Бард 7 - Лисицин

А утро выдалось тихим и спокойным. Правда, пришлось на перемене между двумя парами «Общей магии» рассказывать Вяземским о произошедшем. Алексей воспринял все спокойно, а Алину пришлось даже успокаивать. Девушка явно переживала. И, кстати, надо быть слепоглухонемым, чтобы не заметить откровенных невербальных посылов в мою сторону с ее стороны. Но я не повелся. Не сейчас, по крайней мере.

А вот перед лекцией по «Огненной магии» Скуратова первым делом, появившись в аудитории, отозвала меня в сторонку.

— Саша, — прошипела она, — что ты устроил вчера?

— О чем ты? — весьма правдоподобно удивился я, но, как ни странно, навык актерского мастерства мне здесь не помог.

— Зачем ты вызвал Владиасэля на смертельную дуэль?!

О как. Нормально все повернули. С ног на голову.

— Начнем с того, что это он вызвал меня, — спокойно ответил девушке, — ты-то откуда узнала?

— Да эльфенок с утра на уши всех преподавателей поднял, — недовольно вздохнула она, — сказал, что ты оскорбил его и вызвал на дуэль. Лично у ректора просил помощи в судействе и контролем исполнением правил, поскольку не верит в честность князя Морозова.

Ох…. ну эльфяра! Ну доберусь я до тебя.

— Врет он все, — пояснил Скуратовой и коротко обрисовал ситуацию, выставив себя невинной жертвой, а эльфов подлыми создателями «медовой ловушки». Вроде поверила.

— Сейчас занятие начнется, — вздохнула декан, — Вечером я загляну к вам перед ужином и мы все обсудим.

Ого! Клиент созрел? Она вроде светиться особо не хотела.

— Не надумывай себе ничего, — ехидно усмехнулась она, — все официально. Романов попросил меня быть «парламентером». Что-то не горит наш ректор желанием с тобой общаться. Все, иди на место!

Мне ничего не оставалось, как вернуться за парту. О возможном приходе декана предупредил только Уну. Пусть для остальных сюрпризом станет. Но на самом деле сюрприз ждал меня после занятий, когда я в компании гарема двигался к вилле. И звали его Беллой Кун. Журналистка пришла в традиционном легкомысленном наряде.

Я не успел опомниться, как мне бросились на шею и горячо расцеловали.

— Я соскучилась! — заявила «акула пера». — И готова приступить к непосредственным обязанностям в гареме прямо сейчас!

— Прямо сейчас не стоит, мне еще домашку учить, — отшутился я. — Останешься на ужин? А там и ночь наступит. Вот и приступишь, как ты сказала, к непосредственным обязанностям.

— Конечно! — просияла девушка, — вот новости хоть узнаю. О дуэли, например. Всего несколько дней как вернулся и у тебя снова дуэль! Причем опять из-за эльфийки! Цвет только поменялся.

— Стоп, — остановил я фонтан красноречия, вызывавший смешки среди моих спутниц, — давай все постепенно. Только сначала дойдем до виллы. И, Белла, я прошу, можно немного поменьше напора. Поспокойнее, что ли.

— Можно, — улыбнулась она, — обычно я не такая. Рядом с тобой у меня почему-то все спокойствие пропадает!

И как я должен реагировать на ее слова? Самое оптимальное просто промолчать. Понятное дело, до ужина мы не ждали, и пока примерные ученицы зубрили уроки, я отложил перессказ новостей и повел Беллу в большую спальню вместе с остальными девушками, где мы вдоволь наверстали упущенное.

Ну а на ужин действительно заявилась Скуратова. И одновременно с ней появились брат и сестра Вяземские. Декан сначала хотела отвести меня в сторонку и быстро переговорить, но я жестко пресек ее попытку и практически силой усадил ее с нами за стол. Ну а после того, как Настя попробовала приготовленных Марфой кулебяк, ей уже и не хотелось никуда уходить. Правда, было заметно, что Скуратову напрягало присутствие журналистки, но я заранее предупредил Беллу, что все происходящее внутри виллы остается на вилле. Меня в ответ горячо заверили в прекрасном понимании ситуации и, мол, скорее голову на отсечение даст, чем расскажет.

Ужин закончился, и Марфа разлила всем медовуху ее личного приготовления. Она учла мои пожелания и сотворила очень вкусный слабоалкогольный напиток, негустой и не приторно сладкий, каким его любили делать в этом мире. Так что, можно сказать, я поучаствовал в процессе создания нового сорта здешних.

— Итак, Саша, — начала Скуратова, после того как мы все, дружно стукнувшись кружками, выпили. Декан вся раскраснелась и, судя по всему, расслабилась, как бы ни старалась напустить на себя серьезный вид. — Вернемся к субботней дуэли. Завтра к тебе придут секунданты. Значит, ты должен выбрать двоих.

Я покосился на Вяземского, который всем своим видом показывал: «Да! Да! Выбери меня!» Ну это понятно. Значит, первый есть. Второй пускай будет Зина. Логично же при дуэли с эльфом иметь второго секунданта эльфа?

— Легко, — ответил Скуртовой, — Алексей Вяземский и Зинтариэль Брива

— Отлично, — кивнула Настя, — они точно оговорят правила. Какие они хоть, кроме того, что до смертельного удара? Эльфеныш говорил о чем угодно, кроме правил.

— Магия без ограничений плюс шпаги. Неиспользование артефактов кроме родовой магии.

— Ты уверен? — скептически посмотрела на меня девушка. — Владиасэль — сильный фехтовальщик и отпрыск могущественного рода…

В ответ раздались презрительные фыркания. Ариэль, Зины и Белки.

— Так себе он боец, — заметила герцогиня, — наш хозяин справится.

— Надеюсь, — кивнула Скуратова, — и все же, раз вызов брошен тебе, ты можешь просто отказаться.

— Нет уж, — ответил я, — не хочу упускать такой шанс.

— Самое смешное, Владиасэль считает так же, — фыркнула Ариэль, — он считает, что может избавиться от своего главного врага в Академии.

— Самонадеянный какой, — заметила Ира, — непонятно только, он действительно верит в свою победу?

— Наверняка, иначе бы струсил, — высказала мнение Зина, — скорее всего надеется на родовую артефактную шпагу. Не знаю точно про арсенал его рода, но что-то обязательно должно найтись.

— Насколько мне известно, со шпагой ты не дружишь? — осведомилась у меня Скуратова, и я почувствовал на себе взволнованный взгляд Алины Вяземской.

— В последнее время вполне нормально, — заверил я девушек.

— Ага, Ирвинг его даже похвалил! — гордо заявила Уна.

— Правда? — обрадовалась декан. — А я и не знала, какие в вас скрыты таланты, князь.

— Фехтование далеко не единственный из моих талантов, — вернул я ей улыбку.

— Тогда вопросов нет. Арена. Суббота. В пять вечера. Судьи четыре декана факультетов. Мерцкова — главный целитель. Вам