То, что ты ищешь - Наталья Изотова

— Не беспокойтесь об этом. До завтра!

Корри с Дайкой махнули рукой, будто отгоняя надоедливую муху, и направились к гостинице, в которой остановились.

— Жуткие типы! — буркнула девушка. — Тащиться с такими невесть куда…

— Поэтому давай примем горячую ванну, пока мы в городе, боюсь, нескоро выпадет возможность.

— Отличная идея. У тебя ещё остался тот ароматный порошок для воды?

— Конечно!

— Мур… — блаженно улыбнулась Корри.

— Смотри-ка, ты превращаешься в кошку! — рассмеялась Дайка, открывая тяжёлую дверь и ныряя в натопленный холл.

Несмотря на раннее морозное утро, едва лишь солнце чуть-чуть показалось из-за горизонта, вся компания уже собралась у главных ворот. Протрезвевшая хмурая мужская часть и почему-то плохо выспавшаяся женская. Сдержанно кивнув друг другу вместо приветствия, они отправились закупаться на находящийся в здании и потому работавший даже в такую рань рынок. Здесь Марфину и Брионти удалось впервые проявить себя: мало того, что они, как местные, знали, где товар лучше и дешевле, они ещё умудрялись торговаться, существенно сбивая цены. Так что из города путешественники вышли в приподнятом настроении.

Прямо за массивными воротами Зотт Бауха их снова ожидали бескрайние и бесплодные степи с жестоким пронизывающим ветром. Марфин, как главный провожатый, проложил их путь вдоль стен города и направился дальше, следуя у самого подножья Зотт Роана, делая крюк, но тем самым прячась от ветра и диких племён кочевников. Они довольно долго шли молча, пытаясь согреться быстрым шагом и остывшим зимним солнцем, то и дело вновь нырявшим в дымку высоких тонких облаков. Корри замыкала их небольшую группу, изредка поглядывая по сторонам, занятая своими невесёлыми мыслями (о том, что теперь ночью не побегаешь — она не хотела всем подряд рассказывать о своей проблеме), Дайка жевала купленный в лотке на рынке перекус и с любопытством рассматривала идущих впереди мужчин. Те, в свою очередь, о чём-то изредка негромко переговаривались. Наконец, болтливому Марфину это молчание надоело. Он чуть сбавил шаг, позволяя подругам поравняться с ним, и произнёс со своей обычной шутливой церемонностью:

— Дамы, позвольте задать вам один вопрос?

Те лишь равнодушно кивнули.

— А где ваши мужья?

Дайка поперхнулась очередным куском, а Корри нахмурилась, не понимая, к чему такой интерес.

— Какие ещё мужья?

— Ну как же, ваши. Это было очень смело с их стороны, отпустить вас путешествовать одних…

— Да нету у нас никаких мужей! — перебила его откашлявшаяся Дайка. — Почему они должны быть?

Марфин удивлённо округлил глаза, Бро выглядел уж совсем ошарашенным.

— Но как же… — наконец пробормотал он. — Ведь девушка после пятнадцати, эльфийка после восьмидесяти обязательно должны выйти замуж, иначе её выгонят из города!

— Ну и законы у вас! — буркнула Корри, которая в том возрасте ни о какой семье еще не задумывалась. — Нет, не хотела бы я жить в Зотт Баухе!

— Но почему? — спросила Дайка. — Почему так строго? У вас мало детей?

— Не в этом дело, — подал голос Брионти. — Традиция идёт с давних времён, когда этот город ещё даже не был построен.

— Расскажи, пожалуйста, как она появилась! — попросила эльфийка. Как представитель своего народа, она просто обожала древние легенды.

— Хорошо, — склонил голову в мягком кивке полуэльф. — В давние времена, когда не было даже акраинных племён, а в степи встречались островки отступавшего за Хаэнор леса, здесь жили бесстрашные амазонки.

— Кто? — переспросила Корри.

Брионти нахмурился.

— Перебивать невежливо. — Девушка лишь фыркнула в ответ на его замечание. — Амазонки — это племя воинственных женщин, не терпевших при себе мужей и выступавших в военные походы. Говорят, они пришли с юга и поселились в этих степях, быстро вытеснив немногочисленных местных жителей. Для сохранения потомства амазонки вступали в связь с соседними народами, отсылая им детей мужского пола, девочек же оставляли у себя для обучения военному делу. Долгое время никто не мог сравниться с ними в ловкости и мастерстве ведения боя…

— Это про тебя! — шепнула Дайка, толкнув Корри локтём и имея в виду последнюю фразу. Та смущённо отмахнулась.

— И как же их победили? — поинтересовалась Корри.

— Их не смогли победить. Просто в один прекрасный день их царица встретила мужчину, с которым не захотела расставаться. У них родился сын, он тоже остался в племени, и так древние законы впервые были нарушены. А вместе с ними прекратили своё существование и сами амазонки, из полубогинь превратившись в обычных женщин, занятых домашним очагом.

— Мда… — разочарованно протянула Корри. — Вот так вот один человек может привести к гибели весь отряд… тьфу, народ!

— Есть и другая версия, — вмешался Марфин. — Их прокляли, какой-то очень мощный маг или колдун, и они больше не могли иметь детей. За полстолетия их просто не осталось.

— Проклясть весь народ… — Дайка недоверчиво покачала головой. — Кто же обладал такой силой? — Она пристально посмотрела на идущего рядом Бро. — Но есть же и третья концовка этой истории, правда? Та, что вы не любите рассказывать, хотя и верите в неё?

— Есть, — неохотно признался тот. — Этот самый мужчина, которого оставила при себе царица, предал её. Что и не удивительно: он всё ещё был пленником, не имевшим возможности покинуть лагерь, потерявшим всех друзей и родных в бою с этими захватчиками — и по-прежнему ненавидел их. За год, особенно после рождения сына, к чужаку привыкли и стали больше доверять, ведь он участвовал во всех походах наравне с женщинами. А потом, когда настал подходящий момент и враги окружили их лагерь, отравил воду в колодцах, под покровом ночи убил собственную жену и открыл ворота. Легенда гласит, что такой отчаянной битвы земля ещё не знала. Погибли все амазонки, даже совсем ещё юные не сдались в плен, и две трети нападавших, превосходивших их числом. Предатель умер в общем хаосе позорной смертью, но он погубил целый народ….

Брионти сделал паузу и посмотрел на хмурых спутниц:

— Но мы верим, что в ту ночь кто-то из них всё-таки выжил. И боимся, что племя амазонок возродится и потребует назад свои земли. А ещё больше опасаемся, что они среди нас. Поэтому и был издан этот закон о замужестве — чтобы направить все силы и мысли жительниц нашего города на семью, и ни на что другое. Честно говоря, мы так привыкли к этому, что искренне считали — во всём Трилесье так.

— Слава Галлеану, нет, — буркнула Корри. В пятнадцать её могли выдать замуж разве что насильно, а такого врагу не пожелаешь.

— Но ведь они действительно могли выжить! — вмешалась Дайка. — Должны были остаться храмы, поселения,