Написать Империю - Михаил Усачев

Как это могло вообще быть правдой?

— Много таких донесений идёт, — готовил помощник секретаря. — Время везде одинаковое указано.

Слухи были из разных источников, но дошли до столицы примерно в один момент.

— Почему наша разведка не сообщила? — Возмутился кто-то.

— Да, наш коллега должен был быть правой рукой Герцога, что он вообще пишет⁈

Главный Секретарь Его Величества тоже был возмущён. Порылся в докладах за прошлый год и понял, что слуга Герцога вообще ничего толкового и не пишет уже очень давно. Даже если за несколько лет эти письма поднять, там не будет вообще ничего интересного.

— Он нас предал чтоли? — возмущался он. — Как мы умудрились такое событие в своём регионе прошляпить, а⁈ Да король нас всех вздёрнет!!

Смех смехом, но что-то там точно случилось. Мог ли бессильный мальчишка, который всю свою жизнь не выходил с комнаты вдруг захватить регион? Чушь! Кто-то им воспользовался и мутит воду? Было не ясно, но Королевская власть получила огромную пощёчину.

Собрав все бумаги, какие только смог найти, Секретарь быстро направился на аудиенцию с королём. Прошёл по широкому коридору роскошного, украшенного мрамором и зелёным камнем, дворца. Постучал в дверь кабинета.

Высокий, широкоплечий, статный мужчина встретил его, поднявшись на кровати.

Он был всем хорош. Только времени у него было не то чтобы много. Старость, к несчастью, не щадила даже таких правителей.

Громко откашлявшись, он слушал доклад своего секретаря, всё время продолжая хмуриться.

— Действительно, здоровье моё далеко не то, — с сожалением заключил он. — Дети уже друг друга убивать собираются, дочка не слушается… так теперь ещё и вассалы с окраин почувствовали вольную…

То, что какой-то сын Герцога играючи перебил всю аристократию не иначе как слабостью Королевства не объяснить. А слабость королевства эта личная слабость его Короля. Мужчина на кровати воспринял новость как личное оскорбление и был крайне разозлён этим.

— Кто там должен был получить эти земли? — Спросил он, обращаясь к секретарю.

Северное Герцогство было очень большим. Однако, людей там было не много, да и из ресурсов — парочка шахт. Возделывать пахотные земли в тех краях сложно. Но всё же, это была земля, которую можно было передать достойному. Бастард Герцога таких прав не имел.

— Маркиз Десад готовился получить награду Его Величества, — тут же ответил его секретарь. — После смерти Герцога, он мог бы возглавить те земли. У него много личных заслуг, денег, и репутация при дворе неплоха.

— Вот и славно, — отмахнулся Король, снова опускаясь на своё ложе. — Скажите маркизу, что весь регион теперь, это его вотчина. Пускай делает там, что хочет.

— Слушаюсь, Ваше Величество.

— Ах, да, — спохватился Правитель, — принеси мне бумагу. Нужно же соблюсти формальности, да?

Он снова с кровати привстал.

— Напишу этому ребёнку письмо. Скажу, что герцогом можно стать только поклявшись в верности. Так что пусть немедленно ко двору явится. Пусть Маркиз Десад это письмо и доставит.

— Клятву ведь только на магии можно дать, — понимающе улыбнулся секретарь. — У него её нет.

— Это его проблемы…

Глава 28

Весна всегда была удивительным временем. Она приносила тепло, спокойствие и душевный подъём. Однако эта весна несла просто какую-то сумасшедшую эйфорию.

Стоило снегу сойти, как в герцогстве появились странные повозки. Люди их как что-то внеземное встретили. Сами едут, людей внутри себя носят. Стоило подобной штуке прокатиться по улице, как вся беднота из окон своих хижин вылазила, полюбоваться на созданную Герцогом железную лошадь, без ног и с колёсами.

Сперва это было интересно. Потом весело, а потом вообще радостно. На пятый день после начала весны, подобная повозка подъехала к одному из домов. Работники из Городского Управления постучались в дряхлую дверь и представились.

— Вас Виктор зовут? — уточнил работник у хозяина жилища.

— Да, — закивал тот.

— Ваша жена, — Тиша? Вы — каменщик, она обувь на рынок вяжет, верно? У вас три ребёнка, два мальчика и одна девочка, всё верно?

— Да, да, — закивал тот, всё ещё ничего не понимая.

— Поздравляем, — улыбнулся работник. — Ваша очередь на новый дом подошла. Он уже ждёт вас. Можете собирать вещи, а завтра утром за вами приедет грузовой мана-кар, и отвезёт на место.

— А? — выдохнул хозяин домика, не веря, что он верно услышал.

— А-а-а-А-А-А-А!!! — и вырвал его из оцепенения громкий, противный вопль его резко свихнувшейся супруги.

Пухлая женщина вылезла из двери, придавив того к косяку грудью. Следом за ней ещё три головы, но поменьше сунулись.

— Правда⁈ — Взвизгнула та.

Страшный вопль слетевшей с катушек женушки напугал мужика, работники Городского Управления резко лицом окаменели, силясь не ржать перед горожанами. А люди в округе быстро стянулись туда, что бы узнать, что вообще приключилось.

И тут по всему герцогству началось.

Странные машины приезжали утром и забирали людей, а всем остальным день за днём оставалось слушать радостный вопль, который то и дело раздавался с какой-то улицы. Казалось что горожане специально стали соревноваться друг с другом, кто громче и противнее орать начнёт, когда, наконец, им новый дом выдадут.

Атмосфера сумасшествия захлестнула все подконтрольные Рохану земли.

Но это было не болезненное, не глупое помешательство. Люди действительно ждали свой дом. Мечтали о новой земле и каждый час выглядывали в окно, надеясь что тот странный мана-кар, который шуршит колёсами, остановится, и именно к ним заедет.

Все до единого, просто смотрели в окна. Ждали на улицах, взглядами провожали каждую проезжающую машину, а иногда и бежали за ней огромными толпами.

Поздравляли тех, к кому эта машина ехала.

Тепло поздравляли, без злобы. Если и с завистью, то тоже по доброму. Потому что в воздухе так и витало чувство, что и к тебе приедут. Сегодня, завтра, точно такая машина остановится и под твоими окнами.

С первых мгновений весны люди буквально жили этим волнительным чувством. Ожиданием перемен. Ожиданием великого чуда, которое обязательно, точно, пусть не сегодня, но завтра обязательно с ними случится.

Сама собой, на севере города появилась широкая, длинная, ровная как доска, дорога. Люди садились в присланный за ними мана-кар, выглядывали в окна и наслаждались