Неудачник - Демиург

Становится слишком тесно, двумя резкими рывками разбрасываю монстров, щит исчезает в браслете, а я за пару секунд забираюсь на крышу, щедро разбрасывая иглы, словно семена самой смерти. И она всходит каждый раз. Перескочить на соседнюю, ещё дальше, следующая оседает и по её обломкам взбирается паук. Слева появляется Мышь, чьё лицо снова выглядит до отвратительного человеческим.

Бросаюсь на крылатого монстра, насаживая его на копьё и обрушиваясь вместе с ним на удивительно тощего и длинного Стоуна. Таких не бывает. Тем же окровавленным копьём пронзаю двухметрового лысого кота с огромными когтями и странно раздувшейся шеей. Земля начинает дрожать и из-под неё появляется червь невиданных размеров. Никогда такого не видел. Самым отвратительным оказалось то, что у него тоже в наличии было почти что человеческое лицо.

Впрочем, эту деталь я тоже отметил лишь мимоходом, забрасывая в пасть монстра взрывное зелье и ударом молота отбрасывая червя в трёх других тварей. Нет времени пытаться пробить его шкуру. Ещё четыре трупа. Вновь взбираюсь на крышу, на этот раз расходуя арбалетные болты.

К сожалению, невысокая численность населения деревни и высокая плотность расположения домов, не позволяли мне бегать так хоть сколько-нибудь долго. К тому же, дома в основном были одноэтажные, что позволяло монстрам без особых проблем передвигаться таким же образом.

Прыжок вниз, кинжал в глазницу трёхглавому огромному петуху с каменным телом, мимоходом отмечаю появившуюся рваную рану на рёбрах. Зелье использовать ещё рано, но толику внимания на контроль ситуации выделить придётся, слишком много уходит крови.

Забиться в узкий проулок, перегородив его тяжёлым щитом и атакуя копьём. Ещё одно огненное зелье, залившее тварей, набившихся в проход следом за мной. Отступить, уйти налево. Слишком много тварей за раз, плечом выбиваю ближайшую дверь, показавшуюся мне достаточно непрочной, тем же плечом разбиваю окно и продолжаю кружить по поселению, перезаряжая арбалеты.

Блокировать удар предплечьем. Делаю в голове заметку о пришедшем в негодность участке брони. Полагаться на него больше не стоит. Последний выпад копьём, после которого оно ломается у острия. Получившийся шест перехватываю как дубину и ломаю об хребет какой-то твари, выигрывая себе время на смену оружия.

Нож вправо, кувырок, зелье, меч, новый, пропущенная мимо головы отрубленная рука, дыра в ноге, исцеление, свернуть шею твари, выбившей у меня оружие…

Чем дольше шло сражение, тем меньше я помнил. Последние минуты боя стали лишь отрывочными эпизодами, сохранёнными сознанием лишь случайно. Так происходит почти всегда, если концентрация достигает своего предела, у мозга нет времени вдаваться в детали, хотя он отмечает каждую из них. Стоя в луже крови и залпом глотая зелье, я поморщился, а затем пробежался по полуразрушенному поселению и нашёл место, где потерял свой молот. Неудачная рана на руке.

Неплохо, но не смертельно. Гвардейцы бы справились. Вопрос лишь в потерях. Люди, привыкшие сражаться с людьми и не имеющие почти никакого боевого опыта из-за относительно мирного времени, как правило, дрожат от страха и теряются, встречаясь с подобным ужасом.

У них нет зелий, нет знаний, нет снаряжения, нет понимания тварей и опыта, что я получал с самого детства. Именно поэтому один Охотник эффективнее полка, если ему противостоят монстры. Даже Слабейший. А ещё здесь один из нас, чтобы закопать произошедшее и причины трагедии остались неизвестны.

Мне предстояло последнее сражение. С человеческим лицом, мелькнувшим в одном из домов, мимо которого я пробегал, проламывая череп очередному пауку. Я запомнил эти налитые кровью и ненавистью глаза. Теперь произошедшее здесь стало довольно очевидно.

— Не сказал бы, что рад тебя видеть, Резчик. — Сказал я, спустившись в подвал и встав за спиной человека, что-то поспешно записывающего в свой блокнот.

Резчик был одним из тех Охотников, дар которых никоим образом не относился к сражениям. Гениальный учёный и первооткрыватель, который погиб два года назад, зачем-то лично войдя в Башню. Ходили слухи, что он желал лично проверить какую-то теорию. Отличный трюк, убедивший всех в его смерти.

А ещё его жизнь означает, что кто-то в Гильдии нечист на руку. Причём он занимает не последнее место в иерархии, ведь списки Охотников так просто не подкорректировать. Создание иллюзии того, что вместо Резчика появился новый Охотник явно не будет простым делом. Впрочем, то уже задача управляющего, не моя.

— Это взаимно. — Хмыкнул он, продолжая писать. — Мы лично не были представлены, насколько я помню. Тем не менее, слухи о тебе оказались ложью. Человек, перебивший столько монстров, не может зваться Слабейшим. Дай мне минутку, запишу последние результаты.

— Бессмысленно. Я всё равно сожгу это место. — Рука Резчика дрогнула, а затем он отложил перо и медленно развернулся. Лысый череп, покрытый множеством широких швов, в противоречие довольно красивому и изящному лицу.

— Очень жаль. А ведь перспективы моей работы безграничны. — Он вздохнул и осмотрелся, словно желая перед смертью убедиться в своей гениальности. Весь подвал был завален записями и опытными образцами, в которые я не всматривался, ибо их природу понимал и без того. — Убить единственного, кто понял Башню. Какая глупость.

— Понимание Башни заключается в убийстве людей и превращении их в монстров? — Я криво улыбнулся и приподнял бровь. — Облегчи мне дальнейшую работу, будь другом. Какой Дом за тобой стоит?

— Никакой. — Покачал головой Резчик. — Подобная сила не должна принадлежать корыстным людям. Есть один младший, который доставлял мне образцы и несколько сочувствующих доброжелателей, готовых за пару золотых сделать вид, что из Башни я не выходил.

Не то чтобы я поверил, хотя названные имена запомнил, но это значения не имеет. Гильдия так или иначе будет проводить крайне тщательное расследование.

— Каким образом ты контролировал монстров? — Резчик встрепенулся и посмотрел на меня заинтересованным взглядом. — Я уже осознал, что материалом для их создания были тела тварей из Башни, скрещенные с человеческими и обычными животными, но это не должно было нарушить межвидовую конкуренцию. Тем не менее, твари друг друга не жрали, их агрессия была направлена лишь на людей.

— Отличный вопрос. — Он искренне улыбнулся и постучал пальцем по черепу. — Дело в голове. И Контролёре с пятьдесят пятого. Самый удачный из моих экспериментов. До определённого момента я мог даже полностью ими управлять. В такой глуши люди частенько гибнут по разным причинам. Кого медведь задерёт, кто невовремя в море уйдёт, чтобы сгинуть в начавшемся шторме. Полагаю, было бы лучше делать это в городе, но там созданных монстров прятать негде. К сожалению, в какой-то момент