Секрет предателя - Мария Андреевна Владыкина

- Пойдём тогда на кухню. Там поешь и расскажешь дальше.

Мы сели за кухонный стол, а я, особо не осознавая, что делаю, начала ухаживать за Максом, разогревая ему еду, и ставя перед ним тарелки. Хотя изначально планировала не проявлять о нём никакой заботы, потому что была обижена.

Когда еда была перед ним, а я села напротив, заварив себе чашку чая, он продолжил.

- В общем, когда Нина с семьей вернулись, ей было пятнадцать, а мне семнадцать, ну и так получилось, что у нас случилась первая любовь. Это было что-то бешеное, гормоны тогда играли не по-детски. Мы всё время хотели проводить вместе, у Нины начались проблемы с учёбой, потому что она всё ещё училась в школе, а я поступил в колледж. На самом деле, это всё не так важно. Я просто хочу, чтобы ты понимала, какие отношения нас связывали.

Я кивнула, всё ещё не в силах догадаться, к чему он вёл. Он что, изменил мне со своей первой любовью?

- Мы были первыми друг у друга во всех планах, и я тогда всерьез думал, что мы с Ниной будем вместе всю жизнь. Мы встречались пять лет, и это в том возрасте нам казалось просто вечностью. Наши родители уже давно смирились, что мы в один день поженимся, и принесём им внуков.

Меня немного задела информация о том, что родители Макса нормально относились к этой Нине, потому что я была уверена, что как минимум его матери я не сильно нравилась. Возможно, из-за того, что её сын женился на женщине с ребёнком.

- В тот день мы возвращались с одной из вечеринок, на которой поругались. Мне было двадцать три, и я думал, что уже готов к семейной жизни. Хотел чувствовать себя взрослым и зрелым. И я сделал на вечеринке предложение Нине. Но она отказалась. Сказать, что я был в шоке, это ничего не сказать. Я даже не рассматривал такой вариант развития событий. Собственно, из-за этого у нас и случилась ссора.

- Она объяснила, почему ответила отказом?

- Да, но я ей не поверил. Она несла какую-то чушь про то, что ей ещё рано выходить замуж, нужно сначала закончить университет, а она была тогда на четвёртом курсе. В общем, ничего реально стоящего отказа в её причинах не было. Это потом я узнал, что, оказывается, у неё на курсе был парень, с которым у них начали дружеские отношения перерастать во что-то большее. Видимо, она вообще думала о том, чтобы расстаться со мной, а я, дурак, ничего даже не замечал.

- И что случилось в тот день, когда вы поссорились?

- Мы ехали вместе на мотоцикле. Оба злые после ссоры. Я, понятно, за рулём. Но я клянусь, что был трезвый. Нина сидела сзади, и отказывалась обнимать меня за спину из-за своей обиды, так что держалась только за ручку, которая была там поперёк сидения. Когда мы уже подъезжали, на дорогу вышел лось. Я едва успел затормозить, и увести мотоцикл в кювет, где росла трава. Чтобы минимизировать травмы, потому что уже тогда было понятно, что просто остановиться я не успевал. Ну и, произошла авария. У меня вообще ничего толком повреждено не было, но я обернулся, а Нины рядом нигде не было. Я нашёл её, лежащей на дороге.

- Она выжила?

- Да. Правда с большими потерями. Оказалось, что когда я начал резкое торможение, она не ожидала этого, и так как держалась только за ручку, не смогла удержаться и упала на асфальт. Частью куртки она зацепилась за мотоцикл, и я протащил её ещё несколько метров по дороге, пока сам не уехал в кювет.

Я в ужасе прижала ладонь ко рту, от мелькавших перед моими глазами картинок.

- У Нины было огромное количество травм. От сотрясения, до множественных переломов. Но самый страшный был – перелом позвоночника. Нину парализовало ниже пояса. Я проводил с ней тогда дни и ночи в больнице, молился, чтобы она стала здорова, а она меня спрашивала, не приходил ли тот её друг с университета, представляешь! Да он сбежал от неё при первой же возможности. Ему не нужна была она тогда, когда не может ходить.

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​- Но как это всё связано с тем, где ты пропадаешь? - я окончательно запуталась.

- Через пару месяцев в больнице, Нина сказала мне, что больше меня не любит. Это разбило мне сердце, но я не мог просто вот так её бросить, и всё равно продолжал приходить к ней в больницу. Мне было обидно, но я чувствовал себя виноватым за ту ссору, за то, что она пострадала в аварии, когда я был за рулём, хоть меня никто и не винил. Так и продолжалось, Нина вернулась в дом родителей, передвигаясь в коляске. Я заходил несколько раз в неделю к ним, чтобы помочь с разными мелочами, но наши отношения стали больше дружескими, чем романтичными. И вот, три года назад мне стало известно об экспериментальной терапии для колясочников с подобными травмами. Она была дорогой, но действенной, и я не задумываясь записал Нину на неё.

- Три года назад, это как раз тогда, когда мы стали жить вместе? Как соседи, я имею в виду.

Я пыталась вспомнить, что вообще тогда происходило с Максимом.

- Да, всё верно. Я записал её на терапию, но проблема была в том, что в клинику, где её проводят, надо было ездить, а Нина всё ещё жила за городом. Вот так и появились мои командировки. На время её терапии, я селился в гостиницу, заселял её в соседний номер, и помогал добираться до клиники и обратно.

- Я не понимаю, почему ты мне этого не рассказывал раньше.

- А как ты себе это представляешь? Я же не дурак. Прекрасно понимаю, что для всех я просто чудик, который бегает вокруг по факту чужой для него девушки. Вряд ли бы ты спокойно на это отреагировала. Но я просто не могу её бросить. Терапия только начала давать неплохие результаты, подвижность начала возвращаться в конечности. Я хочу, чтобы она снова начала ходить. Тогда я смог бы простить себя, и отпустить её.

- Квартиру ты смотрел для неё?

Макс кивнул.

- Она находится рядом с клиникой. Я и сам