Нулевой предел. Том 1 - Anlige Project

магия использует жесты рук, чтобы создавать и управлять магией. Также есть ещё и стойка, — тут он уже начал пересчитывать по пальцам, а мои глаза становились всё более ошарашенными, отражающими всю безнадёжность моей карьеры легионера, — вербальная магия, благословение, проклятие, мантра, молитва, абсолютная и фундаментальная магия, абсолютная техника и позиция. Последние четыре самые могущественные. Но до этого нам ещё с тобой далеко.

Я дай бог запомнил половину и то до завтра. Чем дольше он говорил, тем больше мне хотелось запрыгнуть на корабль в бочку с какими-нибудь маринованными огурцами и отправиться в долгое, захватывающее путешествие. Ешь себе, пьёшь рассол, и никакой тебе магии, никаких монстров.

— Суть в чём? — он продолжил. — Для изучения хотя бы слабой техники нужны какие-никакие навыки владения оружием. Пока можешь взять вон те два деревянных меча — я буду тебя учить уму-разуму.

Я даже обрадовался такому исходу, вскочил к стойке, взял оружие и стал проверять его ударами по воздуху. Энвер медленно приблизился, взял длинный деревянный меч и встал напротив меня. Эльф надменно подозвал меня рукой, призывая атаковать. Взмах за взмахом, эльф блокировал, аккуратно бил в ответ и приговаривал: “медленно”, “точнее”, “не выходи из равновесия”, “следи за оружием” и так далее. Иногда останавливался, чтобы показать мне правильную стойку, хват или движение. И так потихоньку, методично, я чувствовал, что становлюсь опытнее и сильнее, чем пару минут назад.

Глава 17. В свои руки

Спустя неделю Икарис Кел’фэт обжился в усадьбе Кахана:

Вечереет. Я вовсе не жалуюсь, но мне кажется, что учитель мог бы и сам заниматься всеми делами по дому, слепота ему никак не мешает. Но можно считать, что моя помощь — плата за обучение. Мало того, что Кахан мигом научил меня понимать эльфийский, так ещё и пополняет мой арсенал рун. Среди них уже есть огненная, кинетическая и ударная, но вот с руной света я всё никак не могу разобраться. Вроде руки складываю правильно, и энергию перевожу в нужные пальцы, но не могу сделать даже крохотного светлячка.

Сидя в своей комнате я усердно старался воспроизвести руну. Огненная поддалась сразу, остальные максимум за два дня, а эта всё никак. А казалось бы, такое простое заклинание, какой-то жалкий свет. Если правильно понимаю, то каждый палец отвечает за свою отдельную функцию. Указательный палец — движение, чем больше магии проводишь через него, тем резче и дальше заклинание. Большой палец отвечает за энергию, чем больше маны вкладываешь, тем горячее, а если вообще не наполнять, то любое заклинание становится холодным. Поэтому в огненной руне используются только два этих пальца. Безымянный используется для управления в пространстве в кинетической руне, которая работает, как телекинез и также требует участия указательного для придания скорости. Мизинец я ещё не использовал, а средний палец скорее всего и является корнем проблем. На оборванной странице книги написано, что для использования руны света нужно сложить указательный и средний палец и начертить ими полукруг. Но я просто чувствую, будто рука слегка раздувается и через время всё приходит в норму.

Долгие раздумья привели меня к тому, что в записях ошибка. Я пробовал разные комбинации и начертания, сейчас сложил средний и большой палец, как будто собираюсь щёлкнуть, и снизу вверх начертил полукруг, вливая минимум маны. Словно тусклая звёздочка, над этими двумя пальцами засиял маленький огонёк. У меня получилось!!!

Радости не было предела, а ещё немного поигравшись с траекторией полукруга и энергией я получал свет разных цветов и яркости, даже смог управлять высотой, на которой создаётся огонёк. Только я собрался бежать к Кахану, как он зашёл в комнату, хлопая в ладоши:

— Мо-ло-дец. Догадался, что я тебя запутал.

— Так это всё специально?

Чувство тихой злобы за то, что я потратил столько сил на неправильную руну, смешалось с гордостью за смекалку. Хотя, это неплохой способ обучения. Мало знать, как использовать инструмент, более важно понимать принцип работы.

— Ну, — вздохнув сказал Кахан, — теперь самое интересное.

Старик хлопнул в ладоши и мы оказались у подножья горы. Метель; босые ноги утонули в сугробе, я трясся в рубахе и штанах.

— Уч-читель, — начал я от холода судорожным голосом, — вы, по-моему, ошиблись с т-телепортацией.

— Норма-а-ально, — растянул Кахан, — колдуй.

— Ч-что?

— Как что?! Гашение.

— Это ещё ч-чего такое?

Старик присел на снег, не отпуская копья, и стал рассказывать, а я жмурился в ожидании конца пытки.

— Мана создаётся в сердце. Ты уже можешь направлять её в пальцы, так почему бы не попробовать распределить её по всему телу? Если очень упростить, то гашение создаёт вокруг заклинателя нормальные условия. Охват тела и интенсивность зависит от количества маны, а радиус от концентрации, но ты ей пока пользоваться не умеешь. Так что защита от холода будет обволакивать тебя, как плёнка. Пробуй.

Меня трясло, зубы стучали, а холодный воздух с каждым вздохом всё больше студил горло. Ничего не выходило, сколь бы я не корчился и не напрягался. Кахан фыркнул, подошёл и древком копья шлёпнул по макушке.

— Сконцентрируйся, слышишь меня, бестолочь? Ты должен почувствовать биение сердца и лично направлять ману вместе с кровью, а не бездумно корчиться!

Посмотрев в его мутные глаза, всё же отражавшие недовольство, но так по-отцовски, с надеждой, я снова зажмурился и старался услышать пульс, приложив руку к груди. С каждой секундой мне всё больше удавалось сдерживать дрожь и ощущать движение крови по телу. Странное чувство, я словно пытался брызнуть кровью из кожи, но это работало. Становилось всё теплее, но ногам и голове всё ещё холодно. Я водил руками по воздуху и словно не ощущал его сопротивления и мороза.

— Ну-у, у тебя почти получилось, — утешая сказал Кахан, — будем работать.

— А вы-то как узнали, что у меня не полностью получилось?

— Я же говорю, — хлопнув в ладоши, старик с ухмылкой ответил уже в моей комнате, телепортировав нас, — это ты ничего не видишь, а я всего лишь слепой.

— Я всё равно ничего не понимаю, — вздыхая с досадой, я сел на кровать, — вы даже магию можете видеть?

Старик рассмеялся, сел со мной рядом и подставил указательный палец к моему виску. Постепенно в комнате на стенах начали появляться небольшие крапинки, будто густой синий дым застрял в трещинах. Я взглянул на Кахана, вокруг него огромное количество такого синего тумана. Обратил внимание и на свои руки: их окаймлял плотный белый дым с переливающимся оттенком, который менял цвет прямо на глазах.

— Вау, — я был шокирован, такого точно ещё не