Все еще жив - allig_eri

В этом лесу обитали лишь мелкие животные и столь же мелкие птицы. Во всяком случае никого иного я не заметил. Даже следов. Ещё имелось много ягоды и кое-какие фрукты, которые я обнаружил лишь когда увидел лежащими на земле. Поднял голову и оказалось, что я был дураком, который почти никогда не смотрел вверх. М-да… А всё ведь, хе-хе, на поверхности лежало!

Ну и рыба в ручьях, коих насчитал целых четыре. Может это один и тот же, который просто где-то разделяется, этого я не знал, ведь обошёл лес только вдоль гор.

— Но обошёл ведь? — спросил я сам себя.

За это время я один раз попал под дождь, но артефакты защитили от воды, отчего я не ощутил ни малейшего дискомфорта.

Приятно… наверное…

Вот только что мне теперь делать⁈ Я фактически заперт здесь!

— Это что, рай такой? — поморщился я. Не таким я представлял себе загробный мир.

Вернувшись к своему шалашу, который разметало порывами ветра и дождя, я восстановил его, а потом сбросил начавшую гнить шкуру и хорошенечко отмылся в ручье. Затем сел и начал думать. Особых мыслей, к сожалению, не было.

Мне до сих пор непонятно, где я всё-таки оказался? Если в чертогах Хореса, то почему меня просто бросили? Если в каком-то другом мире, то почему тут работает рунная магия, но не работает обычная? И вообще, как я мог оказаться в каком-то там мире, если я дух⁈

Или не дух? Или я не умер? А что тогда портал?..

— Портал… — повторил я и бросился к нему.

Найти первоначальную поляну оказалось не просто, но я сделал это. А там… серебристый портал продолжал висеть на том же самом месте. Передо мной, как перед королём, разлетались насекомые, а я медленно шёл вперёд. Странная робость охватила всё тело.

Заглянув в портал, я увидел обожжённый кусок земли, где когда-то умер. Он был полностью пустым.

— И что теперь? — криво ухмыльнулся я и снова протянул руку, коснувшись его поверхности.

Холодный.

Ладонь дёрнулась обратно.

— Если подумать объективно… — я почесал подбородок, удивившись, что за время пребывания здесь на нём не выросло ни одной волосинки — а ведь уже некоторое время я стабильно ощущал щетину! — … то всегда можно попробовать забиться в ту щель…

Ага! А может и вовсе остаться здесь? Чем тебе, Кирин, ха-ха, не рай? А та тропа… не знаю… дорога в ад?

Скептично фыркнув, почесал макушку и снова посмотрел в портал. Потом протянул руку, коснувшись его. Холодно… но терпимо.

Я не убирал ладони, быстро поняв, что кроме холода не ощущаю никакого дискомфорта. В конечном итоге убрал руку и осмотрел пальцы: никаких ран или ожогов.

Быстро добежав до ближайшего дерева, отломал ветку, которую сунул в портал и… она прошла его с той стороны.

— Э? — нахмурился я. — Но я ведь…

Встав от портала сбоку, погрузил в него палец, но не увидел, чтобы он вышел с обратной стороны. Напротив, палец пропала где-то внутри.

— Вот оно что. Только живые могут… — облизнул я губы.

Хотелось провести эксперимент, попробовав засунуть в портал, например, кролика или хотя бы жучка, но я уже ощущал, что не могу сдержаться. Я попробую его сам!

— Тупица, не делай как та дурёха!.. — застонал я, а потом решительно встал перед порталом. Коротко вдохнув и выдохнув, я сделал в него шаг…

…и вышел на месте своей смерти.

Выпучив глаза, резко обернулся, но за спиной ничего не было. Никакой серебряной плёнки портала. Вдобавок с меня исчезли все самодельные артефакты и оружие. Я снова стоял полностью голый и… живой. Живой!

— Но я ведь точно умер… — растерянно пробормотал я себе под нос.

Оглядевшись, заметил холм, с которого некогда бежал вместе с Силаной, пытаясь скрыться от магов, сионов и инсуриев противника, прокопавших тайный подземный ход прямо до нашей стоянки.

За холмом разглядел остатки имперского лагеря (их не убирали или ещё не успели) и перерытые земляные укрепления. С другой стороны стоял Мобас. Уже не пылающий, а скорее порушенный и побитый, как муравейник, который пару раз крепко ударили лопатой. Вот только эти самые «муравьи» сейчас активно его восстанавливали. Ага, на стенах копошились сотни, если не тысячи людей! А дальше, примерно в полукилометре от стен расположился новый имперский лагерь, отлично знакомый мне ранее. Он, конечно, успел немного измениться — похоже сказывалось отсутствие слуг (убитых противником) и привычного тылового обеспечения. Но, видать, запасы забрали из Мобаса.

Хмыкнув, прикрыл глаза и коснулся канала, ведущего в своё измерение. Он был. Был! Я тут же сформировал водяную сферу вокруг себя, а потом, точно также, каменную возвышенность. Я снова могу колдовать!

Я рассмеялся, уже заметив, как ко мне двигался конный патруль. Похоже, за областью вокруг следили очень тщательно. Что же, мне нечего скрывать.

Или всё-таки есть?

Глава 4

«Без правил — безумие, без дисциплины — смерть».

Имперский военный принцип.

* * *

Город Ростос, взгляд со стороны

Город пылал. Огонь был такой сильный, что обжигал даже на расстоянии нескольких шагов. Клубящийся маслянистый дым выедал глаза и глотку едкой массой. Колол глаза и собирался удушливыми кольцами. Повсюду раздавались крики: мужские и женские, молодые и старые. Криков было много. Слишком много.

Кальпур — посол Сайнадского царства, которое, формально, заключило с Империей Пяти Солнц мир, но по факту, продолжала отслеживать обстановку, готовясь нанести возможный удар, — сопровождал лорда Челефи, поминутно борясь с тошнотой и головокружением.

Кашмирский визирь, казалось, бесцельно бродил по улицам Ростоса, наблюдая за происходящим. Какие-то переулки были наполнены оглушительными воплями и визгами, какие-то абсолютно пусты. Их объединяла лишь неизменная кровь и наличие мёртвых тел с разной степенью травм. Чьи-то трупы могли похвастать одиноким уколом в горло, а чьи-то — издевательскими порезами и десятками ран.

Периодически встречались следы насилия, как на женщинах, так и на мужчинах. Войска Челефи не всегда видели разницу.

Второй посол Сайнадского царства ранее не присутствовал даже при разграблении деревень, не говоря уж о целом городе! Максимум — приходил уже тогда, когда всё было завершено, как, например, с прибрежным Морбо. Сейчас же, его зачем-то потащили с собой, прямо в момент разграбления.

«В этом есть смысл, — размышлял мужчина. —