Вернуть Боярство 5 - Максим Мамаев

Федор Васильевич дозрел, понял я, когда услышал, как он едва слышно прошептал посиневшими губами:

— Про…шу…

Я отпустил старика и развеял фиолетовые молнии, которые не давали тому воспользоваться ни собственной магией, ни артефактами.

— Мы друг друга поняли? — обвёл я глазами опускающих взгляд ближайших наемников.

— Да, молодой господин, — закивал растерявший всякую спесь главарь наемников. — Как есть понял!

Что ж, я сделал всё, что мог здесь и сейчас. А теперь пора отправляться навстречу судьбе — эта ночь решит, чем закончится для меня авантюра с Игнатьевыми… Проверка на прочность, первая по настоящему серьёзная, ибо сегодня против нас те, кто ничуть не уступает нам ни в выучке, ни в снаряжении, ни в магии… Три с лишним сотни против почти двух с половиной тысяч — безумие!

— Второй, отправляйся, — велел я нашему главному разведчику. От него зависело больше, чем от любого из нас…

— Меня зовут Петр, — ответил мой слуга, прежде чем раствориться в воздухе. — Петр Смолов…

Глава 18

Идти пришлось часа три с половиной, и это с учетом того, что двигались мы безо всяких обозов, что всегда изрядно замедляют скорость движения любого сколь-либо крупного отряда. Люди Игнатьевых решили остановиться ровно в одном дневном переходе от моего замка. К сожалению, противостояли нам не дураки и не дилетанты, а опытные боевые маги и гвардейцы.

Я бы, пожалуй, поступил на их месте так же. Встать лагерем, дождаться прихода союзников, которые, думаю, собираются встать лагерями таким образом, что бы перекрыть все предполагаемые пути моего бегства, а затем одновременно выдвинуться непосредственно к крепости. Спокойно, неторопливо, без лишней суеты и риска обложить меня со всех сторон, подготовиться и затем уже гарантированно прикончить меня.

Не самый сложный, но весьма эффективный план действий, гарантирующий победу с минимальными потерями. Да, пока они будут неспешно собираться, я могу попросту сбежать. Ну и некоторое количество магов — Мастера и сильнейшие Адепты. Не более того — попытку уйти всей моей гвардии разом не стоило даже рассматривать, ибо одно дело — несколько сильных магов, которых поди найди да поймай в этих проклятых лесах, и другое — больше трёх сотен воинов. Загонят как зверей и прикончат…

Единственный шанс сбежать вместе со всеми моими людьми был как раз сегодня, пока кольцо не захлопнулось. Но этот шанс уже был упущен — к моменту, до рассвета оставалось пару часов, за которые мы просто не успеем уйти на достаточное расстояние.

— Странно, что так далеко встали, — заметил Приходько.

— Дневной переход — это немного, — возразил Арсений. — Завтра-послезавтра соберутся и за один день прибудут на место.

— Угу, и впотьмах будут разбивать укрепленный лагерь, накладывать сигнальные чары и так далее? — иронично поинтересовался Влад. — Солдаты, уставшие от перехода, прямо под замком, полным свежих бойцов. Идеальная возможность для ночной вылазки осажденных. На их месте я бы остановился в половине дневного перехода, бы иметь достаточно времени на разбитие осадного парка.

— Это гвардейцы дворянского Рода, а не рядовые мужички, которыми ты командовал в Имперской Страже, друг мой, — фыркнул Арсений. — Они после дневного перехода вполне могут сходу на штурм пойти. Наши алхимические препараты, конечно, одни из лучших в стране, и то, чем потчевали своих бойцов Игнатьевы, качеством и рядом не стояло… Но разница не так велика, как хотелось бы. В среднем, процентов на тридцать — если они пользуются самыми дорогими комплексами препаратов, что можно купить за деньги, услуги и при наличии связей. А насчет контратаки… Они знают, сколько нас и какими мы силами располагаем, так что они были бы рады, командуй нами именно ты. Не забывай — это, конечно, самая мощная группировка, что направлялась сюда, но не единственная…

— Вообще-то, господа, вы оба кое-чего не учитываете. — решил внести свои пять копеек кто-то ещё из моих командиров. — Какой осадный парк, какие гвардейцы? Вся эта орава неодаренных им для штурма даже не понадобиться. Когда подойдут все вражеские силы, соотношение в магах будет пять, а то и семь к одном. И это я лишь о количестве — а ведь у них и высокоранговых больше будет. Да, Старших Магистров со стороны Родов ждать не приходится, но там одних Младших сколько будет! А Мастеров? А шаманов нанхасов, среди которых, как раз-таки, один два Старших Магистра может обнаружится? Не-ет, пехота на стены не полезет. Нас просто сметут магией…

— Не сметут, — оборвал я разговоры. — И вообще, отставить упаднические настроения! Во первых — в крепости нас не будет. Во вторых — к утру поголовье врагов изрядно сократится.

