Приют приговоренных детей - Эвелина Грин

— Найти котенка и с ним поиграть. — ответила Эверилд, ей сейчас хотелось ни о чем не думать и ничего не делать.

— А как же дети?

— Мы не можем спасать всех подряд, у людей могут возникнуть ненужные вопросы. Отвели смерть от шестерых, на ближайшую неделю хватит. На следующей недели приведем еще двоих.

— Как скажешь. Я совсем забыл, что нам надо не выдать свое существование.

— Хорошо, что вспомнил. — ответила королева вампиров.

Котенок сам ее нашел и стал кусать ноги. Вампирша сделала игрушку из веревки и фантика, и начала носиться с кошачьим детенышем по всему дому, а вскоре к игре присоединились спасенные дети, и стало весело. Эверилд вдруг поняла, что ей скучно, и она хочет сражений, выстрелов и много льющейся крови, но, увы, прямо сейчас она не может уйти, ведь у нее в комнате лежит будущий вампир. А потом она дала себе по лбу и обратилась к пробужденному вампиру.

— Где ты, говоришь, спал? Нам немедленно надо в эту комнату перенести ребенка.

Он без вопросов кивнул, и они вошли в комнату, где ребенок бился и хрипел, а мать сидела на краю кровати, стараясь его успокоить.

— Я же сказала, что ближайшие четыре дня к нему нельзя приближаться! А лучше год, пока этот новообращенный вампир не научится контролировать свою жажду крови!

— Что? Вы служители дьявола?

— Да, но имя Люцифер мне нравится больше.

— Ведь вампиры это миф.

— Вас укусить, чтобы вы поверили? — хищно обнажив зубы, поинтересовалась Эверилд.

— Не надо! — широкими глазами от удивления смотрела она на оживший миф и легенду.

— Хватит так смотреть! Да я вампир, он упырь, и ваш сын станет кровососом. Лучше идите в дом, там люди и им нужна помощь.

— Он, правда, будет жить?

— Да, и вас ещё переживет. А теперь марш к детям.

Женщина вздрогнула, словно от удара кнутом, но поднялась и спешно покинула комнату. Лекс показал Эверилд, как открыть тайный ход, вампирша открыла его, и они спустились со своей ношей вниз. Кругом было много пыли, но сейчас не до гигиены. Она уложила на ложе вампира, рычащего, и бьющегося в агонии ребенка. Он стонал, звал маму, но Эверилд прижимала его к постели.

— Мама рядом, все хорошо. — говорила она, а затем оставила мальчика одного в комнате, где на него случайно не наткнутся и он не сможет самостоятельно выбраться, потому что не знает где выход. Если только не хватит мозгов пробить стены.

— Знаешь что, Лекс? Нам надо сюда принести несколько человек, чтобы, когда обращение закончится, у него была еда.

— Здравая мысль, кто бы обо мне в спячке так позаботился. Я придумал! Я создам организацию: «помощь спящим вампирам». Задача доверенного лица, к моменту пробуждения, принести еду и оставить записи об изменениях мира. По-моему, это гениальная мысль. — обрадовался вампир и королева вампиров кивнула.

Они снова покинули особняк и отправились на поиски добычи. Забрели так далеко в лес, что наткнулись на отряд партизан. Осмотрели их оценивающим взглядом и синхронно выпрыгнули. Они жадно упивались кровью, а нескольких крепких партизан повязали. За раз они могли унести только четыре человека. Домой вернулись сильно за полночь, и свалили ужин вампира в углу. Один партизан пришел в себя, что-то промычал и попытался развязать веревки, но куда ему до мастерства вампиров. Эверилд равнодушно посмотрела на тщетные попытки пленника освободиться от пут и решила навести порядок в комнате.

В доме уже все спали. Эверилд поднялась наверх, взяла в кладовке ведро, швабру, в ванной набрала воды и вернулась в подземелье. За полчаса вымыла пол и протерла пыль. Затем она посмотрела на Лекса и сказала:

— Надо притащить еду для пленных.

Вампирша принесла консервы, галеты и рыбу, чтобы подкармливать корм.

Утром Эверилд пошла на прогулку по развороченным улицам. Дул холодный ветер и моросил дождь, а дороги местами раскисли. Она шла пешком до Варшавы, где по слухам, начиналось строительство концлагеря. Эверилд подошла к месту возведения, там избитые люди таскали кирпичи, а над каждой группой стояла надзирательница или надзиратель. Люди имели поникший вид, а где-то вдали звучали взрывы. Хотелась все бросить и устремиться туда, где кровь, стоны, и мольба о пощаде. Но здесь тоже неплохая кормушка.

— Быстро бегаешь. — сказал Лекс, появившись рядом.

— Знаю. Мне скучно. Вся эта затея по спасению детей скучна. Может, открыть лагерь для детей, приговоренных к смерти? — размышляла она тихо.

Люди работали, а надзиратели кричали на них. Один жирный немец развлекался, заставляя группу исхудавших мужчин прыгать, чтобы не попасть под плеть.

— Неплохая идея, но для ее реализации нужно работать здесь. — он обвел руками пространство.

Эверилд кивнула ему, и продолжила следить за перемещением надзирателей.

— Видишь ту немку?

— С кнутом и винтовкой?

— Ага. Надо ее выманить, чтобы я смогла принять ее облик. — подметила она.

Эверилд применила ментальную магию, и девушка, сказав своим подопечным, чтобы не пытались бежать, скользнула в сторону небольшой чащи. Эверилд молниеносно последовала за ней. Там она ее схватила, закрыла рот рукой, и клыками впилась в шею, выпивая кровь. Девушка пыталась вырваться, но тщетно. Когда надзирательница обмякла, Эверилд выпила все ее воспоминание, и тело вампирши стало стремительно меняться. Вампир лунного затмения смотрел на это превращение, открыв рот. Вот стояла перед ним Эверилд, а теперь стоит обнаженная немка. Лекс облизнулся, подошел, коснулся ее груди и прошептал:

— Я хочу тебя.

— Если Эрик Дарт узнает, то нам несдобровать.

Он провел рукой по ее спине, и сжал руки на ягодицах. Он поцеловал ей шею, и вампирша растаяла в его руках.

— Ты настолько боишься своего супруга? — шепотом спросил он.

— Нет, иначе бы не позволила тебе себя трогать.

Он опустился поцелуями на грудь, живот, и ниже, вампирша сдавленно застонала.

— Да! Еще!

— Глаза мужчины горели страстью, он стал спешно снимать штаны, и раздался окрик. Вампиры оторвались друг от друга. Эверилд спешно сняла одежду с трупа и переоделась, а Лекс подхватил бездыханное тело и скрылся из виду. В рощу вошел толстый немец.

— Вот, где вы фрау! — обрадовался полный немец и, раздевающим взглядом посмотрел на вампиршу.

Эверилд поморщилась, ведь эта очаровательная немка по уши была влюблена в этого омерзительного урода.

«Лучше бы я с Лексом переспала, а гнев Эрика как-нибудь переживу. Когда он развлекался с вампиршами, я ему ни слова не сказала. А он ревнует, видите ли, меня к вампирам. А может мне интересно, как ведут себя другие вампиры в момент страсти?»

Он обнял лже немку и припал к ее губам. Эверилд его оттолкнула и немного