Граф Воронцов. Книга III - Дмитрий Лим

Цена за план оказалась весьма дорогой, но и итог был нужным. Мы знали все об этом помещении. Абсолютно, и, тем более имели подробный план на руках.

— Скажете кому, — начал было Воробьев, но старик сразу расставил все точки над «и».

— Могила, — ответил он и жестом, указал на дверь. — От вас прошу то же самое. Если что, мы никогда не виделись и ни о чем не говорили.

— Передайте это вашему бывшему работодателю, — добавил я, направляясь на выход, — Чтобы он глупостей не натворил.

— Передам.

* * *

План, развернутый на кухонном столе моего дома, был отдельным шедевром. Если учитывать, его выполнение, ровности и подробные пояснения, пожалуй, это было как карта сокровищ с точностью до миллиметра.

— Умели бы у нас так делать, — шёпотом сказал Михалычу, — Представь, какие бы дома стояли.

— Не трави душу, Дим, — улыбнулся тот, указывая пальцем на схематическое изображение двери, — Вот здесь!

Николай, почти не участвующий в обсуждении плана, принял из рук Натальи чашку с чаем, и повернулся к нам. Понаблюдал, понял, что ни черта не понимает во всем этом и на всякий случай уточнил, нужен ли он нам.

Ответ был однозначным, на что тот откланялся и чуть было не забыл про «товар».

На изнанку прыгнул галопом, приобнял Варну, которая была не совсем в духе из-за очередной неудачи, мимолетно глянул на собственных роботов, которых было аж семь штук, и был таков. С учетом того, что все это произошло по лицевому миру, меньше, чем за секунду, Воробьев от неожиданности дернулся. А когда увидел нескромный мешочек, заулыбался, заверил меня, что он мне еще и должен остался, после «взятки».

— Сочтемся.

Гостя выпроводили и вернулись к плану.

Если учитывать все переходы, малые помещения и общую «обстановку», под землей была огромная «квартира», площадью в триста квадратных метров. Что было самым очевидным, это именно одно пустое «место». Сам склад. Его площадка. А вот назначение остальных мест, было несколько иным.

— Казарма, — сухо произнес старик, указывая на тридцать квадратных метров, — Даже на схеме нарисованы койки. Смекаешь?

— Вооруженный конфликт, — ответил я, — Объясняет, для чего нужно столько боевого запаса. Думаешь, переворот?

— Все может быть. Петербург будет площадкой для тренировки. Где Орлов и Вольфовичи попросту заявят о себе. Понятное дело, что император их размажет, но думаю…

Он замялся, подбирая слова.

— Думаю, — закончил за него я, — Что, оставив здесь парочку своих людей, они направляются в Европу. Сам же знаешь, что на данном этапе истории, хоть мы и в другом мире, что там основные знания.

— И магия, — добавила Наташа, протягивая мне мою чашку, — Если свести все догадки сразу, то боюсь, все будет слишком… жестоко. На мой вкус. Вольфовичи рано или поздно вернуться в Петербург, сменят здесь все. От бандитизма до полиции, думаю, даже зацепят и министерство обороны и оставят за собой полноценный дом. Куда можно будет вернуться и где тебя будут оберегать.

— Странное сравнение, — заметил я.

— Согласна, но дальше… — она ткнула пальцем в лист, который я вытянул из сожженного склада, — Если склады уже есть в Финляндии, то следующая цель — Скандинавия.

— Небогатая область, — я мотнул башкой, но был не прав.

Меня тут же «зацепили» моим незнанием.

— Скандинавия — огромная территория с природной магией. Там много магических источников, тайн и артефактов. Так как и история у них богатая.

— Армия?

— После разгрома шведов, — улыбнулся старик. — Там автономные области. Причем — давно. Как ты понимаешь, нам ни виза ни что-то другое для посещения этого места — не нужно. А Вольфовичи, судя по всему, хотят основать свою страну. Если судить по остальному.

— Слишком круто, даже для них, — я был не согласен, — Одно дело, город снести и заменить власть, другое — страну! Целую страну, понимаешь⁉

— Понимаю. Но ты не учитываешь автономность областей. Возможность подкупить кого нужно и прочие мелкие детали. Они вполне могут себе позволить взять область и двигаться дальше. Действуя, якобы от нашей страны.

