Попадос. Месть героя. Том пятый - Антон Владимирович Топчий

— П-понятно, — заикаясь, ответил лекарь, с недоумением глядя на Баруса. Но затем, уже куда собраннее, произнёс, — Вайла, Гула, слышали, что сказали господа⁉ Быстро омойте пациентов и отнесите их в свободную комнату!

Глава 13

Халатность

Доброго времени суток дорогой читатель.

Благодаря весьма уместному замечанию «Скромный читатель» обратил внимание на то, что не описал переход ГГ в архимаги. Что естественно нельзя было оставлять, как есть. Поэтому внёс соответствующие правки в главу 11, примерно в её середину.

Прошу прощения за возможные неудобства. Приятно вам чтения и хорошего дня.

Где-то через полчаса Джинна и Рэйс уже омытые и почти раздетые лежали в отдельной комнате на двух простеньких кроватях. Сама комната была один в один как предыдущая, только с мебелью и судя по обстановке использовалась лекарями для отдыха.

— Так, даже не знаю, с чего бы начать, — хмуро начал Барус, осмотрев Джинну и Рэйса. — Девушке, конечно, повезло больше. Немного обработать раны, подлечить и всё будет замечательно. А вот с парнем придётся повозиться. Хотя тоже, ничего радикального, но мороки куда больше.

— Господин Барус, мне кажется, вы немного далеко заходите! — Произнёс Ральф, который к этому моменту уже пришёл в себя и теперь желал немного отыграть свои позиции как главы отделения. Но за место ответа он получил лишь скептический взгляд Баруса, который посмотрев на него, вновь обратился к Григорию:

— Конечно, я понимаю, что это всё военнопленные эстанцы. Но здесь слишком пренебрежительно относятся к своим обязанностям. Раны, которые получили ваши знакомые, способен вылечить даже начинающий целитель. А их попросту бросили на полу гнить живьём.

— Позвольте господин Барус, но при всём моём уважении! — Было начал Ральф, инстинктивно почуяв запах «палёного», но Григорий тут же перебил его:

— Господин Ральф, я сейчас разговариваю с господином Барусом, а не с вами. Поэтому попрошу быть тише. — Голос парня чеканил как сталь, от чего сидевшая в уголку комнаты Лидия чуть вздрагивала при каждом его слове. При этом девушка не понимала, как её друг мог так сильно измениться. Так ещё и за какие-то пару месяцев.

Тем временем Ральф, из последних сил стараясь не сдать под напором нежданных «гостей», ответил, — господин Григорий, главным целителем здесь являюсь я, а вы всего лишь пришли навестить больных. Я и так дал послабление, разрешив омыть их и принести в ординаторскую. Но не заблуждайтесь, господин Григорий. Моё терпение не бесконечно!

— Знаете господин Ральф, в чём проблема мелких дворян? — Немного с сарказмом, начал Барус, тут же ответив на заданный им же вопрос, — вы часто не понимаете, с кем имеете дело, и к каким последствиям это может привести.

— И с кем же я имею дело⁉ — Немного с сарказмом, чуть повысив интонацию, спросил Ральф.

— Целитель уровня мага, — немного невпопад, задумчиво, пробормотал себе под нос Гриша, будто игнорируя как заданный вопрос, так весь разговор в целом. — Его светлости не понравиться, если его убить, — добавил он, как-то совсем равнодушно. — Гард, будь добр, выведи его отсюда. А ты Нарли сходи за господином Лайцем. Скажи, что я его жду. И передай, чтобы поторопился.

Ральф было собрался что-то возразить, но Гард надвинувшись на него, лишь отрицательно покачал головой, от чего лекарь, недовольно фыркнув, направился к двери. А Лидия, всё также сидевшая и с изумлением созерцавшая за происходящим, подумала, — ёпт, да кем он стал за это время в Афнии⁉ Он здесь распоряжается так, будто он вовсе не барон, а как минимум какой-нибудь герцог.

— Лидия, тебе тоже придётся выйти, — сказал Гриша, добавив, — господин Барус, давайте начнём. А то уже скоро совсем стемнеет. — После этих слов, к очередному удивлению Лидии, из Гришиной руки появился небольшой и довольно яркий шарик света. Озаривший полумрак комнаты, своим мягким белым светом.

* * *

Когда все вышли, Григорий взял Рэйса и переложил его на просторный, чистый стол. Мужчина почти никак не отреагировал на это, лишь промычав что-то нечленораздельное. У него была высокая температура, и как парню показалось, его друг как минимум с утра был без сознания.

Видимо заметив беспокойство, которое отразилось на Гришином лице, Барус, произнёс, — не переживайте господин Григорий, с ним всё будет хорошо. Мы вовремя подоспели.

— Знал бы, тебя бы раньше послал.

— Знал бы, где упадёшь, соломки бы постелил, — немного улыбнувшись, ответил Барус, добавив после этого, — давайте займёмся делом, а то боюсь, скоро Лайц придёт, а мне бы хотелось, чтобы вы мне немного помогли.

* * *

Когда Нарли пришла и не очень-то вежливо позвала его, Лайц был весьма недоволен и сразу же направился к Григорию, чтобы поговорить с ним касательно поведения его подчинённой. Но войдя в дом для прислуги, его нос сразу учуял отвратный запах неприятностей, напрочь отбив желание обсуждать поведение демоницы. Да и на кой ему сдалось это, когда у него тут люди живьём гниют, так ещё и в собственных испражнениях.

— Вот собака плешивая, — недовольно подумал Лайц, на ходу заглянув в одну из палат. — Этот дегенерат, что совсем сбрендил, — с грохотом пронеслось в его голове, когда он увидел два разлагавшихся трупа, рядом с бредившими в горячке людьми.

Лайц ещё пару дней назад лично видел некоторых из этих раненных и искренне считал, что половина из них уже почти поправилась. От чего он ни разу и не возмутился тому, что Ральф уже второй день гоняет балду на первом этаже поместья. Но, то, что он увидел теперь, откровенно разило дипломатическим скандалом и серьёзными проблемами для него. Ведь большинство лежавших здесь были аристократами эстании, которые не сегодня, так завтра потеряют статус пленных и будут иметь не меньшие права, нежели афнийские дворяне.

Дойдя до конца коридора и повернув, Лайц увидел своего подчинённого, недовольно стоявшего возле закрытой двери, перед которой стоял рыцарь в чёрных доспехах. Тот лениво повернувшись на звук шагов, посмотрел на него и сразу выпрямившись, направился к нему.

— Господин Лайц, тут такое происходит! — Было возмущённо начал, Ральф, но главный лекарь, жестом прервав его, строго вопросил:

— Почему вы не оказываете пациентам своего отделения должного ухода⁉ — Строго и недовольно вопросил он.

—