Шаман 2. Чёртов чай - Клименко Тимофей

- Да я-то изгоню, для того и пришёл. Но о какой плате ты говоришь? Твои возможности ограничены твоим, извини, происхождением, – тоже усмехнулся экзорцист и ехидно добавил: – Чем ты мне отплатить сможешь? Подговоришь соседей моего начальника, отца Игнатия, купить перфоратор и ремонт начать? Или научишь его сына писать стихи? Давай уже без плат и долгов. Просто и по мужски.

- Давай. А насчёт возможностей, тут ты не прав. Ты даже представить себе не можешь, сколько наших сейчас в мирской власти! Да и среди твоего руководства, кстати, тоже!

Батюшка махнул рукой, показывая, что дальнейшее продолжение разговора ему неинтересно, и с наслаждением допил чай. Потом вытер густые усы и осторожно поставил кружку на стол. Бес поймал его выразительный взгляд и с улыбкой покачал головой.

- Ещё по чаю? Момент! Эх, знал бы ты, какой чай я завариваю у себя в Аду! Да за такой чай душу отдать ни разу не грех! Я за каждую упаковку, между прочим, как раз по одной грешной душе и отдаю китайским демонам. Но оно того стоит!

- Да, давай ещё по половинке, и за работу. Перемирие – это хорошо. Но и честь пора знать, – батюшка потянулся в кресле, наблюдая, как бес священнодействует с чаем. - Полюбопытствую? Тебя начальство не накажет за этот ланч на рабочем месте?

Бес аккуратно разлил кипяток, добавил немного заварки из чайничка и протянул батюшке его чашку.

- Нет, не накажет. Ты же меня из ловушки спасаешь, а не в церковный хор записываешь. Хотя пою я, между нами говоря, довольно сносно. Так что я ничего не нарушаю. А ты?

- А я нарушаю. Но казус в том, что нас, экзорцистов, вроде как и не существует вовсе. Так что, как бы и не нарушаю! – засмеялся батюшка и одним махом выпил чай. Бес же, смакуя, отхлебнул глоток, прикрыл глаза и замер. Несколько мгновений он наслаждался напитком, потом улыбнулся и тоже полюбопытствовал.

- Скажи пожалуйста, что выручает тебя в трудную минуту? Вот как есть, без пафоса.

В комнате воцарилась тишина, тонкая и звенящая, будто бокал из дорогого хрусталя. И такая же хрупкая. За окном в бешеной пляске бились ветви вишни и беззвучно тыкались листвой в стекло, как суётся жалобной мордочкой в закрытую дверь, выставленный на улицу котёнок. После небольшого, но тяжёлого раздумья священник ответил тихим и твёрдым голосом, глядя прямо в глаза собеседнику:

- Вера. Меня выручает вера в Бога и в людей. Вера в правильность того, что я делаю. А ещё хорошая физическая подготовка и навыки рукопашного боя.

- Физическая подготовка к чему? – уточнил бес и задумчиво почесал за ухом. В этот раз рукой.

- Ко всему! – тепло улыбнулся батюшка. - Ко всему!

Одержимый лёгким кивком поблагодарил собеседника за честность и жестом указал на дверь:

- Ну что, пойдём в комнату, приступим к отчитке? Я уже задержался на земле дольше, чем планировал. Но думается мне, святой папик, что это не последняя наша встреча! И не последний чай!

Чёртова дочь

Прощальные лучи заходящего солнца грели блестящие крылья маленького ангела, отражались от них и падали на пробившийся сквозь асфальт одуванчик. Крепкая широкая ладонь взялась за отполированную тысячами прикосновений ручку и распахнула церковную калитку с выкованной на ней фигуркой ангела. Невысокий коренастый батюшка с уже наметившимся брюшком, в чёрной рясе и накинутой поверх неё синей ветровке не спеша вышел за ограду. Перекрестившись на единственный купол старой бревенчатой церкви, он закрыл калитку на замок и провёл рукой по покрытым медью крыльям ангелочка.

– Привет погранвойскам! — раздался позади жизнерадостный голос. Священник обернулся и увидел перед собой крепкого мужчину высокого роста, в джинсах и чёрной рубашке навыпуск. На глазах у него были узкие солнцезащитные очки, а на пальце красовалась золотая печатка с крупным замысловатым вензелем. Несмотря на искреннюю доброжелательную улыбку на прямоугольном, грубо слепленном лице, интуиция отца Дионисия буквально кричала об исходящей от неожиданного собеседника опасности. Но угрозы себе священник в нём не ощущал, скорее угадывал в незнакомце скрытую силу и внутреннюю напряжённость.

– Вы ошиблись. Я служил механиком в танковой разведке, — после небольшой паузы ответил батюшка и испытующе поглядел на визави. Но тот ничуть не смутился и нарочито развязно пояснил:

– Служба бывает разная! Ты и в танковой разведке служил, и заутреннюю служил, вместе с Отцом Игнатием. Вы с ним прямо как из фильма «Служили два товарища»! Но это та служба, что у всех на виду. А есть ещё и та, что скрыта от глаз посторонних, и в ней ты экзорцист. Ты состоишь в ордене и проводишь отчитки, изгоняешь нарушителей границы миров в ад — вот твоя настоящая служба! Так что всё-таки погранец!

Смутное чувство дежавю появилось у батюшки, как грозовая туча из ниоткуда набегает на голубую лазурь небосвода, хмурится, урчит и убегает спустя четверть часа, так и не пролившись тяжёлыми холодными каплями на пыльно-зелёную землю. Но ничего конкретного в памяти священника так и не нашлось.

– Мы с вами знакомы? — спросил он, чтобы не затягивать молчание.

– По работе пересекались разок. Может быть, поговорим в машине? — незнакомец кивнул на припаркованный на стоянке перед храмом чёрный Тойота Соарер.

– А что нам мешает поговорить здесь?

– Лучше будет с глазу на глаз. Уж больно тема… щекотливая. А у тебя и так проблем с начальством хватает.

Батюшка пожал плечами и проследовал в автомобиль. Как только мужчины сели в удобный салон двухдверного купе, странный гость снял очки, бросил их на панель и радостно протянул руку для приветствия.

– Чай с бергамотом в этот раз, извини, не предложу, но в целом искренне рад тебя видеть, святой папик!

– Ты? – батюшка удивлённо уставился на собеседника, даже забыв о протянутой ему руке.

– Я. Тот, кого ты уже раз изгонял. А сейчас пришёл к тебе сам, мне нужна твоя одежда и мотоцикл! Шучу, конечно, помощь нужна. Больше обратиться, извини, не к кому.

– И чего ты хочешь? Изгнать тебя из этого тела?

– Не-не-не! Вернуть домой надо, но не меня. Беглеца одного надо