Я был не согласен с этим, пояснил все минусы и плюсы, но со мной не согласились. Для себя же понял одну вещь, те места богаты артефактами, и именно за ними в первую очередь направляются все эти выродки. Власть? Она у них и так есть. Деньги? Целый океан. И ничего, кроме силы, им не нужно было.

Вернулись к чертежам и нашли еще одно интересное помещение. Если учитывать то, что тупиковая комната имела стальную дверь, кучу проводов и не имело вентиляции, это означало помещение хранения. Дверь — значит, чего-то особенного.

— Что там может быть, как думаешь? — Михалыч потянулся за трубкой, — Деньги?

— Деньги хранятся в банке, — парировал я. — Наложницы в гареме, а драгоценности под землей.

— Артефакт?

— Может. Но я бы тоже хранил под землей.

Затрещина, которой меня чуть не наградил старик, вызывала бурю эмоций. Удивление, осознание и злость. Повторил одну фразу, которую говорил первые две недели, как оказался здесь:

— Я — не он, запомни, — злобно сощурился. — Завязывай с этим.

Наташа тут же разрядила обстановку и поставила на стол тарелку с бутербродами. За свою озлобленную реакцию извинился, старик сделал то же самое, и вроде, все обошлось без конфликта. Правда, объяснения своей реакции дед преподносил тихо и медленно. Словно слова подбирая правильные. И я понял, что он просто издевался, ибо в конце, все же, заржал.

Суть самих артефактов была своеобразной. Имея в себе душу бога, часть бога, или самого бога… короче, предмет был со своим характером. И по большей части он был скверный. Такой артефакт, который получили я и Наташа — редкость. Они были лишь — порталом для бога и не больше. А основная часть этих «безделушек» была чем-то особенным.

Поэтому, похоронив его под землю, владелец, столкнется лишь с огорченным «божком» и в дальнейшем, с бесполезным артефактом. А случаев было много. На одном из них Михалыч сделал акцент.

Рассказал про некий клинок, рассекающий демонов. Который прослужил восточному офицеру верой и правдой, сражаясь на изнанке. Когда пошла японская война, что-то в том роде, офицер погиб, а его жена, вместо того, чтобы спрятать предмет в надежное место — просто убрала в тряпку и закопала в саду. Мол, чтобы сыну было чем драться, когда вырастет.

Но судьба была слишком злой. Когда клинок попал в руки этому самому сыну, и бог внутри понял, кому он теперь принадлежит — он отомстил.

— Одержимость, — добавил дед, — Сын был невменяем и порубил всю семью. В знак благодарности за свое захоронение. А потом, обнулился и стал бесполезной железякой.

— Как это обнулился?

Дед только было открыл рот, как в коридоре зазвонил телефон. Легкой трусцой, Михалыч, выдвинулся за ним и спустя полминуты, со странным, бледноватым лицом, протянул мне телефон со словами:

— Тебя. Это — папа.

Глава 19

— Привет, иномирянец, — послышался приветливый голос отца в трубке, — Как сам?

Не знаю, какого ответа он ждал, но подобное «приветствие» меня несколько смутило. Не то чтобы он упомянул откуда я, а скорее… настроение? Странно все это было.

В целом. Первые три минуты разговора выглядели больше, как допрос. Он очень сильно удивился, услышав, что я собираюсь дальше участвовать в арене, и перебил сам разговор тем, что у меня, типа, возможно вообще не будет времени на участие. Этот тонкий намек меня смутил еще больше.

И пришла другая пора допросов. Теперь мне было интересно, что он там имел в виду. И собака же такая, молчал. Не отвечал и просто игнорировал вопросы. С таким стилем поведения был знаком. Когда человек не отвечает на прямые вопросы, или отвечает вопросом на вопрос, он либо готовит тебя к чему-то… либо что-то скрывает.

Понимая, что просто так он не стал бы звонить, в голову пришло множество вариантов. Но, все же, посыпались ответы, когда я пригрозил положить трубку.

— Скоро мой выход. — сухо ответил он, — Ты…

Далее, последовала пауза, а по ту сторону телефона, шуршание и хрипы. Словно он душил кого-то.

— Ты будешь в опасности, если будешь рядом.

— Думаешь, ты не справишься со своей одержимостью?

Ответ, опять же, был не сразу. Пару всхлипов, один стон и шипение. Не сразу, но я понял, от кого были эти звуки. Это — он их издавал. Неужели… все?