Великие джазовые музыканты. 100 историй о музыке, покорившей мир - Игорь Владимирович Цалер

Послушать

Oliver Nelson. The Blues & The Abstract Truth (1961)

Impulse

В своем альбоме The Blues & The Abstract Truth саксофонист, аранжировщик и композитор Оливер Нельсон поставил перед собой цель исследовать скрытые возможности простой блюзовой формы. Многие музыканты хард-бопа озадачивались этим же, но эта пластинка — один из самых красивых и волнующих результатов подобных поисков. В студию 23 февраля 1961 года пришел потрясающий состав: трубач Фредди Хаббард, флейтист Эрик Долфи, пианист Билл Эванс, басист Пол Чемберс, барабанщик Рой Хайнс и баритон-саксофонист Джордж Бэрроу, который не играл соло, но внес важный вклад в общее звучание. Музыканты записали шесть пьес, среди которых подлинным бриллиантом блистает шестнадцатитактовый блюз в до-миноре Stolen Moments. Кроме этого шедевра — веселая перекличка инструментов в Hoedown, блюзовый водоворот Yearnin’, динамичная классика хард-бопа Cascades и Butch & Butch, а также угловатый финал Teenie’s Blues. При всей гармонической простоте блюз, пропущенный через прогрессивные идеи хард-бопа, еще не был столь изысканным.

Blue Note Records: все ради музыки

Альбом, выпущенный фирмой Blue Note, опознается на пестрой полке музыкального магазина с первого взгляда. Дизайнер Рейд Майлз разработал для лейбла единый графический язык: выступающие из темноты черно-белые снимки музыкантов прямо с репетиции или с записи, набор характерных шрифтов, крупные буквы, приглушенная цветовая палитра. Любители джаза в 50-х и 60-х покупали эти пластинки, даже не глядя на имена музыкантов. Репутация Blue Note была так высока, что все знали: на этой пластинке будет только первосортный материал, выдержанный в одном, очень привлекательном стиле. Это полный ритма, сочно записанный джаз, который мог прийтись по вкусу и Широкой публике, и ортодоксальным джазовым гурманам.

Blue Note («блюзовая нота») — понижение тона ради блюзового чувства и пущей экспрессии во время пения или игры — это то, что делает джаз джазом. Любопытно, что лейбл с таким символическим названием был основан двумя немецкими евреями, прибывшими в США между двумя мировыми войнами. Альфред Лайон, родившийся в Берлине 21 апреля 1908 года, в 16-летнем возрасте катался на роликах в парке и случайно попал на концерт оркестра Сэма Вудинга — с тех пор и на всю жизнь он полюбил джаз. В 1938 году он оказался в Нью-Йорке — на самом пике популярности оркестрового свинга. Лайон увлеченно ходил по барам и клубам, а после джазового концерта в Карнеги-Холл решил основать свой лейбл. Партнером выступил музыкант, писатель и активист коммунистического движения Макс Маргулис, который согласился вложиться в стартовый капитал: он писал рекламные проспекты, но к производству пластинок не притрагивался и скоро выбыл из дела.

Лайон снял студию 6 января 1939 года и записал двух музыкантов, впечатливших его в Карнеги-Холл: пианистов буги-вуги Альберта Эммонса и Мида Люкса Льюиса. В том же году фирма получила свой первый хит — запись ветерана новоорлеанского джаза, саксофониста Сиднея Беше Summertime, выпущенная тиражом пятьдесят копий. С самого начала Лайон решил выпускать музыку на двенадцатидюймовых пластинках: на них помещалось больше музыки, и у музыкантов не было временных рамок. Стандартом в то время были десять дюймов, а на двенадцатидюймовые пластинки записывали классику — сразу стало ясно, с каким пиететом относится лейбл к своей музыке. В 1941 году в Blue Note пришел друг детства Лайона, еще один немецкий еврей — Фрэнсис Вульф. Он занялся на фирме финансами и периодически записывал музыкантов в Европе, но главное — он делал снимки музыкантов. Это были не парадные и не постановочные съемки, а фиксация творчества во время записи и во время репетиций. Сейчас эти снимки считаются классикой и эталоном джазовой фотографии.

О своем детище Лайон писал так: «Фирма Blue Note Records создана, чтобы обеспечить бескомпромиссное выражение горячего джаза или свинга. Любой конкретный стиль игры, который представляет собой аутентичный способ музыкального чувства, — это подлинное выражение. В силу его значимости в конкретном месте, времени и обстоятельствах он обладает своими собственными традицией, художественными стандартами и аудиторией, которые сохраняют его живым. Следовательно, горячий джаз — это выражение и общение, музыкальное и социальное проявление, и лейбл Blue Note определяет этот импульс, а не украшает его ради сенсации и коммерции». За сложным объяснением кроется простой подход: Лайон и Вульф обожали музыку, следили за новыми веяниями и с уважением относились к музыкантам.

В отличие от других лейблов Blue Note платил за репетиционное время до самой сессии звукозаписи, что обеспечивало ему высокую репутацию в джазовой среде и в итоге лучший результат (продюсер Боб Портер из Prestige Records сказал: «Разница между Blue Note и Prestige — в двух днях репетиции!»). На Blue Note музыканты записывались в ранние часы после вечерней работы в клубах и барах, и им позволялось принимать участие во всех аспектах производства записи: например, при записи своего шедевра Blue Train саксофонист Джон Колтрейн сам выбирал музыкантов и материал. К записи на Blue Note джазмены готовили более смелые пьесы и более увлеченно импровизировали (во время записи для других лейблов они часто в студии видели друг друга впервые и даже не успевали сыграться).

Еще один «секрет фирмы» — звукорежиссер Руди Ван Гелдер, переделавший в студию гостиную своих родителей в Нью-Джерси и ответственный за «звук Blue Note». Этот «звук» загадочным образом перебирался в любую студию, за пультом в которой сидел Руди Ван Гелдер. С 1953 года до конца 60-х этот человек записал десятки альбомов, которые ныне считаются шедеврами звукозаписи. Уникальное звучание обрело и потрясающей красоты оформление, за которое отвечал дизайнер Рейд Майлз. При одном взгляде на оформленные им пластиночные конверты тут же хочется ознакомиться с музыкой, которую они иллюстрируют. За пятнадцать лет Майлз создал почти полтысячи обложек. Его приняли в Blue Note в 1956 году, и он превратил оформление винилового диска в особую художественную форму (между прочим, пару раз для обложек были использованы рисунки тогда еще никому не известного художника Энди Уорхола).

Главные особенности работы Майлза — простота и изысканность. Стильная черно-белая гамма, характерная для множества обложек Blue Note, кажется специально выверенной, но на самом деле у лейбла часто просто не хватало бюджета на полноцветную печать. Майлз был вынужден использовать черно-белые снимки Вульфа, но благодаря его мастерству эти конверты всегда казались воплощением шика. Хотя его работы