Счастье за диваном - Лена Тэсс

Кивнув, я позвала сына и мы стали расходиться в разные стороны, каждый к своему дому.

А затем потянулась бесконечная неделя разговоров, романтичного и не всегда невинного флирта и поцелуев. Очень много разговоров и поцелуев.

Мы болтали по телефону и в переписках о том, как дети справляются с домашним заданием, о том, как объяснить Нике, что гречневая каша почти так же полезна как и шоколадные конфетки, о том, что Сашке еще рано пытаться орудовать строительным степлером, но под присмотром он может использовать молоток, и что пирсинг в пупке не сделает Катю более привлекательной для мальчика из пятого класса.

Это, конечно, обсуждалось без участия Димы.

— А еще твой папа оторвёт мне голову, если узнает, что я была в курсе твоих планов, но никак им не воспрепятствовала, — заверила я восьмилетку, состроив самое невинное из возможных выражений своего лица.

— Так и что же мне делать? — девочка обречённо уронила руки на колени, где давно забытым покоился учебник русского языка.

— Ждать восемнадцати лет?

— Фу, это слишком долго.

— Тогда научись вязать. Вещи, сделанные своими руками, могут растопить сердце даже самого холодного и неприступного мужчины, — авторитетно заявила я.

Катя хихикнула, согласно кивнув, и снова опустила голову к учебнику.

Этот разговор случился в пятницу, когда она вместе с Сашкой пришла к нам. У Димы был выходной на работе, и он практически заканчивал оклеивать будущую спальню сына. Я стоически переносила вид его мускул, обтянутых в видавшую виды футболку, и сосредоточенного лица, когда он изредка звал меня, чтобы помочь ему «подержать там» и «состыковать здесь».

Расстояние между нами сокращалось катастрофически быстро, и мы оба слишком легко отвлекались от заданных целей.

— Клянусь, эту комнату можно было бы закончить за три часа, а я вожусь второй вечер. Ты просто невозможная, — заявил он, оторвавшись от моих губ и прижимаясь носом к щеке.

— Просто признайся, что ты бы даже не начал, если бы наши дети не сидели в соседней комнате, — ехидно заметила я.

— Ты такая проницательная. И что же мне с этим делать?

Его ладонь легла на мою талию и с силой потянула на себя. Конечно, Дима знал, что ему делать и как отыграться за эту бесконечно длинную неделю бессовестных поддразниваний и подколов с моей стороны.

Наше свидание было назначено на субботу, то есть на завтра. Сашка очень хотел в гости в дяде Илье, чтобы подробно рассказать, как прошла поездка на турбазу. Катя и Ника отпросились к бабушке и дедушке (возможно не без участия самого Димы, но я не собиралась его за это винить).

Я тоже собиралась в гости. В соседний дом. Не в кино, кафе или театр. Не на прогулку по романтично украшенному центру, разглядывать ветки деревьев, без листвы, но в неоновых огнях. Мне обещали вкусный ужин, вино и кино, если конечно мы с Димой сможем определиться смотреть романтическую комедию, советскую классику или американские хорроры.

В любом случае я была уверена, что вряд ли проснусь на своём матрасе, поэтому нервничала и не могла определиться с тем, стоит ли надеть черное кружево или взять пижаму.

Дверь в подъезд открыли случайные прохожие, которые выходили на улицу и лифт приветливо дождался меня с открытыми дверьми. Все было отлично, даже слишком. Я не ждала подвоха и подошла к знакомой двери в предвкушении чудесного вечера и бессонной ночи.

Но не успела я нажать на звонок, как входная дверь открылась, словно меня ждали.

— Привет, — незнакомая женщина стояла на пороге квартиры Димы. — Давай же знакомиться. Я — Маргарита, мама Кати и Ники и жена мужчины, с которым ты спишь.

Глава 18.2

— Бывшая жена!

— Я с ним не сплю!

Мы произнесли это одновременно и наверняка выглядели комично, что собственно и подтвердила незнакомая мне женщина, рассмеявшись довольно искренне.

— А мне она нравится, Дим. Ты всегда умел выбирать чудных девушек, — все ещё посмеиваясь, сказала Маргарита.

Она стояла строго в двери между нами, словно нерушимая и невозмутимая преграда, которую нельзя ни обойти, ни сломать. Я почувствовала себя невероятно глупо. Еще один мужчина в моей жизни, который никогда мне не принадлежал, и никогда не будет принадлежать.

— Тебе пора, Рита. Документы ты получишь через несколько дней, когда их проверит нотариус, и я их подпишу, — Дима легко, но настойчиво подхватил женщину под локоть и отодвинул от двери, но её длинные пальцы с аккуратным маникюром крепко вцепились в дверную ручку.

Говорил ли он про документы на развод или какие-то другие?

Хотела ли я знать?

Пожалуй, что нет.

Только теперь я решила взглянуть на его жену. Или все-таки бывшую жену. Имеет ли это значение?

Передо мной стояла красавица. Высокая и стройная — не скажешь, что родила двоих детей. Обтягивающие джинсы, полусапожки на шпильке, брендовая сумочка и безупречно белый пуховик. В её прическе и макияже так же не было изъянов. Рядом с такими женщинами чувствуешь себя неловко, словно ты достойна лишь кордебалета и никогда не сможешь встать на одну ступень с примой.

— Кажется, мне лучше уйти, — выронила я еще до того, как эта парочка начнет дальше обсуждать те вещи, которые меня точно не касаются.

— Нет, — мужская рука легла на запястье, и Дима настойчиво потянул меня к себе, попутно стягивая варежку и крепко обхватывая ладонь. — Между нашими домами не больше трех минут пешком, а у тебя пальцы просто ледяные!

Я не стала говорить, что похолодели они не от мороза на улице, а от совершенно нелогичной обиды и дикого чувства, что из этих самых рук ускользает что-то важное. Ведь я никогда не считала себя собственницей. По крайней мере, до этого момента.

А он — мой мужчина. Я так решила, я была в этом уверена, а сейчас почти потерялась на пороге его квартиры, не выдержав и минуты конкуренции с его женой. Или все-таки бывшей женой?

Вот же черт.

— Я в порядке, и я пойду.

Дёрнув руку, я попыталась сделать шаг назад, но получилось не очень хорошо. Дима держал слишком крепко и, потеряв равновесие, я по инерции двинулась вперед, фактически перешагнув порог квартиры и свалившись на него.

— Вот и замечательно, — услышала я за спиной. — Дима, подпиши документы, не заставляй моего отца просить тебя дважды и снова