Этот русский рок-н-ролл - Александр Рыжков / Тарантино

Солнце клонилось к закату, когда у хогана заскрипел тормозами пыльный пикап. - Сюрприз! - «цивильный» водитель протиснулся в открытую дверь, удерживая двумя руками гостинцы. - Все, как ты любишь! Пиво и чили-чипсы!

Шаман молчал. Его не трогал принужденный позитив.

- Опять ничего не ел? - Нижони шёл, размахивая пивной кегой. - Куришь на пустой желудок?

- Привет, - длинноволосый был недвижим, как сфинкс. - Твои дела... Что они?

- Ты здесь? - ЦРУшник с подозрением заглянул в покрасневшие глаза. – Это ты?

- Я.., - шаманские губы улыбнулись. - Как твои дела?

- Дела в порядке: работа, рутина. Прямо перед поездкой к тебе шеф озадачил новыми бумагами. Москва отправила сюда шпиона из КГБ, а у нас даже ориентировки на него нет, чтобы передать в «бюро»... И черт его знает, кто это и...

- Этот русский - индеец.

- Шутишь!

- Нет.

- У русских, что, тоже есть индейцы? - Нижони начинал «закипать».

- Ну, один-то точно есть..., - шаман глядел на брата снизу вверх, виновато моргая.

- И где же он?!

- Не знаю..., - Ашкий пустил из носа терпкий дым, мотая прядь волос на тонкий палец. - Он ещё не родился.

Натужная улыбка «цивильного» «испарилась». Он шумно выдохнул, усаживаясь рядом с братом.

- Ну вот, опять... Совсем мозги прокурил...

***

«Что ты знаешь о солнце,

если в шахте ты не был...»

Игнат слушал донецкую песню в наушниках, глядя в иллюминатор. Аэробус «плыл» над рыхлым полем «дойных» облаков.

«Много света, мало кислорода. Стратосфера... Вверху - черный мрак, ночь-космос... Внизу - серые воды Атлантики... Сгинуть, или пропасть. Без вариантов».

Русская тоска, куда же без неё... Тяжесть. Камень в груди. Кучевые мысли, слоистые, перистые... И самые темные - грозовые.

«А не надо было трогать! Зря они к нам полезли... Сейчас только немного передохну-выдохну, разъясним. Ибо нех*й.»

Таможня и паспортный контроль не доставили особых хлопот: легенда, зелёная карта, да керамическая улыбка на перекроенном индейском лице «зашли» федералам, те не поперхнулись. Вспомнился Сухоруков: «Вот уроды!»...

Покончив с терминалом, Игнат приступил к реализации плана, обмозгованного ещё в Москве. Вайоминг, угольные шахты. Подрядившись на одну из них шахтёром, он одним махом решит несколько проблем: зацементирует легенду (Ильиных же родом из Кемерово, а значит горняк), заведёт счёт в банке и «подтянет» разговорный английский в живой, рабочей среде.

Проще простого! Одна пересадка: Нью-Йорк - Денвер - Шайенн. Сел, да полетел...

«Интересно, ищут меня, или нет? А если ищут, то кто?»

Поразмыслив, Индеец решил не рисковать и подстраховался: минимум багажа (одна спортивная сумка) и билеты на автобусный тур вдоль восточного побережья с конечной точкой на пляжах Майами.

«Это же логично и предсказуемо. После холодной Москвы каждому захочется на пляж. Вот пусть и шукают на юге!»

На заправке Чарльстона Игнат «потерялся»: вышел с сумкой и пропал. А дальше - автостоп. Ещё до войны лаборант мечтал о таком путешествии. Он даже зажёг Лариосика, и тот почти согласился, был готов к авантюре, но как-то не срослось. А тут такое... Романтика через край. Нэшвилл, Цинциннати, Индианаполис, Чикаго... В Денвере, правда, нарвался на гоп-стоп такой трогательный в своей наивности, что даже не злился. Двое чёрных с пистолетом «полиняли» на кэш. Игнат изъял у них опасную хлопушку, вернув по 10 баксов на автобус и подзатыльники. Потому, что мир в душе... Путешествие и правда вышло волшебным, почти как Magical Mystery Tour. Счастливым и релакснувшим Индеец добрался до Шайенна.

«То же б*ядство, что и у нас...»

Шахты Вайоминга стагнировали. Стагнировали давно. За последние сто лет количество работников горнодобывающей отрасли штата необратимо сократили с восьмисот тысяч до сорока. Индеец прошел все круги бюрократии угольного предприятия прежде, чем написал заявление о желании трудиться горнорабочим... Клерки глядели на него с сожалением, обещая перезвонить.

Донецкий человек не сдался: «перетерев» с работягами у проходной, он разыскал начальника участка и «ввернул» ему полторы тысячи. Ещё пару дней на бюрократию (счёт в банке, странная схема страхования, медосмотр) и whoa! - Игнат проходит инструктаж... Зарплата, кстати, не ахти: менее трёх тысяч долларов в месяц на руки (для Америки не ахти). Выданная спецовка - слёзы. СИЗ – грусть-печаль (самоспасателя вообще не было).

«Б*ядство... Оно архитипично.»

Жить полагалось неподалеку. Новоиспечённый американский шахтёр снял travel trailer неопределяемого цвета, запил «пластмассовый» бургер порошковым пивом и забылся сном.

Следующим утром, ещё до восхода солнца, Игнатий Сергеевич Ильиных повесил жетон и шагнул в клеть.

«Бригада», в которой оказался Индеец, не внушала доверия: несколько мексиканцев-чушкарей (их кожа забыла о мыле), дюжина белых бухарей, да трое чёрных парней с «масками скорби» на лицах. Из кармана коротконогого латиноса выпирала сигаретная пачка, и никто не дал ему в морду (при том, что шахта - газоопасна!), не «пожурил» даже...

Функциональные обязанности Игната условно совпадали с «должностной» донецкого ГРОЗа. Конечно же, он бывал на горизонтах, но ничего, кроме подземного фольклора в голове не осталось:

«На Донбассе хлеб как вата,

Только в шахте х*евато...»

«Лава для обречённых». Именно так называли самый «худой» пласт местные горняки.

***

- А где лабораторный анализ? - румяный человек в «песочном» костюме придирчиво изучал отчёт.

- Так вот же, во втором приложении..., - «Онегин» заметно нервничал, глотая слюну и переступая с ноги на ногу.

Оба расположились в бывшем «татарском» кабинете «девятки». Румяный человек занял место полковника, «Онегин» встал на «лобное место», перед столом. За закрытой дверью жужжал шуруповёрт - прикручивали новую табличку: «Телух Сергей Геннадьевич».

- «Восьмерка». Опросы сотрудников?

- Пятое приложение.

- «Оружейка»?

- «МЕ8372», ПМ. Закреплён за Ильиных. Отсутствует, - «Онегин» поёжился, прижимая локтем свою кобуру под левым плечом.

- Менты?

- Нет, глухо. Ещё запросили баллистиков, тоже ничего. Нигде не засветился.

- Научили на свою голову...

Телух брезгливо отодвинул от себя хрустальную пепельницу и нажал кнопку селектора.

- Елена!

- Да, Сергей Геннадьевич, - женский голос предательски дрожал.

- Кто у вас тут клинингом занимается? Липкий срач кругом!

- Всё сделаем.

- Пусть перекрасят стены,