонили с незнакомого номера, - успокоив свою панику, продолжила Люда. - Оказалось, что это мой дядя. Представляешь, я о нём даже не знала! Он приехал в Израиль из Марокко и узнал у наших родственников в Тель-Авиве мой номер. Я тёте Саре позвонила, она подтвердила. Поздравила, кстати, меня с замужеством. Зря я похвасталась ей.

- Ты мне об этом прибежала сообщить? Рад за тебя.

- Ой-вей! Таки ты не прав, я хотела рассказал тебе то, что не укладывается в мой бедный череп. Оказывается, папа когда-то работал в Ираке, ещё до того, как туда пришли американцы. Он участвовал в ядерной программе Саддама. Это невозможно! Он же был врачом!

- Согласен, звучит бредово.

- Но дядя привёл мне достаточно доказательств, что именно так и было. И он теперь меня шантажирует тем, что расскажет всё моим родичам о таком нелестном поведении моего любимого папы. Представляешь?

- Чего он хочет?

- Прямо он таки не говорит, просит встретиться. Через полчаса назначил мне встречу. Вань, ты мне на ней нужен, я одна идти боюсь. Его голос вызывает во мне трепет. К тому же требования этого гоя к бедной женщине должны стать реалистичней, когда он увидит твои кулаки.

- Хась, может, я решу проблему кардинально?

- Не говори такие громкие слова. Но таки ты прав. Если он будет слишком жадным и потеряет рассудок, я закрою глаза на то, что мы с ним родственники и буду рада, если он навсегда пропадёт из моей жизни.

- Далеко идти то?

- Этот гой сейчас в Багдаде.

- Ладно, схожу. Переоденусь только, пять минут.

Встав из-за стола, я прошёл к платяному шкафу. Хася, поблагодарив, юркнула за дверь и умчалась тоже готовиться к встрече с так внезапно обретённым дядей.

---

Одевшись по солиднее, но не став снаряжаться оружием, мы прошли через Портал, оказавшись под палящим иракским солнцем. От заражённых эту страны мы уже очистили, так что к местному климату я был готов. Тановышка была в двадцати километрах к югу от разрушенной НАТО столицы, и до места встречи мы поехали, Переместив наружу внедорожник.

Добравшись до одиноко растущего дерева в засоленных почвах возле остатков ирригационного канала, мы высадились и подошли к ожидающему нас человеку. Это был высокий, скрюченный мужик, одетый по местной моде. Кожа на его запястьях была настолько смуглой, что казалось, будто это негр.

Увидев нас, он поднялся с камня, на котором сидел, и пошёл навстречу. Голова дяди была замотана в платок, так что увидеть его лицо я смог,