Любовь пахнет лилиями - Таня Радуга

Вспомнив, что хотела дорисовать башню, Светка решила взять эскиз с собой. Она поднялась в мастерскую и с удивлением обнаружила там Георга. Пока король с интересом рассматривал картины на стенах, девушка скрутила в трубку незаконченный рисунок деда.

-- Вы разбираетесь в искусстве? – Георг заметил, что Светка собирает в небольшой дорожный пенал карандаши и пастель.

-- Нет, не особо. – пожала плечами девушка, -- Когда-то давно я любила рисовать, но меня интересовала всегда только архитектура.

-- Ну а музыка, поэзия? – Георг изобразил на лице подобие вдохновения.

-- Нет. Я равнодушна к поэзии. А музыку слушаю только по настроению. И обычно это длится недолго. – сухо ответила девушка. Светка обратила внимание, что Георг был несколько обескуражен её ответом, и злорадно ухмыльнулась про себя. Не объяснять же ему, что она предпочитает концертам радио, которое можно слушать просто как фон, делая то громче, то тише, и вообще менять волну или выключать, когда надоест. Живая музыка – это прекрасно! Когда редко и к месту.

Девушке подвели осёдланного жеребца, и она легко вскочила в седло. Летом, на даче, походы в ночное – были любимым развлечением у детей и подростков. Светка любила лошадей и умела с ними обращаться. Она бросила прощальный взгляд на замок и накинув капюшон тёплого плаща, тронула поводья.

Георг с интересом наблюдал за необычной девушкой. Всё, что рассказал ему о ней Беркут, легко уложилось в несколько предложений. Умная, серьёзная, самостоятельная, живёт одна, до недавнего времени весьма неплохо зарабатывала себе на жизнь, тем, что вела счета у клиентов. Но он чувствовал в этой девушке нечто такое, что заставляло его сердце взволнованно биться быстрее. И это было не столько желание затащить её в свою постель, сколько разобраться в ней: впервые в жизни, он был так заинтригован.

Король познал многих женщин. С самой первой из них, странствующей куртизанкой Лолой, познакомил Георга его отец, король Коринотис Четвёртый. Старик до последнего дня провёл свою жизнь в окружении многочисленных женщин лёгкого поведения, которых содержал за счёт казны. Чувствуя приближение смерти, Коринотис женил своего сына, будущего наследника короны, когда юноше едва исполнилось шестнадцать лет. Однако Георг, в отличии от отца, не отличался похотливым нравом, даже своей молодой жене он предпочитал общение с интересными людьми и библиотеку. И только со временем, уже сев на трон и овдовев, молодой король понял, что женщины бывают разные. Интерес к ним, был подобен для него чтению увлекательных книг, в том числе и в постели. Среди его любовниц были и избалованные дочери купцов, и весёлые вдовушки, и даже несколько замужних дам, чьи мужья в силу своего преклонного возраста не обращали на них никакого внимания. Крайне редко, не брезговал Георг и молоденькими горничными: за несколько приятных минут он получал небольшое удовольствие, а девчонка свой золотой за молчание, и все были счастливы. Король не держал при дворе фавориток, он слишком хорошо усвоил жизненный урок: женщины хороши только для кратковременных утех, редкая из них задерживалась в его апартаментах более одной ночи. И, тем не менее, количество дам, желающих оказаться в личных покоях молодого и галантного короля, не убавлялось. Некоторые из них были весьма откровенны в своих заигрываниях, другие, соблюдая внешние приличия, всеми правдами и неправдами, добивались его тайной аудиенции. Но все они – желали его. Или его короны. Многочисленные дочери помещиков и князей мечтали занять пустующее место королевы. Они томно вздыхали при встрече с Георгом, игриво стреляли глазами и закусывали губки, роняли платочки, ненароком жеманно прижимались, читали возвышенные стихи, музицировали и пытались привлечь внимание короля множеством других хитрых и наивных способов. Все без исключения. Кроме неё.

Солнце уже коснулось горизонта, когда всадники добрались до ближайшей деревни. «Он, скорее, похож на небольшой городишко, чем на деревню.» -- Светка критически осматривала поселение, на ходу замечая и некогда крепкие двухэтажные дома, требующие сейчас капитального ремонта, и мрачные лица встречных, и оборванных худых детей. Её внимание привлекли крики, раздававшиеся на площади, группа всадников, сопровождающих короля, как раз въезжала туда.

-- Будь ты проклят! И король твой будь проклят с его поборами! – захлёбываясь слезами отчаяния, кричала женщина упитанному чиновнику в чёрном форменном камзоле, сидевшему на облучке большой закрытой повозки. Он был немолод, длинные с проседью волосы сзади подвязаны чёрным бантом.

-- А ну отошла, дрянь! – один из сопровождавших его солдат с силой полоснул по женщине плетью. Она вскрикнула, закрывшись худыми голыми руками.

-- Что здесь происходит? – Георг подъехал ближе.

-- Мой король! – чиновник расплылся в подобострастной улыбке, быстро слез с облучка и подбежал к Георгу, -- Я Жиродан, официальный сборщик налогов, состою на королевской службе Вашего Величества. Эти недостойные жители Вашего королевства, до того обнаглели, что отказываются не только платить налоги в Вашу казну, но и отдавать положенную часть податей на содержание королевского замка.

-- Это правда? – король высокомерно оглядел собравшихся жителей деревни. Собравшиеся были хмурыми и молча бросали полные ненависти взгляды на короля и его спутников.

-- Правда в том, что нам больше нечего отдавать! Вы забрали у нас всё! Мои дети не доживут до конца зимы и умрут от голода и холода! – кричавшая женщина переключилась на короля. Она была слишком легко одета для середины осени, страшно худая, с ввалившимися щеками и кругами под глазами.

-- Ну вот, видите Ваше Величество! Она же врёт на ходу! – испуганно заговорил сборщик налогов, -- Говорит: забрали последнее? А на что же они тогда до конца зимы жить собирались? Это же несколько месяцев! Значит они не всё отдали? Обман! Кругом обман! Никому верить нельзя!

Георг нахмурился, не зная, как реагировать.

-- Скажи, любезный… -- Светка подъехала ближе и смерила холодным взглядом сборщика налогов, -- А на чьих землях находится эта деревня?

Ушлый чиновник сразу заметил, что девушка не из простых, и заискивающе закивал головой:

-- Это земли покойного Мастера Рилиона, прекрасная госпожа.

-- Вот как? Разве продуктовые и ремесленные подати для короля не должны собираться исключительно с его владений? – Светка обернулась к Георгу и вопросительно вскинула бровь, -- И какая сумма налога должна быть уплачена этими людьми?

Сборщик налогов покрылся капельками пота. Холодный тон и пробирающий его насквозь взгляд красивой спутницы короля не предвещал ничего хорошего. Он вытер испарину дрожавшей рукой и промычал: