Межмировые реакции - Мистер Ву

Шарркан, глядя на экран, ошеломленно покачал головой и проговорил:

— Подождите, вы хотите сказать, что он настолько силён, что мог бы взять всё, что угодно, и при этом… боится, что его заподозрят? Что за абсурд

Ямурайха, поправила свои волосы, всё ещё находясь в шоке от увиденного.

— Это какое-то совершенно неописуемое сочетание абсурдности и… идеалов. Он силён настолько, что мог бы стать величайшим правителем, но вместо этого живёт, словно обычный человек.

Король синдрии, в своем репертуаре проговорил.

— Сайтама не просто герой. Это идея. Представь, если бы мы, обладая всей нашей властью и ресурсами, смогли сохранить такие простые, но мощные принципы.

Шарркан решил пошутить.

— Ну, если ты хочешь стать таким, как этот Сайтама, нам придется обанкротить всю нашу торговую республику и начать готовить лапшу дома.

Синдбад вдруг замер, резко посерьезнев. Он отвёл взгляд вверх, будто задумался над этой идеей всерьез. Его генералы удивленно переглянулись, понимая, что их повелитель непредсказуем, а уж если он решит, то может воплотить даже самые абсурдные задумки. Джафар, который знал Синдбада лучше всех, тихо вздохнул, а затем пнул в бок Шаркана.

Шарркан мгновенно замахал руками:

— Я пошутил! — поспешил оправдаться он.

Но видимо было уже поздно… все знали Синдбада слишком хорошо: если ему пришла идея в голову, даже шутливая, он мог превратить её в реальность.

В этот момент Синдбад внезапно рассмеялся.

— Ха-ха-ха! Видели бы вы свои лица! — его смех разнесся по залу.

Генералы раздраженно нахмурились, вены на их лбах буквально вспыхнули от напряжения.

— Синдбад… — начала Джафар с нервным тиком глаза.

— Ой, да ладно вам! Неужели кто-то действительно подумал, что я готов бросить свой народ? Отдать всё, ради какой-то блажи?

Его тон стал более динамичным. Он медленно оглядел своих верных соратников. Он встал.

— Я не просто лидер Альянса Семи Морей. Я — Синдбад. И я отвечаю за этих людей, за их будущее, за их дома. Все, кто нашел пристанище здесь, стали частью чего-то большего.

Синдбад поднял палец к небу, его взгляд стал гордым и полным решимости.

— И запомните: я — не тот, кто сдаётся. Я — тот, кто будет идти вперёд, выше и выше, пока есть цель, пока есть ради чего двигаться.

Энергия, наполнившая зал, была почти осязаемой. Рух закружился в воздухе. Все присутствующие невольно вспомнили тот момент, когда впервые решили присягнуть ему. Именно эта непоколебимая вера в себя и других сделала Синдбад тем лидером, за которым можно было идти хоть на край света.

Генералы и Джафар переглянулись. Они могли ворчать, злиться, раздражаться на его выходки, но в глубине души каждый из них знал: с таким человеком за спиной они способны на всё.

Экраны

Спина сайтамы вспотела, с неё комично «капал» пот. Когда все произошло Сайтама, смотря на него, слегка наклоняет голову и неуверенно произносит:

— Да-а… Ты в порядке?

— В полном! — дальше мальчик что-то начал смотреть в своем кармане. В этот промежуток ребёнок уверенно говорит о том, что мама учила его благодарить тех, кто помог. Он вынимает из кармана кошелёк, показываяСайтаме содержимое.

— Это всё, что у меня есть… взрослые ведь любят деньги?.. — Его голос становится тише, он явно смущён, но решителен.

Мальчик с широкой, счастливой улыбкой предлагает свои деньги Сайтаме, почти сияя от гордости. Камера фиксируется на его лице, подчёркивая чистосердечность поступка.

Сайтама, смотрит на него с лёгким удивлением. Финальная пауза стала тонкой и долгой.

В этот момент Сайтама слегка хлопает его по голове. Кадр фокусируется на мальчике, он удивленно смотрит на Сайтаму.

— Я с радостью их приму… и верну обратно. Потрать их на что-нибудь полезное.

Мальчик, широко распахнув глаза, восклицает:

— П-правда?!

Сайтама лишь коротко кивает, на заднем фоне появляется автомат с напитками. Мальчик радостно благодарит его:

— Спасибо тебе, мадао!

Сайтама, с обычным для себя выражением, поправляет:

— Я не мадао…

Следует небольшая пауза, а затем камера поднимается чуть выше, сцена завершается кадром с видом захватывая небоскребы города. А этот момент ещё были слышны голоса.

Экраны

Неважно, насколько вы сильны или слабы, велики или малы — настоящая сила заключается в ваших моральных качествах. Мир меняется не через громкие подвиги, а благодаря простым и искренним поступкам, которые вы совершаете каждый день.

Да, мир может быть жесток. Иногда мы надеемся, что добро, которое мы дарим, вернётся к нам. Но что, если этого не произойдёт? Что, если мир останется равнодушным?

И всё же мы продолжаем. Потому что добро — это не сделка и не обмен. Это выбор. Это искра, способная согреть даже самые холодные души. Вы можете не увидеть результатов своего поступка, но каждое искреннее действие оставляет след — в сердцах, в душах, и даже в самом естестве мира.

Поэтому, даже если никто не замечает, даже если кажется, что всё напрасно, продолжайте делать правильный выбор. Используйте свою силу только тогда, когда это необходимо, и во имя чего-то большего.

Пусть ваш выбор станет путеводной звездой для других. Неважно, кто вы — демон или ангел, существо хаоса или воплощение света. Каждый способен изменить себя. Просто посмотрите на сайтаму. И вы будите удивлены на сколько похожи с ним.

Миры

Это была гнетущая, почти осязаемая тишина. Впервые Экраны разрядились такой тирадой, и её отголоски эхом пронеслись через миры. Кто-то отворачивался, кто-то хмурился, другие смотрели с настороженностью, как будто ожидали подвоха. Всё казалось неправильным. Нравоучение? Здесь, перед всеми? В лицо всему сущему?

Демоны из миров, где они веками олицетворяли ужас и хаос, смотрели с откровенным презрением. Ещё чего? Говорить нам о доброте? Жалкие! Их тёмная сущность бунтовала против таких слов. Они презирали саму идею, считая её слабостью. Но даже среди них кто-то на мгновение замер, просто задумавшись.

Существа света, которые всегда считали себя олицетворением праведности, тоже ощущали неловкость. Тут было момент, эти слова бросали вызов и их привычной роли. «Мы и так служим добру и праведности». Думали они. Или тут реч не о них. Их светлые глаза невольно потускнели, и в них на миг мелькнуло сомнение.

Те кто представли хаос, существа которые привыкли к свободе от всяких рамок и принципов, лишь хмыкнули. «Сила в морали? Смешно. Мир существует через хаос, и мы — его сердце. Какие тут ещё поступки?» Но даже некоторые единиц, несмотря на свой цинизм, задумались.

По всему мирозданию. Тишина длилась недолго. За ней последовали волны эмоций, бурь мыслей и споров. Кто-то гневно отверг услышанное, кто-то принял