(не)любимая - Ярослава А.

— Ох, е-е-е, — тянет Вадим, — И не жалко тебе было свою ласточку? На этой не удобно же…

— Неудобно жить на съеме. А к «Хонде» я уже почти привык.

Самойлов явно удивлен моими словами.

— Неужто решил осесть в нашем захолустье? — с легкой иронией в голове спрашивает он.

— Решил, — киваю, — Теткин дом начал восстанавливать.

— Стройка капец какое затратное дело, — авторитетно говорит Вадим, — Денег с тачки тебе не хватит. Мы с женой когда строились и трусы себе лишние купить не могли.

— Сам понимаю. На сколько хватит, а потом что-то придумаю.

— Отчаянный ты…, но уважаю.

Самойлов докуривает, устало выдыхает.

— Хорошее здесь место. Не чета столице. Здесь даже дышится как-то… свободнее что ли. Ты все верно делаешь, — по-братски хлопает меня по плечу, — Вы с девушкой твоей приезжайте к нам на выходные. Посидим, мясца пожарим.

— Спасибо за приглашение. Ольга по выходным в детьми занимается. Мы осудим и я наберу.

— Ну, давай. Погнал я.

Самойлов уезжает, а я еще какое-то время тусуюсь на парковке. Прогреваю свой «новый» автомобиль, заботливо смахиваю с него небольшой снежок и подобно Вадиму вздыхаю.

И правда — дышится свободней, а воздух слаще.

Еще месяц назад ничего не хотелось.

Ни дома.

Ни денег.

А сейчас словно крылья за спиной выросли. Планы и новые идеи сыпятся из меня точно, как из рога изобилия.

Правильно говорят, что нет худа без добра.

Таков закон сохранения энергии. Что бы что-то получить, нужно что-то потерять.

Мое добро сейчас ждет меня у меня дома, на проходной кухне и, раскочегарив старую газовую плиту, готовит всякие вкусности.

Чаще всего мы с Олей встречаемся у меня.

Оказалось, что нам обоим так комфортней.

Пожилая женщина, контакты которой мне дала моя девушка, очень мне обрадовалась и за воистину скромное вознаграждение сдала половину своего дома с мебелью, которая, как временно жилье меня более чем устроила. В благодарность я почистил старушке, не хуже, как у Оли, заваленный снегом двор, и обещал починить стиральную машину. Починка ее, правда, пока в процессе, но я уже на верном пути.

Просто времени катастрофически не хватает.

На прошлой неделе на выходные ездил к сыну в Москву. У него было день рождения.

Наступив своей внутренней жабе на горло, потратился и приобрел в подарок какую-то крутую игровую приставку. Цена хер вышепчешь. Уж не знаю, что она такого делает, но сын был в восторге и весь вечер не отходил от меня.

— Не понял. А где твои брекеты? Мать же говорила, что должны были неделю назад поставить.

Кирилл непонимающе хлопнул глазами.

— Нина Ивановна? — перевел выразительный взгляд на бывшую тещу.

Женщина, что в этот момент с улыбкой разрезала собственноручно испеченный Наполеон, замерла и как-то виновато на меня посмотрела.

— Я переводил Ирине деньги на брекеты для Кирила. Вы вкусе почему их еще не поставили?

Нина Ивановна ловко вынула из торта свечи, положила первый и самый красивый кусок на тарелку внуку.

— Кирюш, иди в за, — мягко сказала она ему.

— Ты же не развешаешь есть на диване.

— Сегодня можно, — улыбнулась и ласково потрепала его по голове.

— Ура!

Подхватив тарелку, сын радостно ускакал в комнату, оставив нас с тещей наедине.

Она, чуть прихрамывая пересекла кухню, взяла чистую тарелку, заботливо положила мне кусочек торта и опустилась напротив.

Торта я не хотел, поэтому едва попробовав его выжидательно уставился на женщину.

— Я не знаю, Максим, — отведя взгляд тихо произнесла она и с досадой бросила рядом с собой на стол полотенце, — Мы с Ириной уже месяц как не общаемся.

— Как это? — не понял я.

— А вот так, — горькая тень пробежала по лицу женщины, — Поругались.

— Как так можно поругаться, чтобы месяц не разговаривать. А Кирил? Она с ним…

— По телефону переговаривается.

— В смысле?! — в полном афиге воскликнул я, — Она его не забирает? А как же школа?

— Тише ты… тише…

Нина Ивановна обернулась, чуть вытянула шею, прислушиваясь к тому что происходит в соседней комнате и быстро зашептала.

— Она и раньше меня не особо жаловала, а сейчас совсем... Ты, Максим, уж прости меня старую, что сразу тебе не сказала… деньги были бы целее. Не легко о таком сам понимаешь.

— Понимаю, Нина Ивановна, — довольно строго произнес я. — Но и Кирилл не игрушка. Когда Ирина отправляла его к вам, то это все преподносилось как временное явление, пока она не наладит свою жизнь. А в итоге что?

Теща молчит, опустив глаза.

— А в итоге она сбросила ребенка полностью на вас и плевать ей на всех с большой колокольни.

— Максим ты пойми…

— Не пойму! Почему вы все это проглатываете?

Молчит.

Вот почему у таких беззаветно любящих матерей вырастают законченные эгоистки?

Не иначе, как переизбыток любви сказывается.

— Так что там со школой?

— Кирилл сейчас на удаленке.

— А в честь чего он на удаленке? Кто-то с директором договорился? Вот зачем вы это делаете, Нина Ивановна?

Снова молчит.

Поэтому я говорю за нее.

— Эта проблема сама себя не решит. Я сейчас же еду к Ирине.

Решительно поднимаюсь.

— Максим! — следом подскакивает женщина, — Может не пороть горячку. Ира одумается. Зачем устраивать скандал. Подожди, сегодня же день рождения Кирилла.

— Вот именно! Сегодня у него день рождения, на которое мать не соизволила явится!

Аргументы у Нины Ивановны закончились.

Она только спрятала покрасневшие глаза и, тихонько шмыгнув носом, ушла на кухню.

Прощание с сыном произошло скомканно.

— Пап, а может заберешь меня? — уже у дверей спросил Кирилл.

Я замер на мгновение, после очень серьезно посмотрел на него.

— Ты уверен, что хочешь жить со мной, а не с