Путь Вия. Из Малороссии на Украину - Дмитрий Павлович Губин

Братья его матери были музыкально одаренными людьми, хорошо играли на различных инструментах, любили литературу. «…Не проходило даже вечера, – вспоминал драматург, – чтобы в нашей семье не звучала музыка или пение. Вечером к дядям приходили товарищи, наипаче в воскресенье, угощались, пели (все мужики были в церковном хоре) духовные концерты и светские песни <…>, а иногда и читали вместе, чаще всего Гоголя и «Энеиду» Котляревского». Вместе с ними народные песни пел и Марк.

Одесский актер

Огромное влияние на дальнейшую судьбу Кропивницкого имел приезд в Бобринец летом 1854 года драматической труппы Людвика Млотковского. После этого, как отмечает театровед Николай Есипенко, желание выступать на сцене у него стало таким, что «ни перспектива служебной карьеры, ни решительные протесты отца уже не смогли приглушить тот порыв».

Через некоторое время дядя Кропивницкого Николай Дубровинский организовал в Бобринце театральный кружок, в который привлёк и племянника. Так началась его карьера актёра.

После окончания с похвальным листом уездной школы в 1856 году и неудачной попытки продолжить обучение в гимназии Кропивницкий поступает на государственную службу в уездный суд в городе Бобринце, где несколько лет работает мелким чиновником. Однако гимназический аттестат Марко получил экстерном и три семестра был вольнослушателем на юридическом факультете киевского университета св. Владимира.

В 1863 году Марко написал свою первую пьесу «Никита Старостенко».

Кропивницкий возвращается в Бобринец, где служит столоначальником в уездном суде. Удерживает его на службе возможность играть в театральном кружке Соболевых, где он знакомится с Иваном Тобилевичем, позднее взявшим себе псевдоним «Карпенко-Карый».

«Возле нас группировались товарищи, и в свободное время мы читали в группе, чаще зимними вечерами… – писал М. Кропивницкий в воспоминаниях. – Я и Иван Карпович были членами общественной библиотеки, принимали домой журналы, а также и произведения отдельных выдающихся актёров. Кроме великорусских корифеев, знакомились мы понемногу с Смайльсом, Робертом Оуэном, Джоном Стюартом Миллем, Спенсером, Молешоттом и другими; читали кое-что из Шекспира, Байрона, Шиллера, Гете, Гейне, Дюма, Жорж Санд».

В 1865 году уездные учреждения из Бобринца переводят в Елисаветград, где Кропивницкий продолжает службу и играет в любительских и профессиональных спектаклях. В 1871 году после смерти отца Марк выходит в отставку и переезжает в Одессу, где играет в Народном театре графов Морковых, а затем и в других труппах.

В харьковской газете «Утро» были опубликованы воспоминания приват-доцента Бориса Грейденберга, в которых говорится:

«Это было в 1875 г., в Одессе. На Александровском проспекте стояло тогда (теперь его уже – нет) большое, неуклюжее деревянное здание, переделанное из бывшего цирка – Русский театр Галахова. Театр был весьма непрезентабельный снаружи и такой же представительный внутри… Страстный любитель театра, я в 1875 г. гимназист 5-го класса – был постоянным усердным посетителем Русского театра, за это получил от лично знавшего меня известного в то время артиста Стружкина прозвище «непременного члена галёрки».

Здесь же я и увидел впервые Марка Лукича. Шёл какой-то спектакль с «разнохарактерным», как тогда любили извещать в афишах, дивертисментом – сочетание в настоящее время очень редкое, часто случайное; но в те времена весьма обычное. Под одним № значилась малороссийская песня в исполнении М. Л. Кропивнинцкого. Живо помню, точно это было вчера, как на сцену вышел высокий статный артист, с характерными запорожскими усами, в красивом национальном костюме, и приятным, звучным баритоном запел меланхолически-заунывную «пісню».

Несмотря на некоторый успех у одесской публики, времена у Кропивницкого бывали разные. В 1881 году, например, он писал своей знакомой:

«… А знаете ли вы, что такое «чёрный день»? Я не способен копить гроши и копейки для чёрного дня, хотя знаю, что он меня не минет. Ведь не получил же я от своего отца ни наследственных лугов, ни замков, а от матери фамильных бриллиантов… Я боюсь нужды, боюсь нищеты, боюсь бедности, потому что испытал их; и до сих пор мороз подирает по коже, как вспомню».

Труппа «корифеев»

В 1881 году после цареубийства хоть и произошло ужесточение порядков, именуемое часто «реакцией», однако сказывалось оно далеко не во всём. Новый государь разрешил создание малороссийских трупп при условии, что там будут в репертуаре и русские водевили.

Осенью 1882 года Кропивницкий создал профессиональную труппу. Этот слаженный и крепкий исполнительский коллектив был организован в Елисаветграде, а через месяц он уже отправился на гастроли в Киев, Чернигов, Харьков, Одессу, Полтаву, Ростов-на-Дону. В неё вошли его ученики: Мария Заньковецкая и братья Тобилевичи – Афанасий Саксаганский, Николай Садовский, Иван Карпенко-Карый. Впоследствии их всех будут именовать корифеями украинского театра.

Кропивницкий то сам руководил труппой, то передавал вожжи Михаилу Старицкому, играя при этом жлоба Сирко в пьесе «За двумя зайцами». Зал взрывался от хохота, когда он произносил: «Вы, Секлета Филипповна, – это шо-то одно, а мы – это шо-то другое».

Играл он и в пьесах собственного сочинения, и в ставших к тому временем классикой комедиях Котляревского и Квитки-Основьяненко. Труппа стала популярной на юге России благодаря актёрскому составу и дешевизне билетов.

Сам Кропивницкий тщательно готовился к своим ролям. Вот что писал психиатр Грейденберг:

«М. Л. рассказывал мне, что в первый свой приезд в Харьков он специально ездил на Сабурову дачу, где проф. П. И. Ковалевский (тогда исполнявший обязанности старшего врача больницы) демонстрировал ему различные типы слабоумных и «дурачков». М. Л. посетил нашу больницу, обошёл помещения для больных, среди которых его преимущественно интересовали, кроме тех же типов слабоумия, формы душевного расстройства вследствие сильных нравственных потрясений».

Труппу Кропивницкого захотели видеть в столице. Во время гастролей в Петербурге зимой 1886–1887 годов, по мнению многих очевидцев, она затмила Александринский и Мариинский императорские театры, а также гастролировавшие в это время в северной столице труппы из Германии, Италии и Франции.

«Хохлы и хохлушки, – писал в эти дни на страницах своей газеты «Новое время» Алексей Суворин, – решительно и по праву овладели вниманием Петербурга. Г. Кропивницкий не только бесподобный актер, но и такой же бесподобный режиссер. <…> Его маленький оркестр повинуется ему так же, как и большой – Направнику (Эдуард Францевич Направник – чешский и русский композитор, дирижёр, почти полвека занимавший пост главного дирижёра Мариинского театра. – ред.). Все на своем месте и все вовремя».

Выступления малороссийских актёров 4 ноября 1887 года посетил Александр III, для которого были сыграны два спектакля по пьесам Т. Шевченко («Назар Стодоля») и М. Старицкого («Если колбаса и чарка, то пройдёт и ссора»). 25 января того же 1887