Ключи от старинной библиотеки - Марина Григорьевна Халкиди

Первыми мы встретили трех уже знакомых мне сестер — Аглаю, Надю и Верейн.

— А что у тебя с платьем случилось? — вместо приветствия спросила Аглая, вперив взгляд в недостающий подол.

Махнула рукой, не желая объяснять о революции моды и о том, что женщина не обязана была кутаться в одежду, если не желала этого.

— А мне нравится, — Верейна покосилась на подол своего платья, которым она подметала снег.

— Даже не вздумай, — строго сказала Аглая, бросив на сестру красноречивый взгляд. — А то отец запрет тебя в доме до седых волос.

Хмыкнула, вот тебе и весь феминизм. То есть как сражаться вместе с витязями — это с оговорками, но можно. Но вот платье себе нормальное позволить — нельзя.

Впрочем, чего это я разбушевалась? Когда-нибудь местные дамы и сами созреют до революции и в одежде, и во всех других аспектах жизни.

А пока я глазела по сторонам. Было любопытно посмотреть, кто же еще явится на это празднование, кроме двуликих. Хотя местная нечисть и пугала меня, но любопытства никто не отменял.

— Ты посмотри, и Гришку притащили.

Проследила за взглядом Нади. Какой-то здоровяк шел в обнимку с медведем бурого цвета, который был больше самого мужика. На голове у него был колпак скомороха, а также была наброшена жилетка исполинских размеров. И хотя я понимала, что сейчас этот двуликий прибывал в облике медведя, но коли он вспомнил о деталях одежды, то лучше уж причинное место бы прикрыл, нежели колпак нацепил на голову.

— Привет, — поздоровалась я. И вспомнив местные приветствия и пожелания, добавила: — Добра вам на пути.

Медведь заревел в ответ, но языку зверей я обучен не была, поэтому просто пожала плечами, гадая, что мне сказал этот двуликий.

Тем временем, вокруг меня сначала стало подозрительно тихо, а затем раздался взрыв оглушительного смеха. Непонимающе посмотрела на сестер и Мирослава. В отличие от первых, он только улыбался, пытаясь сдержать явно рвущийся наружу смех.

— Это обычный медведь, — пояснил он.

Да как тут разберешь, кто в зверя обращаться может, а кто только рычит или мычит. На них же не написано к какой расе они относятся.

— Не обижайся, — приобняла меня за плечи Верейна. — Но поклоны Гришке еще никто не бил. Ты первая его такой чести удостоила.

Хмыкнула. А потом невольно рассмеялась, не забыв правда уточнить:

— А не опасно его так выгуливать?

— Гришка совершенно безобиден, мать его охотники убили, а я его малышом нашел и сам вырастил.

Бородач оказался человеком. И как я поняла, люди из ближайшей человеческой деревни вопреки приказам своего князя все равно бегали на праздники нечисти. Так что людей сегодня здесь хватало.

Медведя стало жалко. Зверь в лесу должен жить, а не толпу развлекать в шутовском колпаке.

— Купить сладостей? — спросил Мирослав.

Кивнула. Я хоть и не безумная сладкоежка, но по шоколаду уже за несколько дней соскучилась. И еще по кофе. Привыкла с утра стаканчик кофе выпить, хотя эту мою привычку дома никто не одобрял. Дед вообще только чай признавал, и всю семью научил в сортах чая разбираться. В том числе и меня, но все же отказываться от своей привычки — кофе по утрам — я не стала.

Сладости были вкусными. Особенно пряники в форме животных. Я выбрала сначала медведя, а затем пополнила съеденную фауну волком и лисой.

— Васька, а ну немедленно отдай! — меня едва не снесла девчонка примерно моих лет, которая преследовала черного котяру. Правда, что он держал в пасти я не успела рассмотреть. А вот девчонка мне показалась знакомой, будто я ее уже где-то видела. Причем, она на меня тоже бросила странный взгляд, как будто что-то хотела сказать, но передумала и побежала догонять кота.

— Кто это?

— Ученица ведьмы. То еще ходячее бедствие.

Первой мыслью было догнать девчонку и попытаться с ней поговорить. Но все же она была пока только ученицей, а не ведьмой. И вряд ли могла мне помочь.

— А где ее учительница?

— Скоро появится, она точно никогда не пропустит этот праздник… Хочешь погадать у нее? — спросила Надя.

Отрицательно мотнула головой. В гадания я до сих пор не верила, но поговорить с ведьмой планировала. Ну чуть позже, чтобы Мирослав не узнал об этом. Ведь пока я так и не решила — надо ли мне рассказать ему правду или нет.

Подошла к лавке с украшениями из самоцветов. Обратила внимание на комплект с зелеными камнями. Сестры выбрали себе бусы и браслеты, а я хотела уже перейти к следующему лотку, когда Мирослав удержал меня за локоть.

— Выбирай все что нравится.

Украшения стоили недешево, а я девушка гордая, и мама учила не принимать подарки от мужчин. Но при этом я хотела, чтобы у меня сохранилось хоть что-нибудь вещественное из этого мира. Что-то связанное с Мирославом.

Помимо комплекта мне понравился еще тонкий кожаный браслет с небольшими зелеными камнями в цвет глаз моего темного. Его я и выбрала.

Девочки разочарованно вздохнули, а хозяин лотка бросил на меня хмурый взгляд — чего это я не сгребла все украшения, коли мне разрешили самой их выбрать.

— Может еще что-нибудь понравилось? — спросил Мирослав, но я только головой покачала. После чего надела браслет и направилась дальше.

Мирослав вскоре вынужден был отлучиться, так как у него здесь была назначена встреча. Он пообещал, что вскоре вернется. А затем, не обращая внимание на мои возражения, он всучил кошелек с монетами, правда не мне а Аглае, и попросил ее потратить их на всех четверых.

— Повезло тебе, — мечтательно вздохнула Надя.

— Да уж, повезло, — хмыкнула Аглая, — темного обворожить.

— Никого я не обвораживала, — возразила я.

— То-то он глаз от тебя не сводит, — поддержала сестер Верейна.

— Так она тоже от него взгляд отвести не может, — рассмеялась Надя и подмигнула мне.

— Все я могу! — продолжила я отпираться.

— Можешь, но не хочешь отвести? — понимающе уточнила Верейна, а затем мечтательно добавила. — Я вот тоже как увижу своего Алешу сразу обо всем забываю.

— Мирослав не мой, — вздохнула я, понимая, что очень бы хотела, чтобы он и впрямь стал моим. Но, увы,