Му-анг (4лорд - 3) - Андрей Никонов

И ни одного блинчика, словно хозяева покинули дурных питомцев.

— Люди — приоритетная цель, — подтвердила Илли, очищая излучатель. — Смотри, ещё одна группа.

Таких я тут ещё не видел вживую. В справочнике, который рассылали всем охранникам, они были — хурги, похожие на меховые шары, только вместо меха их покрывали жёсткие, похожие на пилки выросты, которыми они легко стачивали древесину. Хургов было чуть больше десятка, они собрались в одну большую хургову кучу, и покатились к нам.

Эти животные эндемиками не были, скорее всего их завезли на планету конфедераты. В тех инструкциях, которые мы получали, говорилось, что при появлении хурга надо занять позицию в вездеходе и врубить щиты, а потом уходить на максимальной скорости.

Мы попытались уйти — скаф позволял развивать скорость бега до сотни, Айяти в своём халате от нас не отставал, но сильно мешали деревья, не давали разогнаться как следует. Хургам на растительность было наплевать, они подпрыгивали на несколько метров, словно мячики, ударялись о землю или деревья и отскакивали снова. Как этим пушистым шарам удавалось не сталкиваться друг с другом, загадка.

Разгадывать которую мы не собирались. Выстрелы из излучателей вырывали из хургов куски плоти, но раны у них зарастали почти мгновенно всё тем же жёстким мехом. Нам приходилось держаться группой, а вот хурги рассредоточились и взяли нас в кольцо. И выдавливали в определённом направлении.

— Там у них гнездо, — сказал я очевидную вещь. — Нам туда нельзя, придётся отсиживаться.

Запрыгнул на ближайшее высокое дерево, скаф прилип к стволу, и я пополз на самую верхушку. Моему примеру последовали и остальные, так что через несколько секунд мы сидели каждый на своём дереве, и глядели вниз, где меховые шары собрались все вместе, словно что-то обсуждая. Высота деревьев была метров пятьдесят, и я надеялся, что эти гады сюда не доберутся — лапок-то нет.

Но хурги считали иначе. Они некоторое время прыгали на месте — эмоциональный фон животных читался легко, шары были в ярости и очень голодны. Мне даже показалось, что я знаю причину, кузнечики сожрали единственного гиппо, а сами они как еда хургам совершенно не подходили. Зато мы — очень даже.

Один хург подпрыгнул повыше, и взгромоздился на другого. Потом то же самое сделали ещё четверо, и теперь на поляне прыгали пять снеговичков. Они сблизились друг с другом так, словно хотели пообниматься, потом прыжки стали выше, а шары начали выстраиваться в колонну. Десять хургов — двадцать метров. Такая здоровая гусеница выросла под нами буквально за пару секунд, но твари на этом не остановились, они стали подпрыгивать друг на друге — и верхний шар подвзлетал всё выше и выше, пока не добрался до нашего уровня.

Выстрелы из лёгкого оружия не помогали.

Так что пришлось применить тяжёлое. Одиннадцатый шар хурги проигнорировали, и совершенно зря. Подавитель был вооружён значительно лучше нас, и защищён — тоже, из гладкого матового корпуса выросли полуметровые лезвия, он закрутился, превращаясь в подобие шинковального ножа, и вклинился в прыгающую колонну.

Хурги обладали кое-каким разумом, так что им хватило двух нашинкованных собратьев, остальные бросились врассыпную, подавитель, поднявшись над землёй, дал им вслед несколько залпов, и остановился. Наросты втянулись обратно в защитную оболочку.

— Хорошая штука, — Айяти спрыгнул вниз первым, и бесстрашно похлопал моего защитника. — Ты долго тянул, но вышло хорошо.

До опушки леса мы — четыре человека и подавитель, добрались без происшествий, и уже собирались сделать марш-бросок по пустыне, как Илли подняла руку.

— Теперь нам надо разойтись.

Это она конкретно Айяти сказала.

— Почему? — тот щурился, глядя на местное солнце.

— Мы идём к нашей боевой группе, а ты — по своим делам, — Илли показала рукой, где эти дела расположены. — К берегу тебе вон туда.

— Потому что вы не знаете, зачем я здесь, а я не знаю, зачем здесь вы? — предположил Айяти, нисколько не смутившись.

— Именно так, — подтвердил я.

— Хорошо, — легко ответил наш спутник. — Не вижу причин сохранять тайну. Я ищу одного человека, который должен находиться на планете. В его теле есть маячок, но местное поле его заглушает, и можно определить только вектор поиска. Почему-то именно сейчас этот человек находится как раз в том направлении, куда мы идём, и каким-то образом он связан с одним из вас.

Он ещё не договорил, как у меня в голове возник образ Зана. Загадочный капитан-сержант вполне мог быть целью поиска. Илли, похоже, пришло на ум то же самое, она вопросительно посмотрела на Айяти.

Тот пожал плечами, вытянул руку, и на ладони появилось изображение человечка.

Глава 14

Глава 14.

Гниллс прополз расстояние, отделяющее нас от ховера, на четвереньках. Косясь в мою сторону, уселся на пятки перед Айяти и наклонил голову. Йолана показалась на обшивке, с интересом наблюдая за происходящим. Зан спрыгнул на землю, помахал мне рукой.

— Внутри? — Айяти говорил почти неслышно.

— Да.

— Кто это сделал?

Синт-бандит кивнул на меня.

— Вслух, — приказал Айяти.

— Это он, — Гниллс ткнул в меня пальцем. — Он сделал.

Мысленно пожелал бандиту отменного здоровья вплоть до момента мучительной смерти. Вот ведь гад, я его кормил и воспитывал, даже в какой-то мере начал доверять, а он меня сдал.

Фигурка над ладонью случайного, а может и нет, спутника была нам отлично знакома.

— Матц? — разочарованно протянула Чесси, — ты из-за него сюда забрался?

Я следил за приближающейся меткой ховера. Вездеход уже проделал большую часть пути, изредка прячась под землю, и скоро должен был появиться.

— Он — моя собственость, — заявил наш новый знакомый, снова подставив лицо под лучи солнца и блаженно улыбаясь.

— Твой раб, — уточнила Илли.

— Нет, он свободный гражданин.

— Но принадлежит тебе?

— Полностью, — подтвердил Айяти.

Возможно, собеседники понимали эту тонкую разницу, но вот я, с корявым переводом моего альтер-эго, совершенно запутался. Как бы то ни было, этот незваный попутчик искал того парнишку, которого я спас, значит, скоро в нашей команде будет на одного человека меньше. Не то чтобы я чувствовал какую-то ответственность за спасённого подростка, или привязался к нему, но сам факт, что кто-то считал его своим имуществом, немного раздражал. И почти перевешивал положительные