Желание трепать языком у всех как-то пропало. Я понимал своих людей — ты можешь быть сколь угодно опытен и закален в боях, но волноваться и нервничать перед битвой всё равно будешь. Особенно перед такой, как сейчас — когда перевес в силах почти ультимативен…

Когда завертится сама круговерть боя, мандраж исчезнет. Ветераны тем и отличаются от новичков, что последние не прекратят нервничать, трусить и даже дурить и после начала боя… Собственно, потому и гибнут чаще всего они. Но среди тех, кто шел за мной, уже давно не было новичков…

Воины боролись с нервами привычными, испытанными методами — точили оружие, проверяли запасы пуль, наличие лечебных зелий и всех прочих мелких деталей, от которых в немалой степени зависело, переживут ли они это утро или нет.

Одни перебрасывались с товарищами сальными шуточками, другие сидели молча, третьи молились… М-да. Прекрасно их понимаю. Мне вот уже больше трёхсот, я повидал дерьма побольше, чем все они вместе взятые, даже помер разок и заново родился — а всё равно в груди тяжелый ком, в котором намешаны сомнение в правильности своего решения, нетерпение от ожидания Второго и даже немножко какого-то глупого, мальчишеского любопытства — интересно, а возрожусь ли я вновь, если сегодня погибну?

Мои размышления прервало появление Второго. Его приближение я ощутил задолго до того, как он попал в моё поле зрения, но даже так его появление чуть не застало меня врасплох. Вот уж у кого следует поучиться Теням искусству скрывать своё присутствие, так это у него… Хотя, справедливости ради, Синицину я мог учуять лишь если она сама того желала. Старший Магистр как-никак.

— Рассказывай, — велел я подошедшему диверсанту.

Остальные командиры уже были здесь, готовясь слушать вводные.

— Лагерь разбит по всем правилам, — начал наш разведчик. — Сигнальные амулеты, охранные и сканирующие артефакты по периметру. Но на этом всё — они ограничились стандартными мерами предосторожности. Я подслушал несколько разговоров, поглядел на настроения — Игнатьевы уверены в своей победе, плюс никому и в голову не приходит, что сейчас на них могут напасть. Добраться до их штаба или шатров старших чародеев незаметно у меня не вышло — к сожалению, они учли моё с ними прошлое знакомство, и все самое важное под надежной защитой. Ни до склада боеприпасов, ни до хоть сколько-то значимых магов мне не добраться — засекут, и тогда уже не факт, что хотя бы ноги унесу. Всё же и магов у них хватает, и артефактов при себе как на цыганке золота.

— То есть вариант с диверсией перед основной атакой отбрасываем, — подытожил я. — Тогда нарисуй карту их лагеря.

Подобрав с земли ветку, Второй принялся за дело, рисуя прямо на земле. Уже через пару минут перед нами был весьма подробный план лагеря Игнатьевых, на котором были отмечены все сколь-либо важные объекты — обозы с боеприпасами, палатки Младших Магистров и Мастеров, количество патрулей и так далее.

Нам потребовалось около пятнадцати минут на составление приемлемого варианта атаки. Время, проклятое время стремительно утекало сквозь пальцы, и требовалось поспешить. Одно дело — атака под покровом темноты, другое — при свете дня. До рассвета оставалось около часа, и следовало потратить его с толком.

Враг расположился на открытой поляне, на берегу небольшого ручья. Не останавливаясь, я рыкнул подчиненным:

— Гранаты!

Жаль, мало у нас осталось гостинцев с магической начинкой, ну да ладно — чем богаты, тем и рады. До вражеского лагеря пятьсот метров… четыреста… триста…

Сухой, резкий ружейный выстрел расколол предрассветную дрёму. Караульные увидели несущихся к ним врагов, но поздно, поздно!

— Бросай! — взревел, уже не таясь, Арсений, правильно оценив ситуацию.

Чуть больше трёхсот