Дело «Трудовой Крестьянской партии» - Олег Борисович Мозохин

Между прочим: не думают ли господа обвиняемые признать свои ошибки и порядочно оплевать себя политически, признав одновременно прочность советской власти и правильность метода коллективизации? Было бы недурно.

3) Насчет привлечения к ответу коммунистов, помогавших громанам-кондратьевым, согласен, но как быть тогда с Рыковым (который бесспорно помогал им) и Калининым (которого явным образом впутал в это «дело» подлец-Теодорович)? Надо подумать об этом»[237].

Однако «вождь народов» сомневался, что обвиняемые публично признают свои ошибки на открытом процессе, и передумал передавать это дело в суд. Ведь могло получиться так, что обвиняемые на суде стали бы до конца защищать себя, не признавая выдвинутых против них обвинений. На волне организованных международных протестов за границей в поддержку арестованных это было опасно. Могла вскрыться фальсификация следствия по «Промпартии» и «Союзному бюро ЦК меньшевиков», на которых выступали Юровский и Кондратьев.

Спустя некоторое время он дал новую директиву: «Подождите с делом передачи в суд кондратьевского «дела». Это не совсем безопасно. В половине октября решим этот вопрос совместно. У меня есть некоторые соображения против»[238].

В результате было принято решение передать дело на рассмотрение во внесудебный орган – в Коллегию ОГПУ.

Обвинительное заключение по делу Центрального комитета контрреволюционной вредительской организации «Трудовая Крестьянская партия» было составлено Секретно-политическим отделом ОГПУ 20 сентября 1931 г.

Из обвинительного заключения следовало, что «ТКП» возникла в 1920–1922 гг., создавшись из остатков разгромленной в период Октябрьской революции и Гражданской войны партии социалистов-революционеров (ПСР). Наиболее активную роль в этом играл видный эсер, бывший член Учредительного собрания, участник Архангельского белогвардейского правительства С.С. Маслов. На территории Советского Союза оформление контрреволюционной организации «ТКП» относится к 1926–1927 гг. Возглавлял «ТКП» Кондратьев.

Таким образом, ОГПУ Масловскую заграничную организацию «КР-ТКП» напрямую связало с Кондратьевской «ТКП».

На следующий день, 21 сентября, В.Р. Менжинский утвердил обвинительное заключение. Лица, проходящие по делу, были признаны виновными в том, что входили в состав нелегальной «ТКП», которая ставила своей целью свержение советской власти и создание буржуазно-демократической республики. Им вменялось в вину проведение вредительства в различных отраслях сельского хозяйства и др.

16 января 1932 г. Политбюро ЦК ВКП(б) принимает решение о подготовке вопроса об окончании дела по «Трудовой Крестьянской партии»[239].

На следующем заседании 23 января 1932 г. Политбюро принимает решение разрешить ОГПУ судить группу Кондратьева, доложив Политбюро о результатах[240].

26 января 1932 г Коллегия ОГПУ вынесла постановление заключить в концлагерь:

сроком на 8 лет профессора Тимирязевской сельскохозяйственной академии, директора Конъюнктурного института Н.Д. Кондратьева; профессора Тимирязевской академии, члена Президиума Земплана Наркомзема РСФСР Н.П. Макарова; профессора Московского планово-экономического института, начальника Валютного управления, члена Коллегии Наркомфина СССР Л.Н. Юровского;

сроком на 5 лет – профессора Тимирязевской академии, члена Коллегии Института крупного хозяйства и консультанта правления Зернотреста А.В. Чаянова; профессора Тимирязевской академии, редактора журнала «Вестник сельского хозяйства» А.Г. Дояренко; профессора Тимирязевской академии и МГУ А.А. Рыбникова;

сроком на 3 года с заменой этого наказания высылкой на тот же срок – профессора Тимирязевской академии, научного сотрудника Госплана СССР Л.Н. Литошенко; профессора Тимирязевской академии, заведующего опытным отделом Наркомзема РСФСР С.К. Чаянова; профессора МГУ и Института промышленности и труда Л.Б. Кафенгауза;

сроком на 3 года с заменой этого наказания ограничением в месте жительства на тот же срок – старшего экономиста Наркомзема РСФСР А.В. Тейтеля; доцента Московского планового института и консультанта Наркомфина СССР И.Н. Леонтьева;

сроком на 3 года с последующим освобождением от наказания – профессора Тимирязевской академии и редактора журнала «Агропром» А.О. Фабриканта.

