Сделка - Лисса Джонс

Ты помашешь Каю ручкой и улетишь. Мы ведь похожи, да? Больно было увидеть собственное отражение?

Мне нечего ответить Карине. Потому что Карина права. Права на все сто процентов из ста. Пепел от сигареты летит на пол, и Карина, чертыхаясь, тушит бычок о тарелку.

До рези в горле, до красноты и сухости в глазах, до сдавливающей грудь горечи – неприятно. Просто неприятно – от дыма в Каринкиной комнате.

Не более того.

Ведь если прямо сейчас списать все на вино и табак, то можно пройти точку невозврата безболезненно. Можно вообще ее не пересекать.

– Кирилл флиртовал при мне с другой, – сдавленно, отвлекая от ушедших в крутое пике мыслей, шепчет Карина. – С девушкой, килограмм так на тридцать больше меня. С сиськами размера четвертого. Она заигрывала с ним. А Кирилл… Только рад был, представляешь?

Смотрю на Карину, подбородком упирающуюся в острые коленки. Обнимающую ноги руками – она совсем хрупкая в этот момент. Совсем молоденькая и абсолютно не такая, какой ее видят окружающие за дверями спальни.

Мне безумно жаль подругу, но что могу сделать сейчас? Карине и так несладко. Сказать ей что-то вроде «шли его куда подальше» – да, конечно! И когда это работало?

– Зачем он тебе?

– Потому что я дура. Влюбленная дура. Я же правда… Тогда, в мае еще влюбилась. Все лето поверить не могла в свое счастье – такой парень со мной не на пару ночей. И мы правда вместе… А потом… Как-то все закрутилось…

– А теперь розовые очки слетели?

Карина хмыкает, оставляя вопрос без ответа. Впрочем, ответ в этот момент уже и не требуется.

—–♡–

Жизнь – шаблонный сериал. Одни и те же сцены и декорации, одни и те же герои и диалоги. И все же. С очередной новой серией что-то незримо меняется. Неуловимые перемены происходят каждую минуту – нам бы только суметь их заметить.

И я замечаю. Замечаю, что сегодня я столкнулась в галерее с Виктором Александровичем два раза. Но он, кажется, оба раза меня проигнорировал.

Я торопилась на лекцию для волонтеров – опаздывала из-за затянувшейся последней пары в университете – и столкнулась с ним у входа. На приветливое «Добрый день, Виктор Александрович», мужчина лишь коротко кивнул, пропустил перед собой и… И все. Улетел на второй этаж, не сказав ни слова.

В перерыве я видела, что Бестужев разговаривал с Сашей и несколькими ребятами, но стоило попробовать присоединиться к группе, перебарывая ощущение того, что я навязываюсь в уже сложившуюся компашку, ему кто-то позвонил, и Виктор быстро ушел.

Конечно, все это могло быть просто моей фантазией – фантазией, порожденной воспаленным после алкоголя, посиделок и пьяных откровенных разговоров воображением.

По крайней мере, я изо всех сил старалась заставить себя верить в это логическое объяснение моих не вполне адекватных речей и мыслей в прошлую ночь.

– Ребята, возвращаемся! Наша команда наконец-то здесь! Пора знакомиться! – Звучный голос Александра разносится эхом по просторному холлу, а за ним следуют возбужденные голоса ребят, уже заждавшихся знаменитую команду галереи.

Допиваю свой черный чай. Выкидываю в мусорку картонный стакан – а вместе с ним и все мысли о владельце этого здания. Хватит!

Мы поговорили и пришли к миру.

У него много дел. А мое время не стоит глупых переживаний, пустых фантазий и пространственных рассуждений.

На следующей неделе – распределение волонтеров по направлениям. И мне нужно погрузиться в обучение с головой, окунуться в кулуарный, закрытый для посторонних мир искусства и бизнеса, узнать тонкости бизнеса как особого вида искусства, и получить то место, ради которого я сюда и пришла.

Я знаю, что заслужила стать помощником Саши, как никто другой. Это не просто желание, это вопрос будущего моего шато.

Глава 15

Василиса

Я проснулась около шести часов утра. Небо еще было затянуто предрассветной дымкой сизого тумана, но первые лучи рассветного солнца уже разрезали кристально прозрачный воздух спальни, подсвечивая кружащие в нем пылинки. За окнами медленно просыпался город, стряхивая с себя остатки ночных сновидений как соринки с плеч строгого пиджака.

Внутри бурлила энергия предвкушения, тело полнилось сладостным нетерпением, ожиданием чего-то приятного и долгожданного, уголки губ счастливо ползли вверх. В этот день хотелось выглядеть по-особенному красиво, а потому я, подскочив с кровати, не чувствуя сна ни в одном глазу, сразу же направилась в ванную комнату.

Пара часов на неторопливые сборы под чашку зеленого чая. Белоснежная водолазка до талии и твидовая светлая юбка, черный ободок, завитые легкие локоны и ослепительная улыбка – все предвещало один из самых лучших дней сентября.

И все же шло как по маслу. Нас отпустили с последней пары – появилось время на полноценный обед в кафе, куда заехал Кай перед репетицией. Его ошарашенный вид, когда он меня увидел, придал уверенности в собственных силах.

Мы договорились увидеться в пятницу вечером. Свидание, обещающее стать лучшим в моей жизни, манило, однако мысли с утра всецело были заняты распределением волонтеров. Целуя парня на прощание, я обещала самой себе, что теперь моя очередь: в пятницу сюрприз будет ждать Кая.

Я приехала в галерею за полчаса до начала распределения. Прошла в первый холл, где находился кофе-бар. За одним из столиков уже сидела темненькая девчонка и парень, выбивающийся из компании волонтёров. В рваном свитере и потертых джинсах, худой, с равнодушным взглядом, будто немытыми темно-русыми волосами до плеч и вечным рюкзаком за спиной – казалось, его сюда насильно запихнули.

Не успела снять пальто и выбрать свободный стол, как девчонка помахала:

– Иди к нам!

Маша. И Миша. Как в сказке. Маша болтала о том, что хотела бы участвовать в процессе подготовки текстов: создавать описания для каждого экземпляра выставки как на русском, так и на английском, инструкции для Flip Dot Screen систем, чтобы каждый гость выставки мог позабавиться с пайетками, писать пригласительные для особых гостей.

Миша, кажется, ничего особо не хотел. Его отправили сюда из универа, где, вроде как, какой-то преподаватель лично знал Виктора Александровича. Но не слишком-то разговорчивый паренек мало что мог объяснить внятно. Я думала, тут все по своей воле, но этого сюда сослали в качестве «бунтарского таланта», нуждающегося в исправительных работах.

Да, день принес много сюрпризов. Но главный сюрприз этот вторник преподнес позже. Как вишенку на красивом торте.

Торжественно. В конференц-зале. На распределении. Голосом Александра, сидящего по привычке напротив нас и назначающего нас наставников-кураторов. Когда