Право на нас - Марина Анатольевна Кистяева

- Богдан! - заистерила она и уперлась всё-таки ему в плечи.

Горячие...

- Чего ты шугаешь, - его голос совсем охрип.

Даров не понимал. Он не понимал! Его член, который прикрывала только ткань боксеров, сейчас упирался ей прямо в лоно! А там тоже только одни трусики.

Пару движение рукой, и он будет в ней!

- Слезь с меня!

Но он точно её не слышал. Склонился ниже и выдохнул прямо в губы:

- Я контролирую себя.

Зато она нет!

Тоня ничего больше не успела сказать. Богдан её поцеловал. Истерика дала о себе знать, и Тоня с силой сжала губы, продолжая упираться ему в плечи.

Как оказалось зря. Потому что её елозанье под ним дало результат.

И он - то есть мужской член! - кажется увеличился в размерах. Ещё...

Тоня мгновенно притихла. Что она творит? Надо успокоиться.

Вот так. Да, вот так.

Надо вспомнить, что сопротивление с её стороны только сильнее разозлит Дарова. А он обещал её не трогать... И вроде как он ещё ни разу не нарушил слова.

Она, не думая, что он делает с её губами, обмякла под ним. Перестала упираться в плечи, а, наоборот, обняла. И каким-то невероятным образом умудрилась прервать поцелуй и уткнуться губами ему в шею, выдохнув:

- Мне так страшно...

- Ну чего ты...

Голос Богдана тоже смягчился.

Вибрирующее напряжение из его плеч тоже ушло. Значит, Тоня была права - сопротивление злило его. А злой парень - это плохо. Очень-очень.

Он уже на ней! Главное - не перейти черту.

- Мне правда страшно...

- Почему, Тонь...

Его губы прижались к её плечу. Кожу обожгло. Оказывается, вот что значит это выражение. Ведь реально обожгло! Тоня никогда ничего подобного ранее не испытывала. Это от дичайшего выплеска адреналина в кровь? Так получается.

Она недавно узнала интересный факт. Про то, почему женщины иногда «текут» во время принуждения и изнасилования. Всё элементарное просто. У животных самка выделяют смазку во время акта. Таким образом природа защищает самочек от разрывов тканей. С женщинами тоже самое.

Неужели и она попала в эту категорию?

- Не знаю.

- Я же сказал...

- Я помню, что ты сказал. Но мне всё равно страшно.

Он некоторое время не двигался, только гладил её плечо.

- Я понял тебя, Рыжая.

- Хотелось бы верить.

Господи, она сегодня замолчит? Он точно её прибьет. На одну ладонь положит, второй прихлопнет.

- А ты поверь, - выдавил он из себя совсем глухо.

Довериться чужому парню - сложно... Кто бы чтобы не говорил.

Тем более, когда оба понимали, что она для него - лакомство. Девочка, которую привозят для развлечения. Некая компенсация за благородный поступок.

Тоня прикрыла глаза. Всё. Больше не думать. Ни о чем.

Она зажмурилась и загадала - если не тронет Даров её сегодня, значит, поверит...

А если тронет... Она будет сопротивляться. Она не позволит ему и его отцу сломать себя. Секс по принуждению - это, в конце концов, ещё не конец света.

Она не собиралась, как в той присказке «расслабиться и получать удовольствие».

Она лишь всё для себя решила.

Её загнали в угол. И он это знал. Он сделал один шаг. Более того. Богдан признался, что она ему нравится. А за слова надо отвечать.

Много ли она хотела от парня? Это другой вопрос.

Она тоже много, что давала.

Горячее мужское дыхание скользило по её телу. Добралось до груди. И коснулось... Вместе с губами. Сначала накрыло один сосок. Потом второй. И всё через тонкую ткань бюстгальтера.

Тоня ахнула, распахнула глаза и, не удержавшись, посмотрела вниз. Туда, где сосредоточился на новом занятии Богдан.

Мало что видно... И всё же видно!

Руки парня пробрались ей за спину и ловко расстегнули лифчик. Тоня в последний момент удержалась от того, чтобы не схватиться за ткань. Пусть...

Тем более, легкое марево окутало её. Стало жарко.

Теперь губы Богдана коснулись её кожи. Ему ничего не препятствовало.

- Какая же ты...

Его шепот прошелся по оголенным нервным окончаниям девушки. Всё-таки немного страшно. Или много?..

Ровесницы над ней бы посмеялись и знатно постебались. Нашла о чем переживать! Тебя распластал такой мужик! Красавчик, качок да ещё и, кажется, перспективный. Хватать надо, а не зажиматься, как дуре.

Но Тоня не собиралась меняться. Можно она ещё немного побудет дурочкой?

Она отчетливо чувствовала его член. Он всё ещё упирался в бедра.

Мелкие мурашки рассыпались по телу Тони, он их заметил.

- Замерзла? Ну что ты...

Он её постоянно успокаивал.

Постоянно!

Эта мысль озарила сознание Тони и взорвала.

Он... заботился? Так получается? Проявлял терпение? И ещё что-то...

В глазах девушки предательски защипало, пришлось снова зажмуриться сильно-сильно.

Богдан подтянулся и поцеловал Тоню. Накрыл её губы своими. Они у него оказались теплыми. Одной рукой он удерживал свой вес, второй сжимал груди Тоню. Одну, вторую. Пытался забрать сразу обе. Его язык бесцеремонно хозяйничал во рту Тони.

Она позволила...

С ней происходило какое-то безумие. Она точно раздвоилась. Одна Антонина четко понимала, что происходит. Почему. А вторая Тоня щурилась, как котенок, только-только разлепивший глаза.

Внизу бедер странным образом запылало. И ладно бы на этом всё! Рука Богдана сместилась вниз и дотронулась до её лона.

Тоня выдохнула протест в губы Богдана, но тот усилил давление. Даже не так. Он толкнулся вперед, заменив руку членом. Он имитировал половой акт. Секс. То, что он хотел с ней сделать.

И её потянуло, завертело, закружило. Близость большого разгоряченного тела дурманила, лишала рассудка. Отодвигала всё мирское вдаль. Только желание. Только то, что происходило у неё между ног имело значение. Богдан и не думал прекращать движения. К ним он присоединил свою руку. Втиснул её между их телами.

Он пошёл ещё дальше, окончательно решив взять верх над сомнениями Тони. Развеять их к херам собачьим. Оцарапав щетиной нежную кожу шеи, он снова набросился на девичьи губы. Целовал жадно, требовательно. Он выпустил похотливого зверя наружу.

И Тоня, которой самой природой надлежало быть женщиной, не смогла не подчиниться. Она пикнула, и вцепилась в плечи Богдана. Завела руки на его спину, чтобы сразу же ощутить перекаты мышц под покрытой испариной кожей. Его потребность, его запах, его возбуждение - вот что перекрыло любые мысли.

Она прижималась к нему, целуя в ответ. Теперь она тоже хотела... Хотела попробовать забрать частичку его себе! Почему бы и нет? Ей было вкусно. Да-да.