28 января 1932 г. зампред ОГПУ И.А. Акулова в повестку заседания Политбюро ЦК ВКП(б) просит включить на рассмотрение вопрос ОГПУ, предупредив, что для обсуждения этого вопроса требуется закрытое заседание[241]. В этот же день Политбюро ЦК ВКП(б) на своем заседании принимает решение: обвиняемым по делу «Трудовой Крестьянской партии» больше восьми лет лишения свободы не давать[242]. Интересно то, что это решение было вынесено после постановления Коллегии ОГПУ. Это не ошибка в датах. Видимо, вопрос решался руководством органов государственной безопасности до заседания Коллегии ОГПУ, скорее всего со Сталиным.

После оглашения приговора приговоренные были отправлены в места заключения.

* * *

В период проведения в стране сельскохозяйственных реформ обстановка была очень сложной. Подавляющая часть колхозников оказалась заложниками негативных последствий сталинской аграрной политики в советской деревне. Совершенно очевидно, что дело «Трудовой Крестьянской партии», инициированное Политбюро ЦК ВКП(б), а точнее И.В. Сталиным, преследовало цель нейтрализовать критически настроенную к планам коллективизации интеллигенцию для стабилизации обстановки на селе. Это было своего рода и предупреждение для «правых», о последствиях, которые будут их ждать в случае противостояния генеральной линии партии.

Осужденный по этому делу Н.П. Макаров писал, что он обвинялся в том, что состоял членом контрреволюционной организации, которая была выдумана в процессе следствия. Первоначально следствие велось в направлении экономического вредительства в Экономическом управлении ОГПУ, затем его передали в отдел, где расследовались дела «Промпартии» и «Союзного бюро ЦК РСДРП(м)». По его мнению, для полноты схемы «потребовалась и крестьянская контрреволюционная организация. Обвинение в принадлежности к таким организациям было предъявлено большому количеству сельскохозяйственных экономистов, а также агрономам и кооперативным работникам»[243].

По мнению А.А. Куренышева, «подтверждение существования нелегальной крестьянской партии в условиях коллективизации сельского хозяйства давало власти возможность изолировать тех, кто имел связи и авторитет в крестьянской среде, но идею форсированной коллективизации не поддерживал»[244].

Одновременно, с помощью проводимых процессов над т. н. контрреволюционными организациями: «Промпартии», «Союзного бюро ЦК РСДРП(м)» и «Трудовой Крестьянской партии» Сталин стремился донести до мировой общественности агрессивные планы Запада в отношении СССР и тем самым оттянуть начало надвигавшейся войны. Сфальсифицированные дела служили механизмом для осуществления этих планов, естественно, до самих обвиняемых не было никому никакого дела.

Глава III. «Крестьянская Россия – Трудовая Крестьянская партия»

Обвинительное заключение по ЦК «ТКП» связало эту организацию с зарубежной «Трудовой Крестьянской партией» С.С. Маслова, существование которой не вызывает сомнения. Она функционировала за границей под названием «Крестьянская Россия – Трудовая Крестьянская партия». Эта организация была тесно связана с правительственными кругами ряда европейских стран и особенно с их разведками. Свою деятельность она проводила и на территории СССР.

Необходимо отметить, что обстановка в стране к концу 1920 г. изменилась. Политические оппоненты большевиков оказались не у дел, их партии находились в состоянии тяжелого кризиса. Им приходилось создавать новые конкурирующие с РКП(б) политические проекты,