Пленник иллюзий - Эмма Райц

Андрей уныло присел на стул, сонно рассматривая силуэт Геллы на фоне ночного окна. Предпохмельные мысли неохотно ворочались в его голове в попытках добраться до сути: а чего он на самом деле хотел от своей девушки? И почему раз за разом наталкивался на разочарование в глазах теперь уже бывших подружек?

– Может, ты и права.

– Нет, я не права, – Злата повернулась к нему лицом. – Иначе моя шутка тебя не взбесила бы. Тебе нужно что-то большее, но у меня ощущение, что ты сам не понимаешь, что именно. Или ты просто боишься одиночества. Давно бы завёл себе кота, – рыжая в очередной раз подтянула воротник халата и, смирившись с тупиком, в который упёрся их диалог, попыталась пройти мимо и вернуться в спальню, но Фенрир поймал её за руку.

– Подожди, – он мягко сжал пальцы и потянул Злату к себе.

– Наверное, действительно лучше лечь спать.

– Сколько тебе нужно времени?

– Не знаю… Я уже не совсем уверена, что вообще…

– Что нужно, чтобы ты снова была уверена?

– Андрей, я и не была никогда уве…

Фенрир сильнее потянул за пояс халата, и Злата рухнула к нему на колени.

– Я знаю, что я мудак. И мне самому от этого тошно.

– Слушай, ну я…

– Что тебе нужно, чтобы больше не сомневаться и перестать трахать себе мозги из-за чувства вины?

– Себе? Или тебе? – рыжая горько усмехнулась.

Но Андрей остался серьёзным:

– Себе, Злата. Как только перестанешь изводить себя, сразу отпадёт необходимость проделывать это и со мной.

– Сложно сказать…

– Скажи как есть. Я мудак, а не дебил. Что мне нужно сделать? Цветы тебе дарить? На свидания приглашать? Завтраки в постель? Или всё, что тебя держит рядом, это благодарность и бляцкий «кукловод»?

– Ты опять…

– Я хочу отношений, – Фенрир потянул Злату на себя, сжав кулаками ткань халата. – Но раз от раза я крушу всё, что успел выстроить, потому что осознаю одну дерьмовую деталь: в глазах выбранных мной женщин я вечно какой-то ходячий инструмент для достижения их собственных целей.

– Нет, не инстру…

– Ты сама минуту назад в этом призналась! Поэтому, если тебе всего лишь хочется избавиться от жучка, так и скажи. И не нужно делать вид, что всё настолько сложно, что ты не можешь облечь это в словесную форму.

Их лбы уже почти касались. В полутьме Фенрир с каждой секундой казался Злате всё более устрашающим. Совсем не таким, к какому она успела привыкнуть при свете дня за то недолгое время, что они прожили вместе. Не задорным раздолбаем, обожавшим бунт против всех скучных правил и грозных приказов… Его чёрные глаза под сведёнными к переносице бровями становились похожи на зловещую пустоту, которая одновременно отталкивала и ещё сильнее притягивала.

– Просто не ври. Ни себе, ни мне, – Андрей угрожающе оскалился.

Устав сопротивляться его тяге, рыжая упёрлась своим лбом в его и обхватила напряжённую шею Фенрира ладонями:

– Почему одно исключает другое? Да, ты прав. Я не хочу ходить с этой дрянью под кожей. Но это не значит, что я к тебе равнодушна…

– То есть ты не свалишь в туман, как только я освобожу тебя?

Злата дёрнулась и попыталась выпрямиться, но Андрей всё ещё крепко сжимал её, продолжая впиваться взглядом в растерянное лицо.

– Не свалишь? Даже если жучок вырежут послезавтра?

– Я… – рыжая запнулась. – Но ведь этого не произойдёт…

– Если ты получишь свободу послезавтра, Гелла, – Фенрир повторил вопрос шёпотом, – то сразу же исчезнешь? Или останешься со мной?

– Какой смысл это обсуждать? Послезавтра ничего не случится.

– Я задал вопрос.

Злата сморгнула вновь подступившие слёзы и опять всмотрелась в черноту глаз Андрея, выискивая ответ внутри себя.

Не получив моментальной реакции, Фенрир с трудом удержался от издёвки и заставил себя подождать. Даже с выключенным светом он видел по лицу Златы, как она боролась сама с собой. Видел и ждал. Возможно, впервые. Сознание по привычке пылало от негодования, но Андрей перешагнул через себя и терпеливо следил за дрожащими в тусклом свете ночных огней зрачками зелёных глаз.

– Представь, что ты вольна уйти. И просто ответь на вопрос.

Злата зажмурилась, раздираемая противоречиями, ведь первой мыслью было действительно сбежать. Но потом что-то неприятно кольнуло её внутри. Какое-то еле ощутимое сомнение. Ноющая пустота…

– Я бы попробовала остаться.

– Всего лишь попробовала?..

– Но мы ведь только начали… Я недостаточно тебя знаю. И не всегда понимаю.

– Да ты же целых полгода меня пасла, – Андрей было возмутился, но тут же откашлялся: – Хотя тем удивительнее сам факт твоей симпатии…

Злата качнула головой и молча прижалась губами к щеке Фенрира.

– Детка, ты промахнулась.

Они оба тихо рассмеялись, продолжая обниматься.

– А ты? Готов вот так запросто броситься в омут с головой, едва зная меня?

– Ну, конечно, кот в этом плане понадёжнее. И экономичнее на порядок. Разве что шерсти с вас обоих по квартире будет примерно одинаково…

– Я серьёзно.

– Ты не хочешь быть рабыней. Я не хочу быть инструментом. Я не буду тебя ни к чему принуждать. План с квартирой в силе… – Андрей говорил, уже почти касаясь губ Златы.

– К чёрту квартиру… – она вдохнула терпкий табачный запах, исходивший от Фенрира и, запустив пальцы в его волосы, порывисто поцеловала, мягко атакуя его рот игривым язычком. – К чёрту инструменты…

Андрей подхватил её на руки и, рискуя налететь на углы стен, понёс в спальню. Уснули они ближе к семи часам утра, запутавшись в одеяле и крепко обнимая друг друга.

* * *

– Добрый день. Я Саид, ваш новый те…

– Привет, давай сразу на ты, – Всеволод Резник хмуро протянул руку Трюкачу. – Все зовут меня Сева.

– Ладно, без проблем, – Саид ответил на рукопожатие и открыл перед ним дверь в служебный автомобиль. –