Белорусские мифы - Елена Левкиевская

Один из самых распространенных мотивов, связанных с лаской, — ее действия с гривой или хвостом лошади: плетение, завивание, скручивание косичек. В восточной Белоруссии в этом видели хороший знак, проявление ее любви к скоту — такие косы нельзя расплетать или отрезать. В западных и центральных областях плетение, скручивание гривы коню воспринимали как дурной знак и включали в круг вредоносных действий ласки. Там же считали, что ласка может навредить корове, если пробежит у нее под брюхом или перейдет ей дорогу — в этом случае корова будет доиться с кровью.

Молочница. Фрагмент.

Muzeum Narodowe w Warszawie

Эта ласица тоже под коровой пройдет, то плохо, тоже молоко делается кровавым. Ласица бывает в хлеву (с. Заболотье Малоритского р-на Брестской обл., 1982 г.).

В этом случае молоко сцеживали на задние копыта коровы, под столб, на котором держатся ворота, под колышек, воткнутый в землю, цедили его через острые предметы (нож, косу или серп) а также процеживали сквозь отверстие — через дырявый камень, обручальное кольцо, дырку в доске от выпавшего сучка. Это известный в общеславянской народной медицине способ лечения болезней, полученных магическим путем (например, от сглаза).

Заболевшую корову окуривали освященными веществами (травами, ладаном, свечами). Этот способ ритуального очищения скота применяли во всех кризисных ситуациях — после отела, при сглазе и порче, для возвращения молока, отобранного ведьмой, для профилактики мора скота. Корову также могли обсыпать самосейным освященным маком или другими мелкими субстанциями (зернами льна или проса, солью, мукой, золой), которые использовали и против других видов мифологической опасности (от нечистой силы, «ходячих» покойников, болезней).

Чтобы ласка (домовик, черт) не мучила скотину, в хлеву или перед хлевом вешали убитую сороку или ворону. Для успокоения ласки в хлеву вывешивали освященные и ритуальные предметы (например, осиновый крест, икону), крапиву, кочергу, череп коня или зеркало.

Запрет убивать ласку (как и домашнего ужа) больше известен на западе Белоруссии (например, в Гродненской обл.), поскольку это грех, и после этого в хозяйстве не будет вестись скотина. В польской традиции убийство ласки также ведет к гибели связанного с ней скота.

ДОМАШНИЙ УЖ

В центральных и западных областях Белоруссии чтят ужа — духа-покровителя, который живет на территории дома или усадьбы (в хлеву, в сарае). Он обеспечивает благополучие скота и хозяйства в целом. Убивать такого ужа во избежание несчастий и убытков в хозяйстве и гибели скота запрещено.

Уж — хозяин дома, его не убивают. Жил под полом, плохого не делал (с. Заболотье Малоритского р-на Брестской обл., 1982 г.).

Ужа называют домовы, домовык, домовы вуж, что указывает на связь с местом обитания, но чаще всего просто вуж. Важно, что домашний уж — самостоятельный персонаж, а не домовик в змеином облике. В Белоруссии его редко воспринимают как реинкарнацию души первопредка, бывшего или настоящего хозяина дома, как, например, у южных славян. Там домашняя змея рассматривается как двойник одного из членов семьи, в которой она живет. Однако и у белорусов встречаются похожие свидетельства.

Девушка со змеей. XVI в.

Muzeum Narodowe w Warszawie

Есть домовой уж, приятель в хозяйстве. Это душа человеческая образовывается ужом и в хате оказывается. Плохого он не делает. Дети в миске кислое молоко едят — и он с ними ест. Бить его нельзя — он приятель, от него все человеку ведется, везет ему, скотина примерная (с. Ковнятин Пинского р-на Брестской обл., 1981 г.).

Уж не всегда хозяин-покровитель, от которого зависит благополучие хозяйства. Иногда это просто мифологизированное животное, присутствие которого в доме допускается. Такого ужа не называют домовым или хозяином, а убивать его можно без каких-либо последствий для семьи и хозяйства. В белорусском Полесье рассказывают, что, когда люди прячут ужиные яйца, уж, обнаружив пропажу, напускает яду в крынки с молоком. Люди, увидев это, возвращают яйца на место, и уж, чтобы люди не отравились, хвостом переворачивает посуду с отравленным молоком.

Домашнего ужа могут наделять качествами духа-обогатителя, помощника ведьм и колдунов, который отбирает для них молоко у чужих коров. В некоторых случаях домашний уж расценивается как некая разновидность порчи, которую насылают ведьмы и колдуны.

Знахарь наслал ужа в хату. Если ты его убьешь, то умрешь. Никто его не бьет, он плохого не делает (с. Лисятичи Пинского р-на Брестской обл., 1981 г.).

Как видно из подобных поверий, в белорусской традиции нет единого понимания о том, что из себя представляет уж и зачем он нужен. Однако для него характерны общие признаки: место пребывания в доме и во дворе, связь со скотом и любовь к молоку, а также связь с детьми.

Места обитания домашнего ужа в доме — это пространство вокруг печи и подпечья и под порогом. Эти традиционные для славян места связаны с культом предков (у южных и западных славян там обитает покровительница дома — домашняя змея). Во дворе уж живет чаще всего в хлеву, так как напрямую связан с коровами и молочностью скота. Уж чаще всего невидим, и согласно общеславянским представлениям показывается наяву или во сне только перед каким-то несчастьем.

Домашний уж мало отличается от обычного ужа, но в западных регионах Белоруссии отмечают его размеры — он большой, длинный и толстый, блестящий и имеет красные «заушницы» (пятна по бокам головы). Домашний уж безопасен для человека, он не кусается, однако в редких случаях может укусить человека в отместку за убийство другого ужа.

Отношения с детьми — важная характеристика ужа. Он любит есть с ними молочную кашу или молоко из одной миски. Такая трапеза носит мирный характер: уж не трогает детей, а дети не боятся ужа и даже могут его стукнуть ложкой или отодвинуть, если он мешает им есть. В Витебской области совместное поедание детьми и ужом молока расценивается как особое предзнаменование: семью ожидает всяческое благополучие, но дом непременно сгорит. На западе брестского Полесья запрещено убивать ужа, который ест вместе с детьми, потому что в этом случае умрет кто-то из детей. Эта зависимость жизни ребенка и жизни змеи, вместе с которой он ест молоко, также хорошо известна в Чехии и у южных славян.

Жил мужик с семьей. Каждый день уходили они с женой на работу, а детей оставляли дома. Сколько